Непарадные портреты - [2]
Что ж, может быть... Но дело, наверное, не только в этом.
«В чем секрет обаяния Черномырдина?» — спросил я однажды у Нонны Мордюковой, которая тоже очень любила читать мои интервью с Виктором Степановичем в «Комсомолке». (Кстати, Нонне Викторовне посвящена заключительная глава этой книги.) Почему именно у нее спросил? Как-то в моем присутствии она говорила с Черномырдиным по телефону. Он ей сказал: «Мы с вами — одно целое». Она с ним согласилась: «Потому что мы оба — выходцы из народа».
«А я знаю, в чем секрет обаяния Черномырдина, — ответила мне великая актриса. — Не знаю, как интеллигенция, а вот простые люди, как мои братья и сестры, понимают его, как себя. Потому что они сами — из землекопов. И все хохмы его они просто понимают, как свои... Он истину знает — как ответить на важный вопрос. Он умен. Но у него осталась неистребимая форма выражения своих мыслей. Он так говорит, как дядька из колхоза или с завода... Черномырдин вырос из народа, и из этого своего родства он, как из тюбика, выдавливает такую вот краску, яркую. Он остроумен, когда отвечает на вопросы. Но он не торопится со своей остроумностью... Он думает. Он может в это время и муху согнать с руки, и форточку открыть, прежде чем ответить. Но ему нужно — позарез нужно — полсекунды на ответ. Он не обдумавши ни за что не ответит. Вот извольте, господин, а у меня такая привычка. Вот он так говорит — с какой-то неуловимой паузой. Чтобы ни в коем случае не споткнуться нигде и нигде не было бы проигрыша».
«А знаете, как некоторые считают? — поделился я с Мордюковой.— Мол, Виктор Степанович любит крепкое словцо...» — «Ой, моя лапушка! — рассмеялась Нонна Викторовна. — Да-да-да-да-да!» «...А когда он на публике, — пояснил я,— это самое словцо опускает, вот пауза и получается. Вам так не показалось?» — «Не-ет, не показалось!»
И еще Нонна Викторовна сказала: «Его нужно играть (на сцене. — А.Г.) как классический образ... Это было бы покруче, чем Максим Галкин показывает... Для актера это такой смачный кусок — играть Черномырдина. Но только надо, чтобы актер обязательно прочитал его интервью для “Комсомолки”. Потому что у многих сложился неверный образ Черномырдина: такой ленинец-сталинец... А он-то, он-то выше!»
А попутно Нонна Викторовна «отрецензировала» и «образ автора» черномырдинских интервью: «Журналист, как юла, достает, а он все время занят... Только отмахнется — вдруг опять “эта зараза” бежит за ним. Как сатана, который его ловит все время...»
И все-таки, я думаю, обаяние Черномырдина объясняется не только моей «журналистской сноровкой» и не столько своеобразием его речи, а прежде всего масштабом этой удивительной личности. Ведь он, как говорят, олицетворяет собой целую эпоху, которая называется новейшей историей России.
1. «Разве я на Украине провалился? Не я же там избирался»
— ...Ну в чем ты, скажи конкретно, недоволен моей работой в Киеве? В том, что мы вместе с Украиной товарооборот подняли?
— Да я не про экономику. Я считаю, что н-н-недоработка посла...
— Не заикайся.
— ...состоит в том, что вы не смогли защитить на выборах украинского президента интересы России.
— А как? Скажи. Если ты уж так недоволен моей работой, значит, ты знаешь, как я должен был работать, чтобы ты был доволен. Скажи как?
— Я думаю, что нам не надо было замыкаться, значит, только на одном кандидате — на Януковиче. Мы настолько уже созрели в своей демократической развитости, в своем демократическом потенциале, что могли бы плюралистично...
— Ну что за косноязычие!
— ...И опираться сразу на двух кандидатов, а там — кто победит.
— Ты що? С чего ты взял, что мы опирались на Януковича? Ну в чем мы опирались, ты мне можешь объяснить? Кто опирался?
— Кремль.
— Как?
— Мы поддерживали одного кандидата.
— Как же?
— Всячески. И Путин во время выборов дважды туда наведывался.
— Ну и что? Разве кто-нибудь когда-нибудь говорил, что Россия — за Януковича?
— Напрямую, может, не говорили. А фактически...
— А вкривую давай не будем фантазировать.
— Вы так защищаете Кремль, что можно подумать, что Россия на украинских выборах не проиграла, а выиграла...
— А что же мне, защищать тех дураков, которые меня сейчас из-за Украины поливают? Я не могу защищать дураков! У меня к ним свое отношение. И когда я слышу, и читаю, и вижу, как раздаются оценки направо и налево, абсолютного незнания и тем более непонимания, почему я должен молчать? Я никого не защищаю, я просто объясняю. Ситуацию. Какая была...
— Украина не напоминает вам Россию–2001?
