Луна во второй четверти - [6]
— Говорят, летом хищники неопасны, — неуверенно отозвалась Варвара.
— Лучше бы не проверять…
Травы тут почти не было — только бледные, раздутые, напитавшие воду хвощи, да папоротники, хрупкие улитки которых выползали из-под разлапистых корней, а тяжелые зеленые перья, приподнимаясь над землей, качались теперь перед самым Варвариным лицом. Она встала, натянула треники на крепкие бедра, и вдруг застыла, прижавшись к накренившемуся стволу пихты.
— Ты чего? — удивилась Лера.
Ветки папоротников продолжали качаться — чуть заметно, слабо; что-то там, за ними было такое… Черный силуэт, едва проглядывающий сквозь сумерки…
На нее нахлынула липкая волна страха, и одновременно стыд, поскольку страх этот был абсолютно неуправляем. Темное пятно на краю сознания…
— Показалось, — неуверенно предположила Лера.
— Может быть, — она покачала головой. — Нет. Не думаю. Там точно кто-то был.
— Человек? Животное?
— Не знаю.
— Может, Бардак?
Бардак, полулайка, был единственным псом этой заброшенной деревушки. Он даже не считался угрюмовским — так, ничей пес, избравший себе в качестве будки перевернутую лодку с пробитым днищем.
— Он бы…
— Что? — Лера не удержала нервный смешок, — представился бы?
— Это не собака, говорю тебе! Это что-то… большое…
Она помотала головой. Мир вновь обретал обычные очертания…
— Ладно, пошли, — вздохнула Лера, — Скажем мальчикам, пусть будут поосторожнее.
— А они поверят? — пожала плечами Варвара.
— Вы чего? — спросил Пудик, — рванули как оглашенные? Комар за задницу укусил?
— Там кто-то был, — неохотно ответила Варвара…
— Да наверное Вадька мимо прошел, а вы и забоялись, глупые, — успокоил ее Пудик, — Ты это… лучше налегай, пока картошка не остыла…
— Это не Вадим… Вообще не человек…
— Что ж тогда? Медведь на вас наехал?
— Не знаю, — затосковала Варвара, — темно было…
— Медведю, — резонно заметил Пудик, — это по барабану.
— Оно очень тихо двигалось, — пояснила Варвара, — и было поменьше, примерно, как…
Она вновь подобралась, но тут же расслабилась.
— А, это ты, Анджей? А Вадим где?
— Не волнуйся, — успокоил Артем, — Меланюк пошел его звать. В лесу, говорит, уже совсем стемнело…
— Это правда, — подтвердила Варвара.
Теперь, при свете костра, под открытым небом, она и сама не могла понять — чего испугалась? Что видела? Видела ли вообще?
— У Ивана ружье есть, — помолчав, заметил Артем.
— Понятное дело, — кивнул Пудик, — тут у всех есть… Ну что, нашел эти свои аномальные зоны?
— Нет. Дубль-пусто…
— Ты просто тупой.
— Сам ты тупой, — обиделся Анджей. Помолчав, добавил, — А Вадька нашел. Говорит, так всегда бывает, когда тарелки приземляются. Место посадки, типа отмечают. Вот так, ясновельможные пани.
— А на самом деле?
— А на деле — хрен его знает… ведьма в ступе приземлилась. Эти зоны еще ведьмиными кругами называют… Ойтец мой, когда мы с ним еще общались, рассказывал, что они в Монголии на учениях что-то такое видели. Трава выбита в форме круга. И внутри круга, что характерно, техника отказывала.
— Так ты расспроси его получше, — предложил Пудик.
— Я ж говорю — когда мы с ним контактировали. Сейчас контакт прервался. Конфликт поколений. Пошлые люди.
Лера напряженно вытянула стройную балетную шею. Между стволами что-то двигалось. Пудик тоже привстал, положил ладонь на рукоятку ножа, лежавшего на клеенке, но облегченно вздохнул. Неведома зверушка распалась на две человеческие фигуры.
Шерстобитов шел, осторожно ступая, держа в вытянутой руке рамку.
— Словно взбесилась, — пояснил он озабоченно, — мощная аномалия, похоже, даже не один центр — несколько. Никогда такого не видел. Надо определить границы пятен, зоны наложения, картировать…
Меланюк вздохнул, покачал головой, присел к костру.
— Представляете, — в голосе его слышалось даже не удивление, а глубокое непонимание, — он заблудился. Шел прямиком на Пертозеро…
Меланюк явно не представлял себе, как это можно заблудиться в лесу.
— Увлекся, — Шерстобитов любовно погладил рамку ладонью свободной руки. — Тут, братцы, такое делается… Завтра выходим в шесть — берем пробы грунта на металлы. И растения на химический анализ. И радиометром, радиометром… Слышь, Яблонский?
— А в семь нельзя? — лениво отмахнулся Анджей.
— Я сказал, — неожиданно жестко отрезал Вадим.
Анджей пожал плечами.
