Людвиг, король Баварский - [10]
Изложив коротко некоторые части учения о паранойе, нам легко теперь будет понять болезненное состояние Людвига II, короля Баварского.
Людвиг II имел ряд предков с несомненным отягощением центральной нервной системы. Естественно, что и на свет Людвиг явился уже с неустойчивой и подорванной нервной системой. Что это предположение верно, мы находим подтверждение в том обстоятельстве, что заболеванию подвергался не один он, а и другие члены его семейства, как брат его Оттон, нынешний король Баварии.
Одаренный от природы прекрасными умственными способностями, Людвиг, однако, воспитывался так, что не получил отвлечения от своих болезненных задатков; напротив, в дальнейшей жизни он нашел только поддержку и укрепление своим болезненным особенностям. Имея по природе крайнее влечение к уединению, одиночеству и устранению от общества, он и в силу своего положения, как будущего короля, должен был стоять несколько особо, несколько дальше от подданных. Такое положение дела не отвлекло его природного сосредоточия, не привязало к обычной человеческой жизни, не заинтересовало нуждами простого человека. В этом отношении он не получил отвлечения, не получил широкого развития и не проникся потребностями нужд и забот простых людей. Не найдя отвлечений в столь широком жизненном призвании, Людвиг II еще больше сосредоточивался на своих болезненных влечениях, чувствах, инстинктах и потребностях.
В роде Виттельсбахов веками поддерживалось стремление ко всему прекрасному: изваяниям, живописи, особенно же к музыке и архитектуре. Получив по наследству особенное влечение, болезненную страсть к музыке и архитектуре, а вместе с сим и особенное, необыкновенное развитие фантазии, болезненно преобладающее над действием чистого рассудка, Людвиг нашел еще большую поддержку своей болезненной фантазии в воспитании. Юношу окружили лучшими артистами и художниками, – этого требовали предания рода Виттельсбахов, – и таким образом подлили в огонь масла. Но кроме воспитания насильственного, воспитания назначенного ему родителями, Людвиг воспитывался преданиями и памятниками, стоящими вокруг него в виде замечательных архитектурных построек, созданных его предками Виттельсбахами, в виде знаменитых картинных галерей, прекрасных собраний изваяний и проч. Все это Людвиг видел, все это изучал, все это говорило ему, как завет предков, об их достоинствах и все это поощряло его на дальнейшее продолжение и совершенствование. При таких сочетаниях обстоятельств диво ли, если у Людвига явилась особенная страсть к постройкам, страсть, побеждающая доводы рассудка и порицающая представления министров…
На горе Людвигу, при его блестящих, но болезненных природных художественных дарованиях в это время явилась музыка Вагнера. Музыка Вагнера, по отзывам многих знатоков дела, это наркотическое создание, действующее на мозг человека так же опьяняюще, как опий, гашиш, морфий и проч. И вот на этот-то наркотик всеми фибрами своей больной души нападает Людвиг II. Его увлекающаяся, мечтательная и фантазирующая душа целиком отдается этой музыке и не отличает созданий от создателя, героев от себя лично и образов фантазии от действительной обстановки. Это тот запой, который наиболее расслабил рассудок и погубил короля.
Несчастные обстоятельства жизни оттолкнули молодого короля от его невесты, создали отвращение к женскому полу и тем самым парализовали в нем чувства, инстинкты, страсти, заботы, стремления и действия мужа и отца. Это отклонение еще более бросило его в область фантазий и породило подозрительность к окружающим, мысли о надзоре за ним, идеи о преследовании и целый ряд поступков, указывающих на боязнь не только женщин, но и вообще людей.
От природы вообще гордый и высокомерный, Людвиг и в болезни своей проявлял болезненно небрежное и высокомерное отношение к окружающим в виде грубостей и наказаний.
Удалившись от людей, Людвиг жил образами фантазии. Не испытывая горестей и радостей обычной жизни, он жил жизнью, созданною его мечтами. Не имея повышений и отличий обычной жизни, он превращал себя в фантастической жизни то в Людовика, то в Лоэнгрина, то в горного духа.
Масса фактов, собранных нами, ни на одну секунду не оставляет сомнения в болезни короля. Но все эти факты говорят нам, что в жизни этого человека не было ничего нового, ничего необыкновенного, ничего неожиданного. Все болезненные проявления суть только естественное развитие природных его дарований. Уже от природы он унаследовал болезненную, мечтательную и фантазирующую натуру, дарования, в которых блестящие умственные способности заглушались гениальными созданиями воображения. Воспитание, образование, обстановка, обстоятельства жизни и случайности сделали то, что не рассудок взял перевес над образами фантазии, а воображение и фантазия одержали победу над рассудком. Рассудок подломился, создалась душевная болезнь.
Но мы знаем, что душевная болезнь, поразившая короля, такого свойства, что она представляется государством в государстве. Она представляет болезненный остров в живом и здоровом море жизни. У такого больного является двойственность сознания: с одной стороны, вся обычная жизнь с ее нуждами, требованиями и делами, с другой стороны, жизнь личная, жизнь воображений и фантазий. Первая жизнь дозволяет человеку быть обычным человеком, исполнять государственные и общественные обязанности, быть мужем, отцом и гражданином, вторая – делает его сумасшедшим. До тех пор пока эти две жизни могут существовать совместно, при подчинении второй жизни требованиям первой, до тех пор такой больной мыслим в обществе; но когда требования второй жизни начинают тяготеть и преобладать над требованиями первой – этот человек неправоспособен.
