Мой любимый шут - [10]
— Что ты тут пискнула, повтори?
— Нет.
Стало жутко противно. Откуда-то из глубины моего непослушного «я» поднялась волна негодования: перед кем я трясусь? Перед семнадцатилетним хлыщом? Перед кумиром глупых школьниц?
— Идите в задницу, Ваше Высочество.
Холёная мордашка Мартина расцвела багрянцем. Глаза округлились. Ой, да ему ни разу в жизни в ответ не хамили, успела подумать я, прежде чем получила наотмашь по лицу. Ткнулась в снег лицом, зажмурилась от боли и холода.
— Гадина! — орал Мартин, — Да я тебя на каторгу мигом определю! В казармы у меня пойдёшь, потаскуха! Солдатню развлекать будешь с утра до вечера! Да тобой…
Он внезапно смолк, всхлипнув. Послышалась непонятная возня, заскрипел снег под торопливо приближающимися шагами. Я протёрла от снега глаза, села. Чьи-то крепкие руки помогли подняться.
— Рита, солнышко моё… Ты как?
Шут был не бледный — абсолютно белый. Лео тоже. Его Высочество согнувшись, сидел в сторонке, хлюпая разбитым носом. Судя по крови на перчатке, последнее было делом рук Лео.
— Рита, — Шут осторожно меня встряхнул.
— Я… я… — губы не слушались.
Родные, тёплые руки прижали меня к мною же связанному прошлой зимой тёмно-синему свитеру. Под свитером гремело перепуганной симфонией сердце моего Шута. Хотелось стать маленькой и спрятаться — прямо в глубину этого сердца.
— Урод! — плаксиво выдал Мартин, — Я тебя под суд отправлю…
Шут повернулся к принцу.
— Тот, кто бьёт слабых женщин, сам заслуживает каторги, — и обратился к перепуганному не меньше нашего Лео: — Иди, Лео. Я тебе гарантирую — ничего тебе не будет. Иди на пост.
Лео поспешно удалился. Мы остались втроём. Шут и Мартин смотрели друг на друга врагами. Март размазывал рукавом кровь. «Опять новые манжеты шить», — подумалось мне.
— Ты хоть понимаешь, кто она? — с усмешкой обратился Мартин к Шуту, — Девка из народа, а ты…
— А я и есть народ, — спокойно сказал шут, не глядя на него.
— Я не потерплю её с тобой рядом, — зло проговорил принц.
— Твоего мнения никто не спрашивал, — ответил Шут, по-прежнему прижимая меня к себе, и прибавил язвительно: — Твоё Высочество.
— Да ты как со мной разговариваешь? — от возмущения Мартин даже вскочил, — Да ты кто есть-то, клоун!
— Заткнись и вытри лицо снегом, — голос Шута звучал пугающе-спокойно. — Посмотри на себя со стороны. Наследник.
В последнее слово было вложено столько ледяного презрения, что мне стало жутко. «Шут, что ты творишь?»- захотелось крикнуть. А у него руки стали, как каменные. Было страшно даже шевельнуться: вдруг запросто так раздавит?
Мартин просто кипел. Ловил ртом воздух, как рыба на противне. В глаза Шуту почему-то не смотрел.
— Я тебе сказал… — начал было принц, но Шут его тут же перебил:
— Это я сказал. А ты… Чтобы духу твоего рядом с ней — кивок на меня, — не было! Идём, Рита.
Мы быстро зашагали по дорожке к Дворцу. Дошли до развилки, я попыталась вывернуться и пойти к себе, но шут не позволил.
— Посидишь у меня сегодня. Выбью тебе отгул, не волнуйся.
Я поняла, что так надо. Робко кивнула и позволила вести себя дальше. Когда мы подошли к парадному крыльцу, меня вдруг как осенило: я, обычная белошвейка — через вход для членов королевской семьи?! Жалобно затрепыхалась, протестуя, но Шут покрепче обнял меня рукой за талию и провёл за инкрустированные золотом высшей пробы белые двери.
Поднялись по центральной лестнице, прошли через крыло, занимаемое апартаментами принца Мартина. Я была просто в столбняке от такой наглости шута. Молчала всю дорогу. И даже очутившись в комнатке, занимаемой моим любимым под спальню, не могла успокоиться и вернуться в состояние равновесия. Ознобом колотило предчувствие катастрофы.
