На астероиде - [16]
«Фактор икс» — видеосвязь с близкими?! Нет уж, слишком это неожиданно, неправдоподобно, просто дико! Взрывать душевный осадок, застойную муть памяти… и чем же? Родным голосом, глазами любящего человека?!
Проверить. Немедленно проверить. Она не имеет права делать окончательный вывод на основе столь скупых сведений. Только эксперимент. Но не над несчастными же Альгадо, Насими или Сингхом. Не исключено, что этот Мартенсар тоже «бомба замедленного действия». Его ненормально острая потребность в долгих разговорах с матерью может свидетельствовать о накрепко внедренной мозговой программе. Нет сигнала — подсознательная тревога! Любыми путями добиться видеосвязи…
…Очередной карточный домик. Даже если подозрение справедливо, разовая проверка не даст яркого результата. Не столь, вероятно, глупы «программисты». Однако сверхчуткие приборы должны обнаружить отклонение…
— Все в порядке! — с наигранным кокетством, сверкая улыбкой, обратилась она к «Санта-Клаусу». — Разве я могу отказать такому кавалеру, как вы? — И, подождав, пока Том отсмеется, как бы невзначай добавила: — Он справится с тонкой работой, ваш Мартенсар?
— Так он же как раз электронщик, детка, всякие реле, коммутации…
— Пришлите его ко мне. Я его тут успокою, а заодно он нам малость поможет.
— …У меня есть к вам важное дело, Жюль… вы ведь позволите мне так вас называть?
Он задержал руку Марины в своей лишь на несколько секунд дольше, чем требовалось для пожатия, но Стрижова многое прочла в душе молодого человека, стоявшего перед ней. Мартенсар был возбудим и впечатлителен, как ни один из работников станции. Он уже почти влюбленно смотрел на Марину — изящный, подвижный паренек с черными горячими глазами. Черты его лица были мелковаты для мужчины, но соразмерны.
— Разумеется, мадемуазель: ведь мы, несомненно, одногодки?
Марина скромно опустила ресницы.
— Вы мне льстите, милый Жюль… Садитесь. Кофе? Увы, я готовлю его, вероятно, хуже, чем в парижских кофейнях!
— Из ваших рук я бы выпил даже яд…
Ловок. Несмотря на молодость. Конечно же, единственная постоянная его привязанность — к матери. Может быть, нет никаких «программ» в этом нехитром мозгу? Просто юноша, почти мальчик, через несколько дней разлуки соскучился по маме…
После кофейной церемонии, сопровождавшейся множеством новых комплиментов со стороны Жюля, Марина решительно приступила к делу. Мартенсар так и остался сидеть за столом, посасывая «грушу», а она достала из шкафа модуль малой диагностической машины — пластину, на которую следовало «наживить» крошечный квадратик интегральной схемы и тончайшими платиновыми волосками срастить его затейливым печатным узором. Машина работала прекрасно: никакой срочности в сборке нового модуля не было. Однако Марина расписала работу как сверхспешную и крайне ответственную. Будучи новичком на астероиде, он польщен таким доверием, сообщил Мартенсар. Он выложится и превзойдет себя, чтобы угодить прекрасной даме. Но если мадемуазель хотя бы намекнет, что в этом поручении сказалась личная симпатия к нему, Жюлю, — он просто совершит чудо…
Мартенсар продолжал галантный щебет, прильнув к микроскопу и работая тончайшим паяльником. К рабочему столику были подведены рецепторы большой машины, каждое движение Жюля анализировалось. Впрочем, Марина могла оценить мастерство новичка и на глаз, ибо все, что происходило под микроскопом, отражалось в раме телеэкрана. Мартенсар был подлинным виртуозом. Иные на астероид не попадали…
Щедро расхвалив юношу, Стрижова оглянулась по сторонам с видом заговорщицы и вдруг прошептала:
— Жюль!
Он оторвался от окуляра; по нервному лицу мастера пробежал радостный трепет.
— Жюль, доктор Карр говорил мне, что вы… очень хотели бы поговорить по видеофону с вашей матерью.
Сразу сильно побледнев, он подался вперед и несколько раз энергично кивнул.
— Не двигайтесь резко, иначе взлетите! Вас предупреждали, что такие переговоры во время адаптации запрещены. Но, судя по вашей работе, обстановка астероида на вас влияет мало, за это я, как врач, могу поручиться…
— Нет, просто ваше присутствие… то, что вы рядом… — попробовал было Жюль вернуться к языку комплиментов, да так и сник, недоговорив. Он уже едва замечал Марину. Он лихорадочно ждал разрешения на переговоры.
