Он ждет - [10]
Все это произошло со мной не сразу, а после того, как я несколько дней кряду безвылазно просидел дома, потом интеллектуальная осада стала быстро усиливаться. Другая путающая странность давала о себе знать лишь дважды. Это предчувствие какой-то смертельной и отвратительной болезни. Оно захлестывает меня волной лихорадочного жара, затем отступает, и я дрожу в ознобе. Кажется, сам воздух вокруг меня напоен губительной заразой. Предчувствие это оба раза было столь пронизывающе убедительно, что голова у меня закружилась, а в уме молнией пронеслись зловещие названия всех смертельных болезней, какие я знал. Что это за явление, не берусь объяснить, но оно не вымысел, свидетельством тому холодный нот и бешено колотящееся сердце, с которыми я остаюсь после этих коротких приступов необъяснимого страха.
Острее всего я ощутил этот иррациональный ужас ночью двадцать восьмого, когда, преследуя таинственного незнакомца, поднялся наверх. Лишь только мы с ним оказались запертыми в маленькой чердачной комнате, как я сразу почувствовал, что передо мною олицетворение этой невидимой и зловещей болезни. Такого леденящего ужаса я в жизни не испытывал, и не дай мне бог снова пережить это чувство.
Ну вот, признался наконец! По крайней мере, написал то, что до сих пор страшился предать бумаге. Ибо — не могу больше лгать себе — испытанное мною в памятную ночь (ноября двадцать восьмого) не было сном. Это такая же реальность, как мой ежедневный завтрак; и ничего не значащая запись в дневнике, якобы содержащая объяснение жуткого происшествия, — всего лишь дань моему нежеланию признаться даже самому себе в том, что все это случилось на самом деле. У меня просто не было сил выдержать этот ужас.
Скорее бы уже приезжал Чаптер! Припоминаю все, что случилось со мною, располагая события в строгой последовательности. Почти вижу холодноватые серые глаза моего однокашника, недоверчиво глядящие мне в лицо, пока я веду свой рассказ: стук в мою дверь; хорошо одетый посетитель; свет в верхнем окне; тень на шторе; незнакомец, идущий по свежевыпавшему снегу впереди меня; разбросанная ночью одежда; незаконченный разговор с Эмили; подозрительная скрытность хозяйки; некто, притаившийся на лестнице; ужасные слова, которые он прошептал мне на ухо; и, наконец, то, о чем труднее всего рассказать, — предчувствие страшной болезни и поток навязчивых мыслей и образов, не принадлежащих мне.
Так и вижу лицо Чаптера, слышу его неторопливую речь: «Опять ты сидишь на одном чае, полагаю, у тебя, как всегда, истощение. Покажись-ка ты лучше моему доктору, а потом махнем на юг, во Францию». Смешно, но этот здоровяк, понятия не имеющий о том, что такое больная печень или неврастения, регулярно посещает крупного специалиста по нервным болезням, ни с того ни с сего вбив себе в голову, будто у него, видите ли, нервная система не в порядке.
С той ночи, когда таинственный незнакомец явился моему взору, я не гасил ночника в спальне, и ничто не тревожило мой сон. Сегодня, однако, опять случилась досадная помеха. Просыпаюсь — а у туалетного столика стоит он и разглядывает себя в зеркале. Дверь между тем была, как обычно, заперта. Я его тотчас узнал, и кровь застыла у меня в жилах. Леденящий ужас захлестнул меня и сковал неподвижностью — я не мог ни пошевелиться, ни заговорить. Зато очень хорошо чувствовал заполнивший комнату ненавистный мне смрад.
Неизвестный показался мне высоким и широким в плечах. Он стоял, ссутулясь, спиной ко мне, но в неверном мерцании ночника я мог различить в зеркале его огромную голову. В призрачном сероватом свете раннего утра, пробивающемся в щели между портьерами, картина получилась зловещая: львиная грива песочно-серых волос вокруг безобразного, отечного, в грубых складках звероподобного лица, которое, увидев раз, уже невозможно забыть никогда. Этот львиный лик, свойственный только…
Нет, не осмелюсь вымолвить страшное слово. Однако как подтверждение чудовищной догадки разглядел я в смешанном двойном свете несколько зеленовато-серых пятен на щеках незнакомца, которые он, надо полагать, и рассматривал в зеркале. Рот у него был широк, губы бледные и очень толстые. Та из его рук, которая была мне видна, производила странное впечатление — тощие, костлявые пальцы судорожно сжимали мою щетку для волос, а на тыльной стороне кисти виднелась отвратительная морщинистая корка. Эта уродливая кисть напоминала огромного серого паука, изготовившегося к нападению, или же когтистую лапу хищной птицы.