Шут усадил меня на кровать, опустился на колени, принялся бережно расшнуровывать мне ботинки.
— Испугалась, лапонька моя, — ласково и тихо говорил мне шут, — Всё, всё… Прошло, всё позади. Ну, будет, будет, Ритуля… Расслабься. Никто тебя не тронет, я тебе клянусь. Гарантирую. Всё у нас с тобой будет хорошо. И никакие принцы нам тут не указ. И даже королева. Девочка моя перепуганная… ножки замёрзли… мордашка бледная… Ну оттаивай, оттаивай.
Он принялся аккуратно массировать мне действительно замёрзшие стопы. Спустя пару минут шок прошёл, я растаяла и потекла слезами.
— Ну ты чего? — грустно улыбнулся Шут.
— Ты себе представляешь, что теперь с нами будет? — всхлипнула я.
Ритмично двигающиеся лёгкие пальцы замерли на мгновенье. Шут снова улыбнулся.
— А ничего не будет, Марго. С чего ты вообще взяла, что с нами что-то случится?
— Ты только что оскорбил принца… и думаешь, что всё сойдёт с рук?
— Уверен. Я же просто шут. На меня, дурака, грех обижаться. А ты не при чём.
— Так уж и не при чём! — проплакала я, — Вообще весь конфликт из-за меня! Если бы ты не вступился… ты и Лео… меня бы просто уволили, и тебе бы ничего такого не…
— Рит, — с мягкой укоризной произнёс Шут, — ты мне вообще-то веришь?
— Верю.
— Тогда просто поверь: никаких последствий этого инцидента не будет. Даю тебе слово. Ну, иди ко мне. И хватит слёз. Мне тысячекрат дороже твоя улыбка.
Обнялись. Я постепенно успокоилась, согрелась и утешилась. Шут принёс откуда-то целую тарелку фисташек, и мы уселись их шелушить. Пытались говорить на отвлечённые темы — сперва натянуто, потом как-то нормально пошло. Обсудили мою грядущую сессию, прикинули планы на выходные и далёкие пока рождественские каникулы. Решили съездить покататься на санях (хоть я и настаивала на снегоходах). Потом фисташки иссякли, Шут уселся за рукописи, а я принялась ворошить его гардероб, мучаясь вопросом: чего бы ещё такого ультраклёвого сшить или связать своему мужчине?
![Полшага до неба](/storage/book-covers/6f/6fc5a82271a69034949898cdb384f167729d53f5.jpg)
Легко ли быть молодым? Еще бы! Особенно когда ты здоров, влюблен, карьера идет в гору, а перед тобой — весь мир, полный ярких красок… И тут звучит приказ, не подчиниться которому нельзя.Внедрение в экспериментальную программу с непредсказуемым результатом. Изматывающие тренировки. Радость от первых успехов. А потом — бах! — эксперимент пошел по худшему варианту, и теперь уже не важно, кто тому виной. Главное, что в двадцать с небольшим у тебя нет завтра, и отныне ты обречен жить на больничной койке, глядя на мир вертикальными зрачками дракона.Но есть на свете сила, которая с одинаковой легкостью может сотворить из человека чудовище и очеловечить монстра.
![Элоиза](/storage/book-covers/c2/c28a8a4e073134b9a5a9cd0cc7500a13855c121b.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Азиль](/storage/book-covers/ef/efb75f82761f90813b1aa16e9bd8d36862f7a550.jpg)
Мир после химической войны, уничтожившей хлорофилл. Двести лет стоит на берегу Средиземного моря Азиль — последний уцелевший город, спрятанный под Куполом. Здесь чистый воздух и еда досыта — привилегия богатых градоуправленцев. Здесь в городских катакомбах тихо зреет революция, а в море ждёт Онамадзу — гигантский белый кит. В этом городе среди людей незамеченным бродит Бог. Добро пожаловать в Азиль — последний приют человечества!
![Игрушки дома Баллантайн](/storage/book-covers/52/52bdac2ef2c94fec756c2e2095012d7c7c991df1.jpg)
Чудеса механики и темные знания помогают Баллантайнам возрождать умерших. Из перерожденных получаются идеальные рабочие и слуги. В богатых семьях перестают бояться смерти. И все же не каждый готов признать бессмертного равным себе. Вот уже более ста лет полулюди-полукуклы пытаются доказать всем, что они не мертвые, что живым человека делает не биение сердца. Но на другой чаше весов — слепое подчинение приказам Баллантайнов. Что перевесит? И к чему приведет безудержное и беспринципное стремление к власти «повелителя» кукол, если перерожденных в Нью-Кройдоне уже тысячи? На чью сторону встанет само Мироздание?