![Психиатрические эскизы из истории. Том 1](/storage/book-covers/32/3249618b06d82facc8b0f8226590992006af02a4.jpg)
П.И. Ковалевский (1849-1923) – выдающийся русский психиатр, профессор, ректор Варшавского университета, основатель первого в России психиатрического журнала «Архив психиатрии, неврологии и судебной психопатологии». В двухтомнике публикуется уникальная серия исследовательских очерков, каждый из которых анализирует наследственность, анатомо-физиологические и психические характеристики крупнейших исторических деятелей. Художественность, тонкая историческая наблюдательность и глубина научных обобщений делают книгу П.И.Ковалевского интересной для самого широкого круга читателей.Содержание:ИОАНН ГРОЗНЫЙПЕТР ВЕЛИКИЙ И ЕГО ГЕНИЙИМПЕРАТОР ПЕТР IIIИМПЕРАТОР ПАВЕЛ IГЕНЕРАЛИСИМУС СУВОРОВ.
![Генералиссимус Суворов](/storage/book-covers/3d/3d4f3351e9615f30b88cd2653d3fb52d459d1b6e.jpg)
Исследовательский очерк профессора медицины, автора многих научных трудов по психиатрии П.И. Ковалевского анализирует наследственность, анатомо-физиологические и психические характеристики Александра Васильевича Суворова. Художественность, тонкая историческая наблюдательность и глубина научных обобщений делают эту работу интересной для самого широкого круга читателей.
![Навуходоносор, царь Вавилонский](/storage/book-covers/a3/a3ce3f5d9c7b90ae9dd161d2572989a7d1afd170.jpg)
Исследовательский очерк профессора медицины, автора многих научных трудов по психиатрии П.И. Ковалевского анализирует наследственность, анатомо-физиологические и психические характеристики Навуходоносора, царя Вавилонского. Художественность, тонкая историческая наблюдательность и глубина научных обобщений делают эту работу интересной для самого широкого круга читателей.
![Эммануэль Сведенборг](/storage/book-covers/79/7903e82cf0e9fedd4a2e335c72042fc0113414e0.jpg)
Исследовательский очерк профессора медицины, автора многих научных трудов по психиатрии П.И. Ковалевского анализирует наследственность, анатомо-физиологические и психические характеристики Эммануэля Сведенборга. Художественность, тонкая историческая наблюдательность и глубина научных обобщений делают эту работу интересной для самого широкого круга читателей.
![Откровение или бред?](/storage/book-covers/c9/c98bf750baa2a9934aa0d374a9dab8965d3f2471.jpg)
Когда ты говоришь с Богом – это молитва, а если Бог говорит с тобой? Что это? Проявление болезни или откровение? Обычно все-таки болезнь, и все же история знает очень много примеров того, как душевнобольных людей провозглашали гениями и святыми, принимая их галлюцинации за провидение. С другой стороны, такой подход отвергает саму возможность существования святых и пророков.Павел Иванович Ковалевский – выдающийся русский психиатр, профессор, историк, основатель первого в России психиатрического журнала «Архив психиатрии, неврологии и судебной психопатологии», изучая случаи галлюцинаций в истории, создал эти яркие, живые, наполненные искрометным юмором литературные портреты нескольких величайших гениев в истории человечества.
![Иоанн Грозный](/storage/book-covers/47/47ddd1e48c16942e9b68bdd7a5c570c0ca114788.jpg)
Исследовательский очерк профессора медицины, автора многих научных трудов по психиатрии П.И. Ковалевского анализирует наследственность, анатомо-физиологические и психические характеристики Иоанна Грозного. Художественность, тонкая историческая наблюдательность и глубина научных обобщений делают эту работу интересной для самого широкого круга читателей.
![Сэкигахара: фальсификации и заблуждения](/storage/book-covers/80/80faccd9cb98ea4c1b1f214dc044c99bfc90a1bb.jpg)
Сэкигахара (1600) — крупнейшая и важнейшая битва самураев, перевернувшая ход истории Японии. Причины битвы, ее итоги, обстоятельства самого сражения окружены множеством политических мифов и фальсификаций. Эта книга — первое за пределами Японии подробное исследование войны 1600 года, основанное на фактах и документах. Книга вводит в научный оборот перевод и анализ синхронных источников. Для студентов, историков, востоковедов и всех читателей, интересующихся историей Японии.
