Навеки моя - [139]
Она знала, что в полночь ей снова придется идти за керосином. Сейчас, в шторм и туман, маяк горел день и ночь, расходуя гораздо больше топлива, чем обычно, когда днем огонь тушили. Ее дорога будет холодной, мокрой и опасной. Сначала она хотела обмотаться в одеяло, но потом подумала, что сухое одеяло понадобится ей больше, чем та защита от дождя и холода, которую можно достичь лишь на короткое время.
Ей показалось, что прошла вечность, когда она наконец втянула ведра с керосином внутрь маяка и упала на пол от усталости. Понимая, что она должна быстро сменить одежду и согреться, Эри поднялась уже через несколько секунд и попыталась найти одеяло. Всю ночь она беспокоилась о своих пациентах, которые остались в доме совсем одни, но резкий ветер и отсутствие одежды делали крайне затруднительной любую ее попытку добраться до дома до того, как стихнет шторм.
В предрассветный час она проснулась, почувствовав, что линза перестала вращаться.
– Пожалуйста, – кричала она в изнеможении и растерянности, – не надо больше проблем!
Но никто ее не слушал. Она заново завела механизм, но он не заработал. Линза так и осталась без движения. После нескольких минут безрезультатной работы Эри осознала, что линза может вращаться, только когда она сама будет вращать ее вручную.
Рассвет принес только небольшое прояснение неба и никакого облегчения в ее труде. Шторм немного поутих, но не настолько, чтобы она могла покинуть маяк.
Мышцы ее натруженных рук болели, как и ушибленное бедро, на котором появился огромный синяк. Занозы от деревянного мостика, ожоги от веревки, за которую она держалась, и ссадины от битого стекла жгли ее руки так, что она не могла ни к чему прикоснуться. Бессонница и беспокойство за Причарда и Сима не давали ее сомкнуть глаза. Веки болели так, как будто кто-то засыпал под них песок. Но она все равно поворачивала, поворачивала и поворачивала фонарь.
Когда ей захотелось в туалет, то она остановила движения линзы и сбежала вниз на второй этаж. Потом она выпила немного воды, запасы которой хранились на маяке, и снова потащила свое уставшее тело вверх по ступенькам.
Дождь монотонно стучал по металлической крыше и стеклянным окнам, но ветер был уже не такой сильный, как в предыдущие дни. Эри размышляла, стоит ли ей потушить маяк, когда услышала далекий звук. «Опять дух Хестер», – сказала себе Эри. Но голос был глубокий и мужской, а не высокий и пронзительный, какой был у Хестер.
Кто-то выкрикивал ее имя.
И лай. Она услышала собачий лай. Отвернувшись от линзы, она всматривалась вдаль сквозь легкую дымку. Там, по мостику, шли два человека и Аполлон.
Оба они показались ей знакомыми, но это были не Причард с Симом. Один был плотный, а второй высокий и…
Слезы брызнули у нее из глаз, сердце ее наполнилось радостью, а его имя застыло у нее на губах. Она припала лицом и ладонями к запотевшему стеклу, как в детстве, и беззвучно зарыдала.
Бартоломью! Бартоломью! Бартоломью!
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
При виде Бартоломью, идущего к маяку, Эри забыла о своей порванной одежде. Она забыла о навалившихся на нее обязанностях смотрителя, забыла о боли, которую причиняло ушибленное бедро, о стертых коленях, о поцарапанных руках. Забыв обо всем и только помня о своей отчаянной любви к нему, Эри сбежала вниз по ступенькам и открыла дверь. Не чувствуя ни яростного ветра, ни ледяного дождя, она побежала дальше по деревянным ступенькам, ведущим к верхнему утесу.
Он увидел ее и помахал ей рукой.
– Господи, – прошептал он, глядя на растрепанную женщину, бегущую к нему. Та немногая одежда, которая еще оставалась на ней, была порвана и перепачкана. Ее волосы беспорядочно ниспадали на ее обнаженные плечи и спину. Рубашка на одном бедре была разорвана, а на коже виднелся большой красновато-коричневый синяк. У Бартоломью в голове появилась ужасная мысль: «Похоже, она упала с этого проклятого утеса, а потом долго выползала наверх».
– Иди к ней, – сказал человек, стоящий рядом с ним.
Бартоломью колебался.
– Но вы…
– Сейчас она видит только тебя. Иди к ней, я подожду тебя здесь. Мне кажется, что за последнее время это не первый шок, который она переживает. Но мы постараемся, чтобы этот принес ей больше радости, чем предыдущие.
Эри бежала к нему навстречу, вытянув вперед руки, и звала его. Не говоря больше ни слова, Бартоломью побежал к ней.
Эри вся светилась от счастья. Даже теперь, забрызганный и неухоженный, он казался ей таким прекрасным, что ей хотелось рыдать от радости. Такой большой, сильный и живой! Он не бросил ее. Он был здесь, он пришел за ней и принес ей покой, защиту и радость. Через минуту она оказалась в его больших, сильных и теплых руках.
– Бартоломью! О Господи, это ты, это действительно ты!
– Да, моя маленькая нимфа, это действительно я.
Бартоломью сильно прижал ее к себе и закрыл глаза, позволив своему телу и душе наслаждаться теплом ее тела. Он захотел еще раз убедиться, что она жива и здорова. Эри обняла его за талию, и та сила, с которой она прижималась к нему, лучше всяких слов говорила, что ее чувства к нему не изменились с их последней встречи. После долгой паузы он слегка отстранился от нее, чтобы посмотреть ей в лицо. Слезы вперемешку с каплями дождя текли у нее по щекам, но она улыбалась все той же очаровательной улыбкой, которая сводила его с ума.
