Модистка королевы - [62]
Только клевета губит и сеет сомнения.
Все были охвачены страхом.
Они решились на это двадцать первого января.
— Король мертв, он мертв… — повторяла Аделаида, ошалевшая от горя.
Мы все были в шоке.
Королева и после смерти мужа продолжала принимать визиты в тюрьме.
Она будто растаяла… С этого января она стала медленно умирать. Думаю, она лишилась сна и очень мало ела.
Тогда она взяла с меня обещание покинуть страну. Ведь я тоже имела некоторое отношение к монархии, дорогостоящей и легкомысленной. Что могло еще придти в голову революционеру, как не заставить меня платить дорогой ценой? Но оставить ее в тот момент… Я упорно продолжала навещать ее, она бранила меня за мое неблагоразумие. Мальчики и Аде в свою очередь тоже не спускали с меня глаз. Война приближалась к моему дому, крики ненависти звучали все громче и чаще. Если я осмеливалась пойти на улицу Ришелье, меня там уже поджидали, чтобы показать пальцем и освистать. Однажды я даже решила, что пробил мой последний час. Они так трясли мою карету…
— Смерть подружке австриячки!
— Мы прикончим тебя, Бертен! — вопили они.
Свои слова они приправили ударами булыжников. В любом случае двадцать первое января открыло мне глаза, произошедшее стало сигналом к отъезду. Пришло время бежать.
Последний раз я видела ее в тюрьме Тампль.
Это был черно-белый силуэт. Черными были платье, шейный платок, туфли. Белыми были чепчик, кожа, волосы. Волосы королевы… когда-то она была пепельной блондинкой. Теперь ее волосы приобрели цвет небытия, ничего. Что касается ее взгляда, то он был похож на взгляд маленькой принцессы Софии[132]. Размытого голубого цвета ее глаза сначала пристально смотрели на вас, а потом вдруг устремлялись вдаль. Она была волнующей, даже тогда, особенно тогда. Я содрогаюсь, говоря об этом.
Мы попрощались очень просто.
Я храню в памяти ее последнюю улыбку, последний взмах ее руки. Я думаю об этом снова и снова и говорю себе, что мы ни разу не обнялись как настоящие подруги. А ведь мы стали настоящими подругами.
Не проходит дня, чтобы я не вспоминала об этом.
— Приготовьте мне экипаж! — крикнула я однажды утром Колин, пока Мари-Анж помогала мне укладывать сундуки. Я так хотела поберечь своих близких. Я объясняла им, что в очередной раз торговля и дела зовут меня в дорогу, что я постараюсь раздобыть денег там, где они еще водятся. Мы так сильно нуждались, что этот аргумент, казалось, убедил их. По крайней мере, они сделали вид, что поверили. Даже когда они увидели, как маленький Филипп карабкается в карету. Со мной поехали еще Аде и две девушки из «Великого Могола».
Я бежала от гильотины. Я собиралась найти убежище в Лондоне, в городе, который хорошо знала. Я уже давно снимала там временное жилище, недалеко от площади Беркли[133]. Лондон был удобен. Я была недалеко от своей страны и могла продолжать дела.
Я простилась со всеми, дала некоторые указания, обняла родных… Бросив последний взгляд на Эпиней, я подобрала юбки, чтобы забраться в карету, за мной последовала Аде, мрачная, но успокоенная. Она бы и недели больше не выдержала в этой стране. Она видела столько голов, которые, нанизанные на пики, проплывали по улицам, столько людей в деревянных башмаках и с ножами, да еще и смерть короля, — все это повергло ее в жуткий страх. Как и всех нас. Было видно, что для них больше не существует преград, что они способны на все. Война породила монстров, которые готовились к тому, чтобы порезать нас. Эти чудовища, даже те, которые называли нас вампирами, не могли насытиться кровью.
— Нужно убить их всех, всех…
— Смерть синьорам!
— Смерть всем, кто имеет к ним отношение!
Я видела, как они отрубали головы трупам, расчленяли раненых неторопливым жестом крестьянина, разделывающего свинью. Я слышу их. Их крики преследуют меня. Говорили, что Париж охвачен зверским безумием. Я бы сказала, дьявольским. Животные охотятся для того, чтобы выжить, они хищные, но они не варвары. В ту эпоху человечности было больше среди собак и крыс.
Итак, мы ушли из ада, покинули красное королевство ради серых английских дождей. Мы вновь глотали пыль дорог, долгие лье и мили отделяли нас от Лондона. Экипаж тронулся ранним утром в дорогу на Понтуаз. Дорога была пустынной. Я помню, как на окраине страны свинья с фермы Кокенар пересекла дорогу, испугав лошадей и чуть не опрокинув упряжку. Хорошее начало. Мадемуазель Паулин развеселила нас метким замечанием:
— Вот грязная скотина! Наверняка ушла с улицы Ришелье, чтобы докучать нам и здесь.
Мы нашли в себе силы засмеяться, мы даже, казалось, были счастливы от того, что не перевернулись. Мне хотелось плакать, но я улыбалась, даже смеялась, крепко прижимая к себе моего маленького мальчика.