— Мне напоминает больше Украина 93-й год российский. Когда у нас тоже все бурлило. Но у нас совсем другое. И все же, когда у них началось на майдане, я, по крайней мере, предупреждал многих руководителей: слушайте, это может закончиться очень плохо. Что же вы никаких мер не предпринимаете? Президент Кучма говорил неоднократно: «А что мы не сделали? Мы открыты для всех наблюдателей сюда. И все мы вроде делаем, что нужно». Но у вас же народ на улице! «Да все пройдет, мы это проходили...»
— Это кто, президент Кучма говорил?
— Да и не только он. Мол, поговорят-поговорят и разойдутся.
![Честное комсомольское!](/storage/book-covers/32/32b2cd3762d60623762707954f89ba23c0941d56.jpg)
Каждый большой писатель, тем более, когда он еще и публицист, становится, вольно или невольно, «зеркалом» своей эпохи. Но при одном обязательном условии – если он искренен. Иначе зеркало получится кривое. Именно искренностью пронизаны произведения Юрия Полякова, этим и привлекают они читателя. А еще – искрометным юмором, зашкаливающей афористичностью, невзиранием на лица. Все это привело к тому, что его романы, пьесы и статьи стали летописью российской жизни за несколько десятилетий: от публикации «ЧП районного масштаба» до наших дней. Поэтому новая книга Юрия Полякова и получила свое название – «Честное комсомольское»: в ней воплотилась та правда жизни, которая так характерна для автора.
![Николай II](/storage/book-covers/01/01c83ccc895691d09c9a4d96e7ec013e011bbd5b.jpg)
Интерес к личной жизни и к «императорскому служению» Николая II не затухает уже почти 100 лет. Кем же он был в действительности? Святым или кровавым? Чем была вызвана гибель империи? Естественной сменой экономических формаций, согласно теории марксизма? Происками нигилистов, социалистов и анархистов? Многолетней деструктивной деятельностью десятков масонских лож? Судьба монарха неразрывно связана и с военно-политическим, и экономическим состоянием империи. Была ли Россия лапотной и убогой или, наоборот, экономически развитым государством, способным в ближайшие годы стать самой мошной державой мира? Об этом и многом другом читатель узнает из книги историка А. Б. Широкорада «Николай II».
![Ротшильды. История семьи](/storage/book-covers/fc/fc19a6e145209ebd8150c4b9c9ba9bf65d3737fd.jpg)
Имя банкирского дома Ротшильдов сегодня известно каждому. О Ротшильдах слагались легенды и ходили самые невероятные слухи, их изображали на карикатурах в виде пауков, опутавших земной шар. Люди, объединенные этой фамилией, до сих пор олицетворяют жизненный успех. В чем же секрет этого успеха? О становлении банкирского дома Ротшильдов и их продвижении к власти и могуществу рассказывает израильский историк, журналист Атекс Фрид, автор многочисленных научно-популярных статей.
![Евграф Федоров](/storage/book-covers/d6/d616b3cd7d22a4e861adfbbf27c66a1389fa7561.jpg)
Имя гениального русского ученого-кристаллографа, геометра, минералога, петрографа Евграфа Степановича Федорова (1853–1919) пользуется всемирным признанием. Академик В. И. Вернадский ставил Е. С. Федорова в один ряд с Д. И. Менделеевым и И. П. Павловым. Перед вами биография этого замечательного ученого.
![Князь Шаховской: Путь русского либерала](/storage/book-covers/58/58ac33a67197d98e0c0cbbc8a021ff8ec2ea8a46.jpg)
Имя князя Дмитрия Ивановича Шаховского (1861–1939) было широко известно в общественных кругах России рубежа XIX–XX веков. Потомок Рюриковичей, сын боевого гвардейского генерала, внук декабриста, он являлся видным деятелем земского самоуправления, одним из создателей и лидером кадетской партии, депутатом и секретарем Первой Государственной думы, министром Временного правительства, а в годы гражданской войны — активным участником борьбы с большевиками. Д. И. Шаховской — духовный вдохновитель Братства «Приютино», в которое входили замечательные представители русской либеральной интеллигенции — В. И. Вернадский, Ф.
![Постышев](/storage/book-covers/56/5669232f728a792dc896446198e16d1da9f81179.jpg)
Из яркой плеяды рабочих-революционеров, руководителей ивановского большевистского подполья, вышло немало выдающихся деятелей Коммунистической партии и Советского государства. Среди них выделяется талантливый организатор масс, партийный пропагандист и публицист Павел Петрович Постышев. Жизненному пути и партийной деятельности его посвящена эта книга. Материал для нее щедро представила сама жизнь. Я наблюдал деятельность П. П. Постышева в Харькове и Киеве, имел возможность беседовать с ним. Личные наблюдения, мои записи прошлых лет, воспоминания современников, а также документы архивов Харькова, Киева, Иванова, Хабаровска, Иркутска воссоздавали облик человека неиссякаемой энергии, стойкого ленинца, призвание которого нести радость людям. Для передачи событий и настроений периода первых двух пятилеток я избрал форму дневника современника.