Новый аттракцион - [2]

Шрифт
Интервал

Бывали, конечно, перестраховщики и среди редакторов, и в цензуре. Книги о пограничниках невозможны без пограничных собак, писать о собаках самое приятное дело, и читатели в особенности любят четвероногих хвостатых героев. Ну и позволил себе однажды Степан Радин, написал о старой овчарке, которую пристрелили согласно инструкции, потому что проводник ее демобилизовался, уехал, а ее оставил на заставе. Когда собака перестает работать, ее не содержат на казенный счет, и если не возьмет ее домой проводник, значит пристреливают совершенно официально. Был единственный, кажется, случай, когда слишком уж знаменитую собаку, задержавшую чуть ли не пятьдесят нарушителей, оставили доживать на пенсии по личному приказу самого председателя КГБ! Знал об участи собак-ветеранов Степан Радин всегда, но обычно не писал, а тут так повернулся сюжет, что взял да и написал. Эту всю главу редактор велел переписать набело, сказавши, что нельзя разводить пессимизм. Тоже технология: сначала писалось начерно, ближе к жизни, по-нынешнему - "чернуха", а потом герои облекались в белые одежды, становились добрыми и благородными. Степан Васильевич тогда даже поспорил, но без упорства, потому что сам понимал, что не нужно огорчать читателя чрезмерно голой правдой - стриптиз для правды неуместен, несоблазнительна правда без легких покровов. Увлекся, написал сгоряча, а когда рассеялся угар вдохновения, всё осознал сам. Осознал, главу переписал, но парня, который послужил прототипом героя, все равно осуждал в душе: ведь парень тоже всё прекрасно знал, и все-таки оставил на убой восьмилетнюю, дважды раненную в бою Альму. Альму в своей повести Степан Васильевич таким образом спас, описал ее мирную старость уже в гражданском доме - в надежде, что этот противный прототип прочитает и устыдится. Да и Альма в жизни была одна, а в книге она вышла пятисоттысячным тиражом очень популярная получилась повесть. Вот и вопрос, кто реальнее: одна живая Альма или пятьсот тысяч печатных Альм?!..

Степан Васильевич собак любил и любит. В новые времена любить собак стало трудно, потому что расходы на кормежку, которые раньше не замечались, теперь стали очень даже обременительны. И многие прежде добрые и душевные люди (у нас же, как всем известно, самый добрый и душевный народ из всех живущих на Земле!) попросту повыкидывали своих "четвероногих друзей", а равно и "братьев меньших"; больно смотреть на вчерашних домашних псов, отощавших, роющихся по помойкам, бегущих за прохожим, нечаянно погладившим их или бросившим угощение из объедков. И такая тоска в собачьих глазах, такая надежда.

Дома у Степана Васильевича с Валентиной Егоровной живет Дик, чистокровный пограничный пес, когда-то подаренный щенком после выступления Степана Радина в служебном питомнике. Дик уже старый, а после финансового краха пришлось ему решительно переменить рацион: всю жизнь Дик гурманствовал, обожал лишь говяжью печенку, но решительно брезговал свиной, отвергал не самое свежее мясо придирчивей любого товароведа и игнорировал советскую сомнительную колбасу, а тут надо было приучить его обгладывать почти голые кости, часто уже с тухлятинкой, которые продаются совсем уж по дешевке, да хлебать пустую похлебку с легким мясным запахом. Дик сначала смотрел на хозяев в недоумении, но они разговаривали с ним, всё объясняли, показывали, что едят сами, - и Дик понял...

Степан Васильевич лежал наедине со своими думами, пока Валя вышла погулять с Диком. По утрам обычно гуляет она, потому что любит вставать рано, энергия в ней бурлит с утра, а Степан Васильевич, никогда не ходивший к девяти на службу, привык залеживаться.

Но вот послышался ключ в двери, а потом шаги когтистых лап в прихожей - пришли.

- Ты подумай, Степа! - жена вошла в спальню, как была, в пальто. - Ты подумай, кто-то к нам на лестницу коробку со щенками подбросил. Это Дик их почуял, наверх меня потянул. Стоит коробка на самом верху, знаешь, перед дверью на чердак. Пятеро сидят, уже смотрят своими глазенками, головенками вертят. Ну какие подлые люди!

У Степана Васильевича с женой полное согласие в любви к собакам.

- Подкинули, сбросили с себя ответственность, - не могла успокоиться Валя. - Сами не утопили в первый момент, сами не пристроили - думайте, добрые люди! Чего будем делать с ними?

- Что же мы можем сделать?

- Ну, устроить куда-то. Там же и мальчишки их найдут, станут таскать на руках, заиграют, затискают, и просто дворники могут вышвырнуть. Для них это - грязь. Лучше бы людскую грязь убирали!

- А они хоть какой породы?

- Кто ж их разберет? Скорее, никакой. Светленькие, пятнистые. Лапки тоненькие, не как у Дика были, помнишь? Сам маленький, а каждая лапа как у львенка. Были бы породистые, их бы продавали за доллары, а не на лестницу подкидывали. Может, возьмем пока, будем пристраивать? И Дик не против, он их облизал. Да и нашел их сам, меня привел.