Чтобы попасть в Лондон, нужно было проехать через Аббевиль. Дорога была мне знакома… Тесно прижатые друг к другу в экипаже, мы быстро миновали город. Иногда я робко выглядывала в окно. Мне хотелось увидеть отель Марешоссе, где я выросла, но меня в любой момент могли заметить, я знала, что в моем старом доме и в отеле сидят грязные скоты.
— На обратном пути! — умоляла меня графиня де Тилли. — Ради всего святого, будьте благоразумны…
![Последний незанятый мужчина](/storage/book-covers/36/36b6a8005a8bf1fd37568d8db02c6b61dba2896b.jpg)
Ироничная городская история о погоне за сказочным принцем. Две одинокие тридцатилетние англичанки, совладелицы фирмы по подбору элитного персонала, решили использовать свои деловые навыки на личном фронте и подобрать себе лучших женихов среди своих клиентов. Но идеального и к тому же незанятого мужчину найти не так-то просто…
![Любовь под запретом. Дом одиноких теней](/storage/book-covers/e8/e804ebac64178a7c239c629ed7f15049f269b3ca.jpg)
Глубокие личные переживания, захватывающие события в жизни героинь этих романов тесно переплетаются с увлекательным детективным сюжетом.
![Любовь в наследство, или Пароходная готика. Книга 2](/storage/book-covers/8d/8d603dc50ec72f278e85b83f666d2df3c3bf62f2.jpg)
…Кажется, совсем недавно богатейшая плантация Синди Лу стала приютом любви и верности Клайда Бачелора и его жены Люси. Только многое изменилось с тех пор: погибли в беспощадном огне пожара Люси, любимица отца Кэри и ее муж.И теперь в несравненном дворце подрастает Ларри — внук и наследник Клайда. Как знать, не станет ли его поездка во Францию роковой? Не принесет ли она ему встречу с большой, всепоглощающей страстью?..* * *Прекрасный роман “Любовь в наследство, или Пароходная готика” принадлежит одной из знаменитых романисток XX века Ф.П.
![Любовь в наследство, или Пароходная готика. Книга 1](/storage/book-covers/e5/e5f21795e3e83fcac058db7d648d7a98b480f59f.jpg)
Роман одной из самых знаменитых романисток XX века Ф.П. Кийз погружает читателя в добрые старые времена, когда жизнь на Миссисипи была простой и спокойной. Роскошные пароходы на большой реке, богатые плантаторы и их семьи, благородные капитаны и отчаянные игроки, а главное — любовь и страсть. Так начинается повествование о судьбах героев, которым предстоит выдержать страшные испытания судьбы и познать истинные чувства.* * *Прекрасный роман “Любовь в наследство, или Пароходная готика” принадлежит одной из знаменитых романисток XX века Ф.П.
![Мое прекрасное забвение. Моя прекрасная свадьба](/storage/book-covers/8a/8aea6360b552bebc622286c9f7caf3bee689346a.jpg)
От автора бестселлеров «Мое прекрасное несчастье» и «Мое ходячее несчастье»!Камилла находится в растрепанных чувствах. Примерно полгода назад она познакомилась с обаятельным парнем по имени Ти-Джей, но он уже три месяца как в командировке в Калифорнии, и они почти не видятся. Вот и сейчас сорвалась очередная встреча. И тут за Камиллой начинает ухаживать Трентон, один из пятерых знаменитых братьев Мэддокс. Камилле он безумно нравится, но ее мучают угрызения совести, ведь получается, что она обманывает Ти-Джея! К тому же с Ти-Джеем связана некая тайна, о которой ни в коем случае не должен узнать Трентон.
![Любовь преходящая](/storage/book-covers/5d/5dbeb6f9dfaf9c1a29c26b81d47d2b4b44fd73e1.jpg)
Что такое любовь? Похоть, прихоть, игра, страсть, всеобъемлющая и неисповедимая?Включенные в книгу произведения объединены не только схожим названием и — как читатель вправе предположить — общей темой. В них — по-разному, но с одинаковой неумолимостью — автор отказывается выбирать между явью и вымыслом, приличным и непристойным, поэтическим и вульгарным, реалии вожделения земного тесно сплетаются с символическим сюрреализмом любви божественной, с манящим и обманчивым светом той далекой звезды…Сборник «Любовь преходящая» рассказывает, как юноша входит во взрослую жизнь, как он знакомится с любовью плотской, как ищет любви иной, как всякий раз любовное томление издевательски оборачивается фарсом.В романе «Любовь абсолютная» герой, приговоренный к смертной казни за убийство (настоящее или мнимое?), ожидая экзекуции, вспоминает свое детство и видит себя маленьким бретонцем конца XX века и Христом согласно Евангелию; сыном плотника Иосифа и непорочной Девы, Мариам, и вместе с тем, отпрыском нотариуса г-на Жозеба и его похотливой супруги, совратительницы Варии…Альфред Жарри (Jarry Alfred, 1873–1907) — признанный классик французской литературы, поэт, прозаик, драматург, к середине XX века ставший культовой фигурой литературного и театрального авангарда Европы, США и Латинской Америки.