Сознание, что я с ним один на один в комнате, что он рядом — рукой достать, наполнило меня неизъяснимым ужасом. А когда он обернулся и вперил в меня взгляд своих неправдоподобно маленьких глаз — на огромном лице они казались совсем крошечными, — я, громко вскрикнув, откинулся на подушки в глубоком обмороке…
Пришел в себя утром и первое, что заметил, — это разбросанную по всему полу одежду. Трудно собраться с мыслями; то и дело сотрясают жестокие приступы — дрожу как в лихорадке. Вознамерился тотчас идти в гостиницу, которую назвал мне Чаптер, и узнать, когда он приезжает. Писать о том, что случилось сегодня ночью, — ни за что: это слишком ужасно, а я должен заставить себя не думать об этом. Чувствую в голове странную легкость, когда ел последний раз, не помню, о еде даже думать не могу — дважды вырвало кровью. Одеваясь, услышал, как по булыжной мостовой прогромыхат экипаж, а минуту спустя дверь отворилась и, к моей великой радости, появился тот, кого я ждал с таким нетерпением.
![Ивы](/storage/book-covers/7b/7b1d1aa1a27f351a6215041bcfd5bdee87422447.jpg)
Два приятеля плывут на лодке по Дунаю, наслаждаются его красотами и решают провести ночь на небольшом острове, который очень густо зарос ивами. Постепенно они убеждаются в том, что вторглись в неведомый и враждебный им мир, который лучше было бы обойти стороной…
![Дьявольская сила](/storage/book-covers/c3/c3090f42edf52e833b06596287ae74ca0ef1f98c.jpg)
Чтение данного сборника — не для слабонервных, тем более не советуем заниматься им перед сном: вампиры всех мастей, видов и пола, привидения и люди-зомби, любители человечины и просто невиданные твари, естественно, безжалостные и ужасные, встречаются практически на каждой странице, заставляя даже самые бесстрашные души трепетать от страха перед проявлениями таинственного и необъяснимого. Тем более, что авторы не отказывают себе в нагнетании страстей, искусно вплетая в ткань сюжета необитаемые замки, семейные склепы, африканские амулеты и прочие сопутствующие мистике элементы.Рассказы, которые объединяет тема дьявольской силы, вселившейся в людей, взяты из книг, выходивших на Западе в так называемой «черной серии», а также из сборников «Хичкок представляет», составленных знаменитым американским кинорежиссером, создателем фильмов ужасов Альфредом Хичкоком.
![Галерея призраков](/storage/book-covers/41/41c5b30ee1adc783b39e7aff4b4c7236b046fdc0.jpg)
Альфред Хичкок — самый известный американский режиссер фильмов ужасов. Кроме того, Хичкок собирал литературные произведения жанра «триллер» и выпускал сборники небольших рассказов, леденящих душу, многие из которых были экранизированы. В эту книгу включены произведения известных авторов XX века, пропитанные страхом и ужасом, завораживающие с первых строк и остающиеся навсегда в ночных кошмарах.
![Кентавр](/storage/book-covers/8a/8afece224b6c4a59b9415b2298a4a9167a52b782.jpg)
Umbram fugat veritas (Тень бежит истины — лат.) — этот посвятительный девиз, полученный в Храме Исиды-Урании герметического ордена Золотой Зари в 1900 г., Элджернон Блэквуд (1869–1951) в полной мере воплотил в своем творчестве, проливая свет истины на такие темные иррациональные области человеческого духа, как восходящее к праисторическим истокам традиционное жреческое знание и оргиастические мистерии древних египтян, как проникнутые пантеистическим мировоззрением кровавые друидические практики и шаманские обряды североамериканских индейцев, как безумные дионисийские культы Средиземноморья и мрачные оккультные ритуалы с их вторгающимися из потустороннего паранормальными феноменами.