— …Итак, вы понимаете, что я хочу вам помочь. Сделать исключение. Говорить с Землей можно прямо отсюда, у меня персональный канал. Надеюсь на вашу скромность, Жюль. Иначе вы причините мне огромные неприятности…
Он прижал ладонь к сердцу и сделал движение, словно желая упасть на колени. Выскользнул из кресла, забарахтался в воздухе. Легким отработанным толчком Марина вернула его на место, придержала:
— Спокойнее, Жюль. Вы нам нужны живым.
Семен покосился на светящийся циферблат настенных часов; прикрыл огромной ладонью сладкий зевок и вновь скрестил руки на груди. Он, Панин и Марина сидели перед пультом центрального поста связи. Купол зала изливал мягкое сиреневато-розовое сияние. По среднеевропейскому времени, был час рассвета.
— Вы, медики, ко всему привычны, — проворчал сонный командир и надолго припал к «груше» с чаем. — А вот мне в этом чудится некая подлинка. Смейтесь, смейтесь! — прервал он себя, хотя никто даже не улыбнулся. — Накачивать какой-то чушью мозг совершенно беззащитного, спящего человека… Могут ли низменные средства вести к благородной цели?
Хачатурянц Л.С. Хрунов Е.В. Путь к Марсу: Научно-фантастическая хроника конца XX века. — Москва: Молодая гвардия, 1979. — (Библиотека советской фантастики).Дебютирующие в жанре научно-фантастической литературы летчик-космонавт Герой Советского Союза, кандидат технических наук Евгений Васильевич Хрунов и один из ведущих специалистов в области космической медицины, доктор медицинских наук, Левон Суренович Хачатурянц увлекают читателя в недалекое будущее — первую экспедицию на Марс. Неожиданные испытания подстерегают первопроходцев звездных тропинок не только за бортом межпланетного корабля; верность долгу, товарищеская взаимовыручка, творческая активность помогают космонавтам успешно справиться с порученным заданием.
В книге космонавта Евгения Хрунова и профессора Левона Хачатурьянца читатели вновь встретятся с героями предыдущих повестей «Путь к Марсу» и «На астероиде». На этот раз предстоит экспедиция на Фобос, чтобы проникнуть в загадочный объект, сооруженный инопланетянами…
Роман поэта-футуриста, стиховеда, популяризатора математики и писателя-фантаста С. П. Боброва (1889–1971) «Спецификация идитола» — экспериментальное научно-фантастическое повествование о борьбе колоссальных финансово-промышленных объединений за обладание идитолом, веществом с измененной атомной структурой и небывалыми возможностями. Авантюрный сюжет, изобилующий неожиданными поворотами, погонями, взрывами, интригами и кровавыми столкновениями, позволяет автору испытать своеобразную повествовательную технику, близкую к кинематографической.
Знаете ли вы, что если убить к р а к о л ю р у, начнется эпидемия древесной лихорадки? Нет? Добро пожаловать на Вапру!
Суслин, интересная личность, всё на симпозиумах к скандалам рвался, к диспутам. Его считали бездарностью — он безуспешно занимался биоволнами. До поры безуспешно…
Шесть людей из совершенно различных эпох и культур, шесть разных судеб, шесть смертей… Древнегреческий философ Левкий, сарматская девушка-воин Аиса, патрицианка из Константинополя XIII столетия Зоя, индеец майя доколумбовых времён Ахав Пек, оккультист из Лондона конца XIX века Алфред Доули, погибший в 1978 году «красный кхмер» Тан Кхим Тай… Для каждого из этих людей посмертное существование оказывается различным, в соответствии с его религиозными представлениями.Есть ещё седьмой — журналист-правовед из Киева XXII века Алексей Кирьянов.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
Простите, что без предупреждения, но у меня есть к вам один разговор. Я, Тогаши Юта, в средней школе страдал синдромом восьмиклассника. Синдром восьмиклассника, настигающий людей, находящихся в переходном возрасте, не затрагивает ни тело, ни ощущения человека. Заболевание это, скорее, надуманное. Из-за него люди начинают видеть вокруг себя зло, даже находясь в окружении других людей, но к юношескому бунтарству он не имеет никакого отношения. Например, люди могут быть такого высокого мнения о себе, что им начинает казаться, что они обладают уникальными, загадочными способностями.