— Ладно…
Он помолчал, указал взглядом на Варвару, добавил:
— А вот она видела что-то…
— Что? — быстро переспросил Вадим.
— Не знаю… — сердито сказала Варвара, — Может, показалось…
Не так уж приятно, оказывается, попасть в центр всеобщего внимания. Все равно, как в аномальную зону. Варвара к такому не привыкла.
— В общем-то, — согласился Шерстобитов, — это работает на теорию. В зоне энергетических аномалий у некоторых, особо сенситивных наблюдателей повышается восприимчивость. — Он недоверчиво покачал головой, явно не веря в особую Варькину сенситивность, — Ты могла увидеть эфирное тело. Проекцию… материализацию…
— Чего? — недоверчиво проговорила Варвара.
— Ну, грубо говоря, привидение.
— Кусты шевелились, — напомнила Варвара.
— А ты про полтергейст никогда не слышала?
— А ты никогда не слышал про принцип Оккама? — вдруг ни с того ни с сего разозлился Артем. — О том, что сущности не следует умножать без необходимости. Она могла просто животное какое-то увидеть…
![Ведьмачьи легенды](/storage/book-covers/e9/e971dd4be65a97bb91aff227740148f03847ccf8.jpg)
Антология-трибьют Анджею Сапковскому. Придуманный Анджеем Сапковским мир ведьмака Геральта давно уже стал родным для сотен тысяч читателей из разных стран. Да и сам Сапковский – живая легенда для многих поколений. И вот весной 2012 года родилась уникальная идея международного сборника. С ведома самого Сапковского польский издатель пригласил ведущих российских и украинских фантастов принять участие в создании рассказов о мире ведьмака! Книга была опубликована через год и стала сенсацией в Польше.
![Малая Глуша](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Медведки](/storage/book-covers/c6/c6e2bda37237b9b6552a393d56341d1478a47d5f.jpg)
Новый роман Марии Галиной, в котором автор продолжает свое художественное исследование нашей «реальности» и ее границ, физических и метафизических.Героя романа, писателя, занимающегося сочинением очень специфических романов по индивидуальным заказам не менее специфических заказчиков, тревожит странное ощущение, что под покровом привычной, освоенной и жизни постепенно обозначается присутствие чего-то еще, и присутствие это сгущается, как бы распирая изнутри, деформируя «обыкновенное» течение жизни — там что-то могучее, архаичное и, самое главное, не менее реальное, нежели привычная герою «реальность» вокруг.
![Куриный Бог](/storage/book-covers/ee/eebca9247329742a591834272376fc1bd05cd70a.jpg)
«Добро пожаловать в нашу прекрасную страну!» — заманивает нас эта книга. Однако не надо верить рекламным слоганам и глянцевым проспектам. Эта страна не прекрасна, а страшна, и ее обитатели вынуждены сопротивляться злу или поддаться ему — и неизвестно, какой выбор окажется правильным. Быть может, правильного выбора нет вообще. Ведь Подземное море плещется даже под сухопутными московскими улицами. И кто знает, что за существа дремлют там, в глубине…Каждая книга Марии Галиной становится событием, и это тот редкий случай, когда писателя считают «своим» и в фантастике, и в большой литературе.
![«Если», 2009 № 09 (199)](/storage/book-covers/4a/4af3adf3ade07128e0f95aefbb4e0423d81e0c8a.jpg)
ПРОЗАСВЯТОСЛАВ ЛОГИНОВ. АРМАГЕДДОН ВОЗЛЕ ГОРНОЙ РЕЧКИВселенская битва добра и зла сокрушила все живое. Но, может быть, эта схватка делеко не последняя?ШОН МАКМAЛЛЕН. СКРУЧЕННЫЕ В СПИРАЛЬРедкая лодка доплывет до середины озера Дербент. Она, исчезнув в тумане, попадет в другой мир.МАРИЯ ГАЛИНА. КРАСНЫЕ ВОЛКИ, КРАСНЫЕ ГУСИНатуралист охотится за уникальной птицей, но в экспедиции его ждут куда более неожиданные находки.ЕВГЕНИЙ ГАРКУШЕВ, АНДРЕЙ СОЮСТОВ. АРИЙСКАЯ НОЧЬТолько здесь они могут считать себя победителями.
![Тринадцать ящиков Пандоры](/storage/book-covers/f2/f2ad78d3cbacb09a57f9ae0483f582c4d835ae25.jpg)
С древности ящик Пандоры служил символом любопытства, но также — бед и несчастий бесчисленных и непредсказуемых. Герои этой международной антологии тоже из любопытства ввязываются в самые разные — и всегда опасные! — ситуации. Путешествия между мирами, инопланетный зверек в качестве домашнего любимца, командировка в Африку или вызов профессионального охотника на упырей — никогда не знаешь, чем это все закончится. Чертова дюжина рассказов и повестей от лауреатов престижных премий, признанных мэтров и восходящих звезд мировой фантастики из США, Великобритании, Франции, Испании, Канады, Польши, Чехии, Украины, России, — в новой международной антологии.