![Дом с призраками](/storage/book-covers/30/306729938b288d166f76cdd5d49cb7745f16493b.jpg)
В антологию, предлагаемую вниманию читателей, вошли рассказы и новеллы английских и американских писателей XIX–XX веков, посвященные пугающим встречам человека со сверхъестественными явлениями. Мистические и загадочные происшествия, поведанные в этих историях, приоткрывают дверь в потусторонние и инфернальные измерения бытия, ставят героев в опасные, рискованные, леденящие кровь ситуации — лицом к лицу с призраками и ожившими мертвецами. За покровом обыденной реальности авторы сборника (среди которых — Э. Гаскелл, Ч. Диккенс, Э. Бульвер-Литтон, Г. Джеймс, У. Коллинз, Дж. Ш. Ле Фаню, X. Уолпол, Дж. Элиот) обнаруживают жутковатый готический мир, опровергающий рациональные философские построения и самоуверенные претензии на всезнание, присущие человеку Нового времени.
![Церковное привидение](/storage/book-covers/ec/ec7bd4fb996470dff3616c441034d5394b72169a.jpg)
В настоящее собрание готических рассказов вошли лучшие образцы «рассказов о привидениях» английских и американских писателей XIX–XX вв., посвященные загадочным, зловещим и сверхъестественным событиям, связанным с потусторонним миром. Среди авторов сборника — классики мировой литературы Чарльз Диккенс, Генри Джеймс, Джером К. Джером, признанные корифеи жанра Монтегю Родс Джеймс, Джозеф Шеридан Ле Фаню и Элджернон Блэквуд, высоко ценимые критиками викторианские писательницы Джордж Элиот, Амелия Б. Эдвардс и Маргарет Олифант и многие-многие другие.
![Smile.jpg](/storage/book-covers/8a/8a7055dc167bbabfa27cc7aaf4c7ec97e33c3a80.jpg)
Интернет-легенда о хаски с чудовищной улыбкой может напугать разве что впечатлительного подростка, но хаски найдет средства и против невозмутимого охранника богатой дачи…
![Птица-Жар](/storage/book-covers/25/259d2130e4451365dae366461e5e02e4e3c43f29.jpg)
Весь вечер Лебедяна с Любомиром, сплетя перста, водили хороводы, пели песни и плясали в общей толчее молодежи. Глаза девицы сверкали все ярче и ярче, особенно после того, как Любомир поднес ей пряный сбитень. Пили его из общего глиняного кувшина и впрогоряч. Крепкий, пьянящий напиток разгонял кровь и румянил щеки, подхлестывая безудержное веселье и пробуждая силы для главного таинства этой ночи. Схватившись за руки крепче прежнего, молодые прыгали через костер, следя за тем, как беснуются сполохи смага, летя вослед.
![«…давай будем мучить мамочку!!!»](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Доминант](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Оконченное произведение. Грядет вторая эра воздухоплавания. Переживут ли главные герои катаклизм? Что ждет их в новом мире? Открытие забытых небесных островов, продолжение экспансии островитян, восстания челяди,битва держав за место под солнцем на осколках погибающего континента. Грядущий технологический скачек, необычная заморская магия, новые города, культуры и жизненный уклад содрогнут когда-то единую Некротию...
![Дар](/storage/book-covers/ce/ce24d3048d42fce67677089e0b4baf0df4c27d03.jpg)
Роман "ДAP" - первая книга мистической трилогии. В ней нет оборотней и вампиров, волшебников и нереальных миров, но есть самая обычная девушка, проживающая в наши дни, получившая "дap" о котором не просила. Представьте, что в одно солнечное или дождливое, не важно, утро вы просыпаетесь с крыльями за спиной. Вот так просто - открыли глаза, пошли принимать душ и-и-и… Изменится ли после этого Ваша жизнь? Куда бежать с подобной проблемой: в психиатрическую клинику, секретную лабораторию, а, может, на телевидение в шоу «Кунсткамера»? Но крылья это не предел, это начало череды необъяснимых, пугающих и болезненных событий в жизни Сары Лисы. .