![Соблазнение строптивой](/storage/book-covers/d5/d5477c0fdf2e16bb98e1ada6585a1e1deda31a95.jpg)
70-е годы XIX столетия. Дикий Запад, Агент Пинкертона Дженна, молодая красивая женщина, ловит убийцу и грабителя, за голову которого обещана награда. Его преследует и наемный стрелок Бренч Макколи, желая отомстить за смерть брата. Пути Дженны и Бренча пересекаются, и вскоре они уже не мыслят жизни друг без друга. Да вот незадача: Бренч ненавидит «пинкертонов» и случайно узнает, что его любимая – одна из них. А тот, кого они ловят, оказывается, вовсе не преступник…
![Нежное прикосновение](/storage/book-covers/3a/3a8e3b23e18259efef7342857bb55e92c815e460.jpg)
Исполненная трагизма история обретения любви. Не в силах терпеть издевательств мужа, Брианна убегает из дома и находит защитника — сильного, мужественного Коламбуса Ная. Теперь она понимает, что значит любить и быть любимой…
![Тайная жена Казановы](/storage/book-covers/c6/c672353872e915dc0d9dec3250a6397663c54d0b.jpg)
Венеция, XVIII век. Жизнь Катерины Капретте спокойна и размеренна. А двадцать лет назад она бурлила любовными авантюрами и сладострастными приключениями — ведь когда девушке было четырнадцать, в нее влюбился сам Казанова, знаменитый соблазнитель. Для того чтобы удержать его рядом с собой и обязать жениться, Катерина решилась на отчаянный шаг… За это родители отправили ее в монастырь. Спустя годы давняя соперница Катерины Марина начинает грязный шантаж, всеми силами стараясь раскрыть шокирующие и головокружительные тайны жены Казановы…
![Жемчужина Корсики](/storage/book-covers/14/147a041ac1f4d504131c4d29ad9813fd41f6ee67.jpg)
В V веке племя вандалов разоряет один из процветающих городов Римской империи – Карфаген. Десятилетняя девочка Юлия захвачена в плен и продана в рабство Евтолмию – богатому торговцу из Сирии. Нелегко приходится подрастающей красавице среди чуждых по вере людей, завистливых и сластолюбивых взглядов, каждодневного изнуряющего труда. Но вот, наконец, казалось, молодую девушку постигает удача – в Юлию влюбляется её хозяин Евтолмий. И тут господин и рабыня отправляются в морское путешествие…
![Последний пророк](/storage/book-covers/9b/9b2a8842e3b7c45cf9699fe5d716c0908b1aef4f.jpg)
Фарадей Хайтауэр, успешный практикующий врач, потеряв жену, которая умерла во время тяжелых родов на корабле в Атлантике, теряет веру в Бога и, оставив свое ремесло, отправляется путешествовать по свету в поисках утраченного. Не найдя ответов на мучившие его вопросы и не обретя душевного покоя и смирения, он решает проститься с жизнью. Но неожиданный ночной визит старой цыганки мешает свершиться задуманному. Цыганка уверяет Фарадея, что она послана к нему его умершей женой, и велит собираться в новое путешествие…
![Урок удовольствия](/storage/book-covers/77/77f8af8a8ef4d85ec9ab8ca02cf01500d1c66159.jpg)
С момента, как Король призвал мужа леди Элеонор в крестовый поход, она молилась о его благополучном возвращении. Находясь на Святых землях, сэр Гевин посылал домой необыкновенные богатства: гобелены, специи, масла. Но среди роскошных тканей лежала книга с изображением любовников, сплетённых в экзотической позе, о которой леди и не мыслила. Элеонор провела много одиноких ночей, мечтая, чтобы Гевин подарил ей наслаждение таким же образом. Но Гевин вернулся чужим и отстранённым, и Элеонор начинает опасаться, что потеряла единственного мужчину, которого когда-либо любила.
![Анна. Тайна Дома Романовых](/storage/book-covers/cf/cf223759af6c44bb3d8a92413a01eeac16e5c8f5.jpg)
Так начинались едва ли не все самые драматические, самые безум-ные истории о любви. Российский самодержец Павел I на балу обратил внимание на дочь московского сенатора Анну Лопухину… И весь мир для него вдруг мгновенно преобразился. Куда делись императорская невозмутимость, сдержанность и самообладание? Непозволительные чувства хлынули, как цунами, смыв в туманную даль бесконечные заботы и тревоги о судьбе России. Вмиг охладел некогда пылкий интерес к фаворитке Нелидовой. В сердце государя теперь была только она, юное, божественное создание, и она оставалась там до жуткой кончины Павла I. По сей день с полотен художников, писавших портреты Лопухиной, смотрит на нас очаровательная молодая женщина с большими темными глазами, которые как бы говорят: «Я была рождена для тихой семейной жизни, но, увы, вышло совсем по-другому…».
![Последняя ошибка императора](/storage/book-covers/f4/f47be51019cd99e25fe1488886b81f218ccf08b2.jpg)
Может ли любовь погубить империю? Какой беспристрастный свидетель поможет точнее понять минувшую эпоху, лучше, чем свидетельства современников и исторические документы? Российские императоры, их жены, фавориты и фаворитки – загадочные истории и необычные повороты сюжета. Борьба за власть и придворные интриги. О женской любви, которую не смогла сломить даже пытка, и как оценил ее первый русский император Петр I. Правители и самозванцы, гении и безумцы, аристократы духа и проходимцы.