![Оттоманские военнопленные в России в период Русско-турецкой войны 1877–1878 гг.](/storage/book-covers/8b/8ba25fd558aaf18130f51a8997d5be8e03b68233.jpg)
В работе впервые в отечественной и зарубежной историографии проведена комплексная реконструкция режима военного плена, применяемого в России к подданным Оттоманской империи в период Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. На обширном материале, извлеченном из фондов 23 архивохранилищ бывшего СССР и около 400 источников, опубликованных в разное время в России, Беларуси, Болгарии, Великобритании, Германии, Румынии, США и Турции, воссозданы порядок и правила управления контингентом названных лиц, начиная с момента их пленения и заканчивая репатриацией или натурализацией. Книга адресована как специалистам-историкам, так и всем тем, кто интересуется событиями Русско-турецкой войны 1877–1878 гг., вопросами военного плена и интернирования, а также прошлым российско-турецких отношений.
![Секрет Черчилля](/storage/book-covers/b3/b34999063745ddad0a4b14b3475e77e46111fe25.jpg)
Книга «Секрет Черчилля», принадлежащая перу известного во Франции, Бельгии, других европейских странах и США журналиста Э. Н. Дзелепи, посвящена периоду последних лет второй мировой войны и первых лет послевоенного периода. Она представляет собой серьезное и весьма интересное исследование, написанное на основе изучения богатого документального материала и широкого круга мемуарных источников. Главная тема книги — раскрытие коварных замыслов Черчилля в последний период войны и первые послевоенные годы, его стремления разжечь пожар новой мировой войны, объединить все империалистические, все реакционные силы для «крестового похода» против СССР.
![Загадка завещания Ивана Калиты](/storage/book-covers/45/45560ef4b6bbd48b6e8d681718fe859e6e9fd46d.jpg)
Книга доктора исторических наук К.А. Аверьянова посвящена одному из самых интересных и загадочных вопросов русской истории XIV в., породившему немало споров среди историков, — проблеме так называемых «купель Ивана Калиты», в результате которых к Московскому княжеству были присоединены несколько обширных северных земель с центрами в Галиче, Угличе и Белоозере. Именно эти города великий князь Дмитрий Донской в своем завещании 1389 г. именует «куплями деда своего». Подробно анализируются взгляды предшествующих исследователей на суть вопроса, детально рассматриваются указания летописных, актовых и иных первоисточников по этой теме.
![Чрезвычайная комиссия](/storage/book-covers/3f/3fe92b5b0554db1be4d20933d8d09d7c49250d54.jpg)
Автор — полковник, почетный сотрудник госбезопасности, в документальных очерках показывает роль А. Джангильдина, первых чекистов республики И. Т. Эльбе, И. А. Грушина, И. М. Кошелева, председателя ревтрибунала О. Дощанова и других в организации и деятельности Кустанайской ЧК. Используя архивные материалы, а также воспоминания участников, очевидцев описываемых событий, раскрывает ряд ранее не известных широкому читателю операций по борьбе с контрреволюцией, проведенных чекистами Кустаная в годы установления и упрочения Советской власти в этом крае. Адресуется массовому читателю и прежде всего молодежи.
![Монголия в XIII–XIV веках](/storage/book-covers/21/211ebe4f0db29aa0abd46e1a15cb72b2508aed85.jpg)
Опираясь на монгольские и китайские источники, а также широкий круг литературы, автор книги подробно описывает хозяйство, политические и социально-экономические институты, состояние культуры монгольского народа в период господства монгольских завоевателей в Китае (1260–1388).
![Магомет](/storage/book-covers/99/9987ee563ed6ab6563b91da1edb6c5b53915ce68.jpg)
Исследовательский очерк профессора медицины, автора многих научных трудов по психиатрии П.И. Ковалевского анализирует наследственность, анатомо-физиологические и психические характеристики Магомета. Художественность, тонкая историческая наблюдательность и глубина научных обобщений делают эту работу интересной для самого широкого круга читателей.
![Орлеанская Дева](/storage/book-covers/90/90e597ef7b5296f030e696139658aadf07f9ad9c.jpg)
Исследовательский очерк профессора медицины, автора многих научных трудов по психиатрии П.И. Ковалевского анализирует наследственность, анатомо-физиологические и психические характеристики Орлеанской Девы. Художественность, тонкая историческая наблюдательность и глубина научных обобщений делают эту работу интересной для самого широкого круга читателей.
![Петр Великий и его гений](/storage/book-covers/11/115b80e9ec134b463705b85ab0f29e076f0d1ff1.jpg)
Исследовательский очерк профессора медицины, автора многих научных трудов по психиатрии П.И. Ковалевского анализирует наследственность, анатомо-физиологические и психические характеристики Петра Великого. Художественность, тонкая историческая наблюдательность и глубина научных обобщений делают эту работу интересной для самого широкого круга читателей.
![Наполеон I и его гений](/storage/book-covers/b9/b92575b42e2cf9c1206ebe3a8e6751b6de453899.jpg)
Ковалевский Павел Иванович (1850–1930). Профессор психиатрии (1879–1894). Ректор Варшавского университета (1894). Написал ряд книг по невропатологии и психологии исторических лиц: Петра Великого, Иоанна Грозного и других. Первый определил прогрессивный паралич у В. И. Ленина. Скончался в Бельгии.Личность Наполеона была настолько многогранна и интересна, что ее исследованием занимались даже психиатры. Свой психиатрический эскиз П. И. Ковалевский назвал «Наполеон I и его гений».