Начало - [2]
— Свободная касса!
«О! McDonald’s блин», – моя мысль была настолько четкой, что отражалась на лице и смущала молодую красивую кассиршу, чей бюст размера этак четвертого–пятого, с торчащими от жары сосками, должен был отвлекать честных покупателей. Машинально запихивая сдачу в карман (не люблю кошельки), а покупки растряхивая по пакету, пытаясь забыть кассиршу, я краем взгляда заметил какое‑то быстрое, едва уловимое движение. Мгновенно земля ушла из‑под ног, а что‑то темное и большое сильно ударило по затылку. Не успев ничего понять, увидев яркие «звездочки», я погрузился в непроницаемую тьму, полную звенящей пустотой… Танца розовых слоников – если доверять в подобной ситуации добрым диснеевским мультфильмам – я не увидел. Ни одного долбанного Розового Танцующего Слона. Как обидно.
— Какого! — рявкнул я и тут же пожалел об этом: голова, словно колокол, гоняла от уха к уху затихающее «кого…ого…. го…». Я попытался открыть глаза, но ничего из этого, скажу вам, наисложнейшего мероприятия, не вышло. (Если кто‑то из вас попадал в жизни в неприятную ситуацию, то он поймет, как трудно разлепить склеившиеся от крови веки). Все‑таки был один большой плюс: руки–ноги шевелятся. Левое ухо не слышит и заложено. В правом гудит… Во рту какой‑то песок… Так что, если найти в теле еще немного материалов, можно начинать строиться…
Что‑то тяжелое, но податливое придавило меня сверху и мешало освободиться.
«Я ЧЕРЕПАШКА», – абсурднее мысли в этот момент просто не могло прийти в голову… – «К черту панцирь!»
Не буду рассказывать, как, матерясь и чертыхаясь, я пытался вылезти из‑под куска гипсокартона, ранее висевшего на потолке, отряхнуться от пыли… Если коротко – картина была довольно жуткой.
Белый, весь в мусоре и бетоне, злой как демон, в руке – обрывок мешка, волосы и лицо в крови… Я отполз и сел на бордюр рядом с мостом через проспект. Голова жутко гудела и кружилась, желто–зеленые пятна прыгали перед глазами и мешали сфокусироваться, к горлу волнами набегала тошнота.
«Где же эти, мать их, «менты» с пожарными… Ну или хотя бы хоть кто‑то, кто мог бы сказать, что тут произошло. В этот раз я был бы рад любому человеку. Понятно только одно – это ТЕРРАКТ!.. «Папа» как раз вчера распинался по телику, что он – самый главный в этой стране гарант безопасности!» (Еще одна мысль, поражающая своей новизной: «Папа» у нас гарант… И пули льет прекрасно…Вот налил… Вернее отлил… Бывает же у человека особенность, например, что ни скажет – все сразу же начинает происходить… Талантище…).
Я все сидел и сидел. Бетонно–кирпичная пыль никак не хотела рассеиваться. Солнце не появлялось. Никто не появлялся. Время и вовсе остановилось. Мало этого, так к противной серой пыли в глазах, хрустящей гадости на зубах и гадкому звону в ушах добавился еще и до боли противный запах. Пахло то ли горящей резиной, то ли тухлой жареной рыбой, приправленной перцем, ко всему примешивалось еще что‑то такое, до жути знакомое, но что никак невозможно было вспомнить. Занятная такая смесь запахов. Не один конкретный запах рыбы, тухлятины, горелой резины или дурманящих пряностей, а именно смесь. Не кремировали же вымоченную старым испорченным маринадом рыбу в резине. На самом же деле! Или…
К дому подходить не стоило. Во–первых, его не видно и оценить состояние строения я не могу. Во–вторых, криков, вроде, не слышно, а значит, помогать особо некому. Я, конечно, понимаю, что «спасение утопающих – дело рук самих утопающих», или что‑то в этом роде, но кто бы сначала помог мне самому? Пойду‑ка поближе к проспекту – там хоть машины останавливаются, может, подкинет кто к больнице (благо, до нее всего два квартала, а там травмопункт). Скольких усилий стоило подняться на гудящие одеревеневшие ноги, точно не скажу, но, кажется, передышка на бортике сделала свое дело и я, кряхтя, перевалившись на колени и руки, с трудом встал.
Голова похожа на колокол и, как минимум, на церковный. Ничего и никого, кроме себя и звона в ушах, не слышу.