- Будем их пристраивать и никуда не пристроим, потому что безродные никому не нужны, всем породы подавай. А они вырастут, что тогда делать будем? Если маленьких не пристроим, то уж взрослые точно никому не нужны. И мы что, с пятерыми дворняжками останемся? Нам, прости, просто не прокормить.


Еще от автора Михаил Михайлович Чулаки
Прощай, зеленая Пряжка

В книгу писателя и общественного деятеля входят самая известная повесть «Прощай, зеленая Пряжка!», написанная на основании личного опыта работы врачом-психиатром.


У Пяти углов

Михаил Чулаки — автор повестей и романов «Что почем?», «Тенор», «Вечный хлеб», «Четыре портрета» и других. В новую его книгу вошли повести и рассказы последних лет. Пять углов — известный перекресток в центре Ленинграда, и все герои книги — ленинградцы, люди разных возрастов и разных профессий, но одинаково любящие свой город, воспитанные на его культурных и исторических традициях.


Борисоглеб

«БорисоГлеб» рассказывает о скрытой от посторонних глаз, преисполненной мучительных неудобств, неутоленного плотского влечения, забавных и трагических моментов жизни двух питерских братьев – сиамских близнецов.


Книга радости — книга печали

В новую книгу ленинградского писателя вошли три повести. Автор поднимает в них вопросы этические, нравственные, его волнует тема противопоставления душевного богатства сытому материальному благополучию, тема любви, добра, волшебной силы искусства.


Большой футбол Господень

В новом романе популярного петербургского прозаика открывается взгляд на земную жизнь сверху – с точки зрения Господствующего Божества. В то же время на Земле «религиозный вундеркинд» старшеклассник Денис выступает со своим учением, становясь во главе Храма Божественных Супругов. В модную секту с разных сторон стекаются люди, пережившие горести в жизни, – девушка, искавшая в Чечне пропавшего жениха, мать убитого ребенка, бизнесмен, опасающийся мести… Автор пишет о вещах серьезных (о поразившем общество духовном застое, рождающем религиозное легковерие, о возникновении массовых психозов, о способах манипулирования общественным мнением), но делает это легко, иронично, проявляя талант бытописателя и тонкого психолога, мастерство плетения хитроумной интриги.


Вечный хлеб

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Рекомендуем почитать
Монтральдо

Перевод с английского Т. КудрявцевойИздательство «Радуга». Москва. 1983.


Не царская дочь

Одна ее бабка — дворянка — родилась и выросла на каторге, в семье ссыльных террористов-боевиков, в окружении зарешёченных окон и деревянных лагерных нар. Сумела ли она выйти на свободу из тюремного заключения?Другая — батрачка — была вскормлена коммунистической идеей и, едва оперившись, повязала вокруг коротко стриженной головы красную косынку — феминистический символ пост-революционной эпохи. Отразилось ли это на ее женской судьбе?Мать появилась на свет в 37-м, в ту самую пору, когда за каждый вздох было принято благодарить не родителей, а Кремлевского Усача.


Планетарные различия в диалоге двух реальностей

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Фальшивка

Роман Николаса Борна «Фальшивка» стал культовой книгой и интеллектуальным бестселлером для нескольких поколений читателей. В 1981 году роман был экранизирован Фолькером Шлендорфом.На войне как на войне… Нам ли не знать. Так происходит сейчас. Так было тридцать лет назад: Ближний Восток, разрывы бомб, журналист, пытающийся попять суть происходящего кошмара. Хотя только ли кошмара? Ведь за углом этого ада есть мирный квартал, есть женщина, которую можно любить под вой пролетающих снарядов… Что в этой войне и в этой любви правда, а что – фальшь? Каким «информационным мифотворчеством» занимается Георг Лашен, отправляя свои репортажи в одну из немецких газет? «Мысль изреченная есть ложь»? А чувства… А сама жизнь… Неужели и они – фальшивка?


Пресыщение

Первый роман английской журналистки и писательницы Люси Хокинг сочетает в себе элементы социальной сатиры, детективного жанра и романтической комедии.Судьба благосклонна к Уильяму Гаджету: у него есть престижная, высокооплачиваемая работа, шикарная квартира, целый набор кредитных карт и даже собственный слуга. Но вскоре Уиллу придется узнать цену той единственной вещи, которую нельзя купить.Поздно ночью он бежит из своей квартиры в Ноттинг-Хилле в одной пижаме и исчезает. Друзья Уильяма мобилизуют все свои силы, чтобы узнать, куда он пропал и могут ли они его спасти.


Иуда Искариот

Уже XX веков имя Иуды Искариота олицетворяет ложь и предательство. Однако в религиозных кругах христиан-гностиков всё настойчивее звучит мнение, основанное на якобы найденных свитках: "Евангелие от Иуды", повествующее о том, что Иисус Христос сам послал лучшего и любимого ученика за солдатами, чтобы через страдание и смерть обрести бессмертие. Иуда, беспрекословно выполняя волю учителя, на века обрекал свое имя на людское проклятие.Так кто же он – Иуда Искариот: великий грешник или святой мученик?