– Повторяю, мне не нужны эти акции. – В горле Руби пересохло. – Даже не представляю, зачем Лоренс составил такое завещание. У меня давно созрели другие планы. Я хотела уехать отсюда, уже начала искать новую работу…
Адвокат снял очки и потер складку на переносице. Финлейсон немного помолчал, озабоченно вздохнул и, снова надев очки, посмотрел на Руби поверх стекол.
– Уточняю, – продолжил он, взвешивая каждое слово, – из условий завещания следует: Лоренс Бастиан хотел, чтобы вы, госпожа Клеменджер, остались в Бруме и управляли компанией «Бастиан Перл» вместе с Зейном. Может быть, вам просто нужно время все хорошенько обдумать?
– Нет, пусть уезжает, – зло заявил Зейн. – Никто эту даму здесь не держит. А ее долю я выкуплю.
Дерек Финлейсон нервно моргнул и холодно посмотрел на разгневанного мужчину.
– Я понимаю, мистер Бастиан, вы сейчас подавлены, но я действую в соответствии с законом и в интересах вашего отца. Я честно огласил его волю. Лоренс Бастиан абсолютно четко указал в завещании, что вы должны совместно с мисс Клеменджер управлять компанией.
– Но она же ясно дала понять, что уезжает отсюда.
– Нет! Я передумала. – Руби мотнула головой, встретившись взглядом с пылающими ненавистью карими глазами Зейна. – Раз Лоренс хотел, чтобы я осталась, так и сделаю. Я не могу все бросить, не могу подвести людей, с которыми работала несколько лет. Лоренс был бы счастлив, если бы узнал, что наше общее дело я собираюсь довести до конца. – Губы Дерека Финлейсона растянулись в доброжелательной улыбке, в порыве эмоций он даже стукнул кулаком по столу.
– Молодец, милая! Лоренс Бастиан гордился бы вами. Это точно.
– Как ты это провернула?
Когда Финлейсон покинул офис, Зейн пошел в атаку. Ощущение было таким, что в комнате сгустились мрачные тучи и вот-вот начнется гроза.
Руби едва расслышала его вопрос в гуле собственных, лихорадочно скачущих мыслей.
Ей не выбраться из ловушки.
А ведь почти освободилась от общения с этим злобным типом. Но теперь, волею судьбы, она снова привязана к «Бастиан Перл», а значит, придется налаживать контакт с Зейном. Ее будто наручниками приковали к человеку, которого она успела возненавидеть.
Приковали жемчужными браслетами.
Боже, Лоренс, Лоренс, ты хоть понимал, что сотворил?
«Позаботься о Зейне».
Руби вспомнила последние слова своего друга и наставника. Она горько рассмеялась. Зейн не из тех, кому нужна забота.
– Да, ловко ты все обставила. – Он продолжал язвить.
– Что ты имеешь в виду? Объясни, пожалуйста.
– Не строй из себя дурочку. Ты не член нашей семьи. Ты всего лишь обычная сотрудница компании. С какой такой стати отец оставил тебе столько акций? Чем ты его зацепила?
Она отвела взгляд от книжных стеллажей и презрительно посмотрела на Зейна, пытаясь скрыть смущение.
– Ничем я его не цепляла. И вообще, я даже не предполагала, что он составит такое завещание.
– Не предполагала? – Зейн недоверчиво хмыкнул. – Ты жила с ним в одном доме, постоянно общалась с ним и не предполагала… Хватит притворяться. В твою искренность верится с трудом.
Она покачала головой.
– Клянусь. Ничего я не знала! Я уже собиралась уволиться и уехать. Для меня самой произошедшее – полная неожиданность.
– Вот только не надо морочить мне голову. Наверняка до последнего момента лелеяла надежду отхватить куш побольше. Знала, что отец включит тебя в завещание. Уехать она собиралась… Когда на горизонте замаячила сотня-другая миллионов долларов, быстренько поменяла планы. Хотя, разумеется, – саркастически усмехнулся он, – разумеется, деньги тебя не интересуют.
– При чем тут деньги? Если я брошу коллектив…
– Да ты, оказывается, важная персона. Без тебя все заглохнет. И, конечно, ты остаешься ради людей. Какое благородство, – он резко наклонился к ней. – И что, никакой личной выгоды? Извини, не верю. Ну не верю я тебе.
– Можешь не извиняться, – прошипела она в ответ. – Я с самого начала знала, что ты не поверишь ни единому моему слову. Но это твои проблемы. Только не могу понять, почему ты так ненавидишь женщин. Демонстрируешь свою злобу с момента приезда.
– А ты демонстрируешь свою жалкую сущность. Была содержанкой, признайся честно. Кого ты из себя строишь? Дешевка. Но, видно, мой отец пытался сделать тебя подороже. Наверняка был по отношению к очередной молодой любовнице щедрее щедрого.
Руби прикоснулась пальцами к вискам. Как стучит кровь. Внутри все закипает.
– Значит, ты хочешь сказать, Лоренс составил такое завещание, потому что я была его любовницей, да?
– В точку.
– То есть ты все сводишь к сексу…
– Ничего удивительного.
Руби хотела было снова возразить, но потом подумала: пусть лучше Зейн остается при своем мнении. Раз этот человек так ненавидит ее за то, что она якобы спала с его отцом, он сам до нее вряд ли дотронется. А если Зейн не будет приставать к ней, она сможет хоть как-то сопротивляться странному обаянию, исходящему от него. Парадокс. Младший Бастиан вызывал у Руби то презрение, то желание немедленно броситься в его объятия. Наваждение какое-то.
А что, если рассказать Зейну всю правду? Нет, не стоит. Но тактику она сменить решила. Что будет, то и будет.