Что‑то тут не так.
Совсем недолго пришлось бродить, чтобы наткнуться на первую машину. Фонарный столб, разрезавший Ауди — «бочку» почти до пассажирского сиденья, пострадал не меньше. Кусок бетона был вырван и выброшен с остатками машины куда‑то далеко. На водительском сидении сидел мертвец – глаза широко открыты, лоб разбит, руки обнимают руль.
Машины стояли в полнейшем беспорядке, по две–три в куче, воняло бензином, паленой резиной, паленым жиром и такой же паленой шерстью. Пелена пыли до такой степени уплотнялась и усиливалась дымом и гарью, что глаза слезились немилосердно, а легкие просто разрывало изнутри. Под ногами, точно печенье, хрустело битое стекло. Я наступил на что‑то липкое. «Только дерьма для полного счастья не хватало!» На самом деле этим липким куском оказалось ни что иное, как чьи‑то внутренности и лужа спекшейся крови.
Что оставалось мне, кроме догадок, особенно, когда перед моими ногами оказался вздыбленный бетон и бездонный пролом, явно показывающий, что моста через Партизанский проспект больше нет. Трамвайные рельсы нависали над пропастью и вместе с вырванными из шпал костылями уходили далеко в пустоту. Проверять, как они держались и насколько далеко уходили, не было ни малейшего желания.
![Охотники на людей](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Под черным небом](/storage/book-covers/ad/ad9b5f37c1c20fa82b00ef77527269003ab7d46f.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Реализованная вероятность](/storage/book-covers/43/432282bcde1d534ee9693119900171fadb0eb4d4.jpg)
Дилогия "Реализованная Вероятность" (первая книга - "Пришелица Ниоткуда", вторая - "Молодые Волки возвращаются") повествует о контактах и конфликтах двух полярных миров - мира гуманистов-конфедератов и мира изуверов-имперцев. Оба главных героя, конфедератка Шейла и имперец Аррк Сет, имеют сходное происхождение - непосредственно от космопортовых крыс. Шейла, рождённая "по ту сторону закона", возвращается в лоно Конфедерации, потеряв всех близких людей. Не удовлетворённая только служением Семье Человечеств, она ищет предназначения "на стороне" - в Реализованной Вероятности, в галактической империи зла, созданной неким Автором Бестселлера с неведомой планеты.
![Экспансия Леса](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Прошёл не один десяток лет с момента разрыва официальных дипломатических отношений Форрестера с Землёй, прежде чем эльфы решились начать масштабный проект на паях с земным правительством. Что самое интересное, идею поиска пригодных к терраформированию планет предложили они же. Нельзя сказать, что строительство стационарных порталов совсем уж себя не оправдало, но второго Форрестера землянам больше не попадалось, да и во всей этой затее был большой элемент случайности. То ли попадётся, то ли нет, то ли сейчас, то ли через сто лет.
![Алмазная цепь](/storage/book-covers/d6/d60ba891a730911830111c7fde3fda31d84c8671.jpg)
Подготовка и проведение переворота в банановой стране РФ. Бестолочи и зажравшиеся чиновники готовят и с треском проваливают государственный переворот. Фига с маслицем, а не власть — как результат их вялых усилий. Уроды, упыри, вампиры и другая дрянь правящая и кружащаяся вокруг нашей жизни. Взгляд на жизнь с их стороны.
![Зуб любви](/storage/book-covers/6d/6dfb25594e4afd30666cf750b446cfb5811afb38.jpg)
На прием к доктору Алисе Васильевне приходит необычный пациент, у которого разболелся зуб… любви. Согласно древней стоматологической легенде, укус этого редкого зуба доставляет женщине неземное наслаждение. И только от мастерства Алисы Васильевны зависит, сумеет ли она спасти столь ценный орган.Ситуация осложняется тем, что Алисе Васильевне не дает покоя экс-муж – беззубый боксер-неудачник, который люто ненавидит всех «жубаштых».
![40](/storage/book-covers/be/be83fd62506742ebe70f85e9f7afa294bbc43c88.jpg)
Кризис среднего возраста принимает у писателя Вениамина неожиданные формы. Накануне сороколетия Вениамину кажется, будто большей части прожитой им жизни попросту не было. Стараясь докопаться до сути, он все больше и больше убеждается в этом. Вскоре обнаруживается и злоумышленник, подворовывающий тихую писательскую жизнь…