![Офелия](/storage/book-covers/a0/a0148f02222baa4598afbebfcd3206d0abaa1f34.jpg)
Старая добрая Англия середины 20 века. На материке во Вторую Мировую войну во время испытаний нового оружия образовалась зона наслоения двух миров. И пока военные в Европе всеми силами стараются сдержать проникновение существ из параллельного мира, дельцы налаживают торговлю мифическими существами. Англичанин мистер Палмер покупает себе русалку - живую игрушку, беспомощную, испуганную и опасную для всех, кто решит с ней познакомиться поближе. Но двенадцатилетний Питер Палмер не думает о грозящей ему опасности и не желает видеть в Офелии врага рода людского.
![Проклятый](/storage/book-covers/a5/a54e05d1db109817fa7f61549cb0eeab4b2339ad.jpg)
«Я хотел лишь сбежать от проблем. Забыться на месяц в другом мире. Кто знал, что Массакрия преподнесет мне такой сюрприз? Стать „невольным“ тестером. Не начав играть нарваться на проблемы. Окунуться в жизнь закрытого общества. Стать изгоем на которого ведут охоту. Этого я хотел? Нет. Я хотел лишь сбежать от проблем. Забыться на месяц в другом мире…».
![Путь Белого Странника](/storage/book-covers/4b/4b1fb2b07243f8c1fde7772f57fc346895512679.jpg)
Путь человека тернист и извилист. А уж путь практикующего мага и вовсе лишён бытовой рутинной предсказуемости. Планы, в споре с событиями, способны сменять один другого с феерической быстротой, далеко не всегда своевременно советуясь о своих намерениях с хозяином. Если же маг ставит перед собой заведомо невыполнимую задачу, партия обещает быть особенно занимательной. По одному тузу из каждого рукава в пользу извилистости и непредсказуемости пути! А там и до джокера недалеко…
![Судьба](/storage/book-covers/3b/3b9cb238292aafcccc0dfd049e0ed286a8238880.jpg)
Гилтас Следопыт привел свой народ в новый рай — легендарную долину Инас-Вакенти. Но запретная долина привлекает и других. Искатели приключений и ученые, священники и сумасшедшие, злобные враги, все пришли туда. А кое-кто пришел из самой необитаемой долины. В это время, Кериансерай, наконец, воссоединилась со своим мужем, приведя на помощь беженцам свой отряд солдат с грифонами. Гилтас настаивает, что судьба эльфов лежит среди влажных туманов и бродячих призраков забытой долины, но никто не знает, прав ли он, или они с Львицей ведут азартную игру — а на кону выживание их народа.
![Альянсы](/storage/book-covers/8b/8bd57506adf1042491176b725663b44b0f97c257.jpg)
Пока эльфийские изгнанники борются за выживание в далеком королевстве Кхур, остающиеся в Квалинести эльфы сталкиваются с гонениями, порабощением и истреблением. Среди огромных страданий и безграничного зла появляется предводитель восстания — в маске, безымянный, обладающий странной властью — полный решимости очистить эту землю от захватчиков. В это время Кериансерай, Львица, кагонестийский генерал и жена Беседующего Гилтаса, волшебным образом переносится от неминуемой смерти в Кхуре в не менее отчаянное положение на свою бывшую родину.
![Последний Полет](/storage/book-covers/78/78feb28de2fa30b6dc3a7736fd268dc5f274c6e9.jpg)
Серые Стражи снова стали героями Тедаса: Архидемон повержен, а оставшиеся порождения тьмы загнаны обратно под землю. Мор окончен. По крайней мере, так кажется. Валья, молодая эльфийка-маг, недавно принятая в ряды Серых Стражей, получила задание изучить исторические записи прежних Моров, чтобы лучше понять новый - и тревожный - феномен, связанный с порождениями тьмы. В ходе её исследования Четвёртого Мора обнаружилось зашифрованное упоминание, нацарапанное на полях древней карты, а также спрятанный дневник Иссеньи - из последних легендарных наездников на грифонах.