На суше и на море, 1962 - [7]
Петр Андреевич и Домнушка, тяжело дыша, вычерпывали воду. Сейчас они не видели ни «Гертруды», ни «Тамани», даже моря. Ничего, кроме черпаков и воды в шлюпке. Каждый новый вал, набегающий сзади, мог оказаться последним в их жизни. Какой покойной казалась сейчас недалекая, ярко освещенная «Тамань», даже завалившаяся на бок «Гертруда»!
В эти трудные минуты некогда было и думать об опасности, о том, что ждет на «Гертруде». А Алешу захватило окрыляющее сознание своего бесстрашия. Кругом клокотал, ревел океан. А он, наваливаясь на тяжелые вальки весел, вызывающе шептал.
— Давай, давай! Не страшно. Ни черта не страшно!
Волны рывками подбрасывали шлюпку к большому черному пароходу с белыми надстройками. Быстро приближалась накренившаяся палуба с четкими прямоугольниками задраенных по-штормовому грузовых люков, низкий борт, временами не видный за волнами.
Подойти к пароходу с наветренной стороны нечего было и думать. Первая же волна с размаху ударит шлюпку о борт, разобьет в щепки. Надо было обогнуть «Гертруду» и зайти к ней с подветренной стороны. Тогда высокий корпус парохода несколько прикроет шлюпку от ветра и волны.
— Жми-и! — хрипел Иван Акимович, наваливаясь всем телом на дергающийся руль. — Жми, жми-и!
Полузалитая шлюпка почти поравнялась с высоким носом «Гертруды». Теперь Морозов и Алеша гребли уже против волны, наваливаясь грудью на вальки весел. Исчезли гордые мысли о бесстрашии, подвиге. Главным в жизни оказался точный и сильный гребок. Еще один, еще… А вода стала плотной, неподатливой. Руль под телом боцмана трепетал, вырывался, как живое непокорное существо. От каждого рывка весел шлюпка резко дергалась. Но придержать ее на месте не удавалось. Высокий форштевень «Гертруды» уже поравнялся с гребцами. Еще немного — и он станет удаляться от них.
— Дава-ай! — хрипел боцман. — Чуто-ок! Еще!..
На полубаке «Гертруды» матросы всячески старались привлечь внимание таманцев. Один из тгих размахивал над головой тонким бросательным концом с прикрепленной на конце гирькой, зашитой в матерчатый мешочек с песком.
— Эге-ей! — прорвалось сквозь рев бури и вой ветра. — Э-эй!..
В луче прожектора сверкнула тонкая серебристая полоска. Подхваченная ветром, она уклонилась в сторону от шлюпки и пропала в темноте. Следом за ней поднялась вторая полоска, натянулась над головами гребцов.
Алеша бросил весла. Придерживаясь рукой за качающийся борт, он приподнялся и свободной рукой перехватил тонкий линь.
Иван Акимович не мог доверить молодому матросу бросательный конец. Стоило сделать неловкое движение, не предугадать толчок волны — и веревка вырвет человека из рыскнувшей шлюпки, швырнет в воду. Боцман быстро передал руль Петру Андреевичу и отобрал конец у Алеши.
Осторожно выбирая трепещущий в ладонях линь, Иван Акимович подтягивал привязанный к нему прочный швартовый конец. Выработанная годами цепкость да чутье старого моряка помогали ему угадывать каждое движение шлюпки. Если волна бросала ее в сторону, чуткая рука боцмана несколько отпускала конец. Но стоило волне ослабить напор, и Иван Акимович быстро выбирал линь.
Шлюпка медленно приближалась кормой вперед к высокому подветренному борту «Гертруды». Сверху что-то кричали, показывали руками. Но ветер относил голоса людей. Впрочем, и вслушиваться в них было некогда. Все внимание таманцев устремилось на небольшую полосу воды, отделяющую шлюпку от парохода.
С палубы полетел второй конец. Морозов бросил почти бесполезные весла, подхватил на лету линь и стал осторожно подтягивать нос шлюпки, разворачивая ее бортом к пароходу. Вода упорно отталкивала ее в пустынное бушующее море. Оба конца то туго натягивались, то несколько провисали, и тогда Иван Акимович и Морозов спешили подтянуться еще на метр-два к пароходу.
Новая волна приподняла шлюпку. Высокий черный борт резко надвинулся.
Иван Акимович выпрямился во весь рост и рявкнул, широко раскрывая усатый свирепый рот.
— Принима-ай!
С парохода сбросили два штормтрапа. Они плотно легли на завалившийся борт.
— Пошла, Домнушка! — подал команду Петр Андреевич. — Вихров! На второй трап.
Алеша замялся. Неловко было ему — молодому крепкому парню — уходить со шлюпки первым из мужчин, вместе с пожилой женщиной. Это никак не вязалось с вновь вспыхнувшим радостным ощущением бесстрашия, близящегося подвига.
— Пошел, Вихров! Пошел! — загремел Иван Акимович. — Жива-а!
Окрик боцмана будто подтолкнул в шину. Алеша полез по трапу. За спиной образовался черный, бездонный, по совсем не страшный провал.
Сильные руки тянулись сверху к рыбакам, помогали выбраться со штормтрапа. После трепки, полученной в море, скошенная палуба парохода казалась таманцам прочной и надежной. Лишь сейчас почувствовали они, как холодна вода, пробравшаяся через рукава и вороты к телу. Лишь руки оставались горячими, настолько горячими, что даже мокрые рукавицы не могли остудить пылающие ладони.
