– А? Что ты сказал? – рассеянно пробормотала Софи.
– Забудь, неважно. Все в порядке, Софи? Сколько ты уже выпила? – он поставил пустой бокал официанту на поднос.
– Прости, скоро время моей речи, и я немного волнуюсь. Не переживай, это мой второй бокал.
– Знаешь, я почти везде вижу знакомые лица. Тебе, кстати, неизвестно, кто тот мужчина у двери?
– Какой? – спросила Софи, в ужасе думая, что ей придется врать, если это окажется Лукас.
– Он уже ушел.
Софи оглядела зал. Лукас исчез. Она боялась разговора с ним, но еще больше боялась, что он уйдет и она никогда больше не увидит его!
Она машинально сделала большой глоток, почти осушив свой бокал. Заметив это, Девид забрал у нее остатки шампанского.
– Полегче! Нельзя так пить на пустой желудок. Жди здесь. Я принесу нам что-нибудь поесть.
– Нет, не нужно, – удержала его Софи. – Я в порядке, правда. И мне пора выступать.
Софи почувствовала облегчение, выйдя на сцену. Говорить с Дэвидом как ни в чем не бывало оказалось очень сложно. Улыбаться фотографам тоже, но такая уж у нее работа. Софи напустила на лицо дежурную улыбку.
Она рассеянно оглядывала зал, когда ее взгляд снова упал на Лукаса. Значит, он не ушел! Словно прочитав ее мысли, Лукас поднял свой бокал в молчаливом тосте и улыбнулся.
К несчастью, вскоре Софи снова потеряла его из виду. Вместе с победителями она спустилась со сцены, их окружили друзья и родственники. Осознав, что не в состоянии ни есть, ни болтать с кем бы то ни было, Софи вышла на террасу.
Тело овеял теплый летний воздух. Софи подошла к парапету и, облокотившись на него, взглянула на небо. Она ни разу не пожалела о том, что переехала на север, пожалела лишь об обстоятельствах, заставивших ее так поступить.
И только Софи начала думать, что в безопасности, как Лукас снова объявился. Есть кое-что в ее жизни, о чем он не знает, хотя имеет полное на это право. Софи не рассказала ему, боясь последствий.
Жизнь может быть очень жестокой. Это Софи давно выучила. Ее собственное сердце разбилось, и она еле выжила.
Легкий ветерок растрепал ее темные волосы, и по спине пробежали мурашки. Нет, не из-за ветра. Софи оглянулась и, затаив дыхание, посмотрела на мужчину, появившегося из тени.
Он все еще был красивейшим мужчиной на свете.
Лукас остановился неподалеку с насмешливой улыбкой на лице.
– Что ж ты так долго? – спросил он голосом, который всегда восхищал Софи.
– Д-долго? Я… эээ… – она закашлялась. – Не понимаю, о чем ты.
– Ну, конечно, понимаешь. Ты весь вечер следила за мной, а я наслаждался этим. Я знал, что, не увидев меня, ты пойдешь искать.
– Я здесь не поэтому. Мне было жарко… я вышла… вот и все. Я думала, ты ушел.
– То есть надеялась, – уточнил Лукас.
– Да. – Софи облизала пересохшие губы. – То есть нет… какая разница! С чего мне хотеть видеть тебя? Нам нечего сказать друг другу.
– Наоборот. Я считаю, нам чертовски многое нужно сказать, миссис Антонетти!
– Лукас…
– Ах, Лукас. А ты знаешь, что мое имя на твоих губах звучит очень возбуждающе для меня?
– Прошу тебя… – выдохнула Софи беспомощно.
Он подошел ближе. Его глаза блестели яростью.
– Ты так говорила, когда умоляла меня заняться с тобой любовью. Помнишь, Софи? Ты хоть что-нибудь помнишь?
Господи, она все помнила. Ничего не забыла. Ни счастья, ни боли. И не могла, как бы ни хотела, отрицать это. Ей было что терять.
Злая усмешка исказила губы, которые Софи так любила целовать.
– Не помнишь. Как удобно. Проблема в том, что прошлое иногда настигает нас в самый неподходящий момент. Как меня, когда я вошел вчера в свой номер и увидел в газете твое фото в статье об этом конкурсе.
– Значит, ты не…
– Искал тебя? – продолжил за нее Лукас. – Нет. Я здесь по делам, так что можешь представить себе мой шок. Сбежавшая жена, которую я нашел случайно на другом конце страны. Она скрывалась в этом городке.
– Я не скрывалась, – возразила Софи, вздернув подбородок. Она не соврала. Уезжая, она и не думала прятаться, просто не желала больше видеть Лукаса.
– Тогда зачем же ты сменила имя?
– Затем… потому что… – О боже, что сказать? – Я д-думала… мм… об открытии собственной студии. Однажды.
– Ты могла бы назвать себя попроще, Смит или Браун, но моя фамилия звучит, на мой взгляд, более профессионально. Скажи мне, любимая, почему ты не назвала себя Софи Антонетти? Такова твоя фамилия, ведь ты моя жена.
– Прекрати повторять это!
– Почему? Ведь ты и есть Софи Антонетти, моя жена.
– Но… – произнесла Софи шокировано, – я просила не искать меня, забыть… я думала…
– Что я разведусь с тобой? Пораскинь мозгами, миссис Антонетти. Я бы ни за что не отпустил тебя, не получив объяснений. Это рождает еще один вопрос. Почему ты не развелась со мной, а? Потому что тогда бы я нашел тебя, а ты этого не хотела, – ответил он за нее.
– Я ушла от тебя. И закон на твоей стороне.
– Ты права. А говорила, что любишь. Не могла дождаться свадьбы. Но прошла пара месяцев – и ты исчезла. Неужели ты думала, что я все так быстро забуду? И не мечтай, Софи.
– Прости. Я совершила ошибку.
– Уж конечно! – насмешливо рассмеялся Лукас. – Уйти от меня вот так было неправильно. Ты задолжала мне, Софи, и теперь, найдя тебя, я намерен получить по счетам.