На «Гертруде» рыбаков приняли восторженно. Их обнимали, хлопали жесткими ладонями по плечам. В непонятном говоре и восклицаниях изредка звучало и родное русское слово, неведомо как оставшееся в чужой памяти. В нестройном гомоне выделялся сорванный бас Ивана Акимовича, вперемешку с крепкими пожеланиями буре, успокаивавшего матросов «Гертруды».
![Час Быка](/storage/book-covers/fc/fc12644970ca0d6c63d1b1b1b701b6b66e041b46.jpg)
И. Ефремов. Час быка (журнальный вариант). Научно-фантастический роман. Техника молодежи 1968–1969 гг.Этот вариант представляет интерес прежде всего замечательными иллюстрациями А. Побединского. Роман, естественно, значительно сокращен, многое было отброшено, чтобы стало возможным втиснуться в объем журнальной публикации, но знатоки творчества И. Ефремова легко заметят, что в некоторых местах несколько по-другому расставлены акценты, и это тоже может представлять определенный интерес.
![Таис Афинская](/storage/book-covers/ef/efddb0493261eb9a54675642e66a64845d69fba0.jpg)
Исторический роман Ивана Ефремова – гимн женщине, ее красоте, уму, мудрости, дару любви. Все эти лучшие качества воплотила в себе главная героиня романа афинская гетера Таис, прошедшая дорогами войны с войском великого полководца Александра Македонского. Жизнь Таис полна удивительных приключений и серьезных испытаний, из которых она выходит еще более прекрасной.
![Лезвие бритвы](/storage/book-covers/5f/5f3d63e7bbf969ea3e1ec0d6a407201cc87ca38a.jpg)
Книги Ивана Ефремова, в корне изменившего своим романом «Туманность Андромеды» лицо советской и мировой фантастики, во многом опережали свое время. Его перу принадлежат не только научно-фантастические и исторические, но и необычные для нашей литературы шестидесятых годов XX века эзотерические произведения, исследующие тайны подсознания, его связь с творческим началом в человеке и его генетической памятью.Данный том составили философско-психологический роман «Лезвие бритвы» и тематически примыкающие к нему рассказы — «Эллинский секрет», увидевший свет лишь через двадцать лет после написания, и «Афанеор, дочь Ахархеллена».
![На краю Ойкумены](/storage/book-covers/6b/6b74c2f07a067c7ac5735d3d6441db134a816aca.jpg)
Иван Ефремов – автор романа «Туманность Андромеды», совершившего революцию в советской фантастике, был очень разнообразен в своем творчестве. Его перу принадлежат как научно-фантастические, так и эзотерические и исторические произведения.
![Рассказы о необыкновенном](/storage/book-covers/a7/a7c907389ba57e6d6c88df39ae6b676f61553b59.jpg)
В этом сборнике:1. Предисловие к рассказам2. Встреча над Тускаророй3. Эллинский секрет4. Озеро горных духов5. Путями старых горняков6. Олгой-Хорхой7. «Катти Сарк»8. Голец подлунный9. Белый Рог10. Тень минувшего11. Алмазная труба12. Обсерватория Нур-и-Дешт13. Бухта радужных струй14. Последний марсель15. Атолл Факаофо16. Звездные корабли17. Юрта Ворона18. Афанеор, дочь Ахархеллена19. Адское пламя.
![Туманность Андромеды](/storage/book-covers/c0/c02276657fe4516e7efea510d0daf22cec52b2df.jpg)
Роман Ивана Антоновича Ефремова «Туманность Андромеды» — безусловно переломная книга в советской фантастике. Автором нарисована утопическая картина очень отдаленного коммунистического будущего человечества и Земли, естественно такого, каким видел его Ефремов. Межзвездные полеты, облагороженная природа нашей планеты, связь с иным разумом, люди, в психологии которых идея служения объединенному коммунистическому человечеству закреплена тысячелетиями — вот очень очень краткое и серое изложение содержания романа.
![«Океанъ». Сборник морских приключенческих романов, повестей, рассказов. Выпуск 1](/storage/book-covers/e3/e3ff094e424fd877e7e82e1803469f575d5ffb61.jpg)
В сборник вошли приключенческая повесть Ю. Пахомова «Сигуатера», рассказывающая о том, как советские моряки, приняв SOS, оказали помощь экипажу либерийского траулера «Орфей», пораженному какой-то странной болезнью. В фантастической повести С. Гагарина «Дело о Бермудском треугольнике» герои неожиданно переносятся во времени на несколько миллионов лет вперед, оказываясь в самых диковинных ситуациях. Прочитав «Океанъ», читатель узнает, что А. В. Колчак был не только врагом молодой Советской республики, но еще и храбрым моряком, известным исследователем Арктики.
![Приключения, 1985](/storage/book-covers/cc/cccad7295f41dd23584714dfcedcaef654b964e7.jpg)
Традиционный сборник остросюжетных повестей советских писателей рассказывает о торжестве добра, справедливости, мужества, о преданности своей Родине, о чести, благородстве, о том, что зло, предательство, корысть неминуемо наказуемы.
![Военные приключения. Выпуск 6](/storage/book-covers/02/0216053d6e277e8e6625936bb18485cbf3178b7c.jpg)
В сборник вошли остросюжетные приключенческие повести Валерия Мигицко, Владимира Рыбина, Ильи Рясного, Александра Плотникова, а также исторические исследования А. Шишова и Ю. Лубченкова, злободневная публицистика К. Раша.Все произведения рассчитаны на широкую аудиторию любого возраста.