Луна во второй четверти - [2]
— Давно это было?
— Да уж… Вон как все успело развалиться…
Пространство мстит людям — ржа, гниль, ползучая плесень грызет, гложет брошенное жилье, и вот уже невозможно понять, покинуто оно в прошлом сезоне или в прошлом веке… Облокачиваясь на покосившиеся изгороди, выглядывали наружу буйные сорняки, заколоченные окна таращили слепые бельма, дощатый настил на единственной улице частью провалился, так что все время приходилось смотреть под ноги…
Пудик вертел головой, осматриваясь. Наконец остановился, показав на крайний дом, казалось, сохранившийся лучше других.
— Этот, — спросил, — годится?
— Ты завхоз, — Шерстобитову было все равно, где жить. Если местность себя оправдает — будет не до того. Если не оправдает… Что ж, он подождет неделю — до прихода катера.
Пудик скинул рюкзак на землю.
— Пойду, погляжу…
Отворил калитку, висящую на единственной ржавой петле, протопал к дому. Дверь закрыта на крепкий висячий замок, тоже уже слегка приржавевший.
— Игорь Оскарович?
Тот молчал. Следовало бы, повинуясь смутной памяти, безошибочно выбрать на этом печальном параде нежилого жилья самый лучший, самый расположенный к людям, самый дружелюбный… самый безобидный…
Но он молчал.
Наконец, неуверенно проговорил:
— Хороший дом… крепкий. Тогда тут приезжие какие-то жили?
— Может, и жили, — сухо проговорил Иван, — теперь не живут…
Он тоже опустил свою ношу на землю и теперь стоял, наблюдая, — чуть поодаль, словно подчеркивая, что не желает иметь с приезжими ничего общего…
— А ключи найдутся?
— Может, и найдутся… — неопределенно отозвался Иван.
Хмуро пожал плечами и вновь наклонился за мешком…
— Мы заплатим, — вмешался Шерстобитов, — понятное дело…
Иван поглядел ничего не выражающим взглядом, развернулся и потопал по рассохшемуся настилу.
— Давай, сбегай — Пудик обернулся к Артему, которого полагал салагой и гонял по мелким поручениям. — А мы пока вещички на крыльцо перенесем.
Артем замялся. Оставаться наедине с недружелюбным Угрюмовым ему явно не хотелось.
Варьке стало его жаль.
— Я тоже схожу, ладно? — вызвалась она.
— Валяй, — хмуро разрешил Пудик. — А заодно спросите, нельзя ли картошки купить. И луку.
Иван уже шагал к возвышавшемуся над обрывом дому, где над крыльцом висела покосившаяся, когда-то крашенная голубой краской табличка с надписью Рыбинспекция, увенчанная гербом Советского Союза…
Варвара с Артемом побрели следом.
С холма открывался вид на причал, на дальний, уходящий в море мыс, на рябую воду, на туманные острова, застилающие близкий горизонт…
Не верю, чтобы тут росла картошка, — подумала она, — в этакой глуши. Они, должно быть, даже не знают, что Америку открыли.
Женщина выглянула, было, из-за двери конторы, видимо, одновременно служащей и жильем, но тут же скрылась обратно. Светлые волосы повязаны платком, глаза опущены.
На крыльце появился Иван — уже без мешка.
— Чего надо? — спросил с прежней неприязнью.
— Так ведь ключи, — напомнила Варвара.
Он молча пожал плечами и вновь нырнул в дом, оставив их топтаться у порога, рядом с железной скобой, с которой осыпались комья засохшей грязи, но вскоре вновь появился, держа в руке связку ключей, которую протянул Артему — видимо, Варвару, как женщину, он полагал непригодной для деловых переговоров.
— Деньги у старшего, — Артем счел за лучшее устраниться сразу.
Тот отмахнулся.
— Потом.
Они уже подходили к калитке, когда Варвара хлопнула себя по лбу.
— Ох, а про картошку с луком я и забыла…
Она поднялась на крыльцо и уже согнула пальцы в костяшках, чтобы постучаться.
— Господь с тобой, Ваня, — говорила женщина, — ну что ты вбил себе в голову…
— Не посмотрю, что жена. Ты меня знаешь. И себя знаешь…
— Ванечка! Христом Богом клянусь — дурь это, больше ничего…
Варвара кашлянула. Женщина за дверью испуганно смолкла. Иван выглянул наружу, хмуро взглянул.
— Картошки бы и луку еще, дядя Ваня…
— Какой я тебе дядя, — буркнул он. И вновь исчез в доме.
Чего это он ее? — недоумевала Варвара, пока они тащились обратно с корзинкой подгнившей картошки, плетенкой лука и связкой ключей, — из-за нас, что ли?
— Странные они какие-то. Тебе не кажется?
— Брось, — вздохнул Артем, — это мы странные.
Странные, подумала Варвара, верно. Вообще все это предприятие сущий идиотизм. Надо же, пришельцы! Маньяк Шерстобитов бродит со своими рамками, и прислушивается к дальним, чужим голосам, и гонится за призрачными тенями, и ничего больше его не интересует. Что там такое случилось, что разбежались, перессорились, пропали в черных дырах его бывшие соратники, и пришлось ему набирать свежий народ, с бору по сосенке? Она с ненавистью рванула корзину на себя — одна луковица выпрыгнула и покатилась по настилу.
— Ты чего? — удивился Артем.
— Ничего, — сквозь зубы ответила Варвара.
— Картошечка — это хорошо, — одобрительно проговорил Пудик, — А ключи?
— Вот, — Варвара покрутила ключ на указательном пальце, — держи…
Казалось, дом был покинут в спешке — на полу валялась разномастная обувь и, почему-то, хорошее женское пальто, чемодан вывернул наружу нутро, извергнув гору вещей, превратившихся в заплесневевшие тряпки, в кухне, примыкающей к сеням пылилась в тазу гора кастрюль…
![Ведьмачьи легенды](/storage/book-covers/e9/e971dd4be65a97bb91aff227740148f03847ccf8.jpg)
Антология-трибьют Анджею Сапковскому. Придуманный Анджеем Сапковским мир ведьмака Геральта давно уже стал родным для сотен тысяч читателей из разных стран. Да и сам Сапковский – живая легенда для многих поколений. И вот весной 2012 года родилась уникальная идея международного сборника. С ведома самого Сапковского польский издатель пригласил ведущих российских и украинских фантастов принять участие в создании рассказов о мире ведьмака! Книга была опубликована через год и стала сенсацией в Польше.
![Малая Глуша](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Медведки](/storage/book-covers/c6/c6e2bda37237b9b6552a393d56341d1478a47d5f.jpg)
Новый роман Марии Галиной, в котором автор продолжает свое художественное исследование нашей «реальности» и ее границ, физических и метафизических.Героя романа, писателя, занимающегося сочинением очень специфических романов по индивидуальным заказам не менее специфических заказчиков, тревожит странное ощущение, что под покровом привычной, освоенной и жизни постепенно обозначается присутствие чего-то еще, и присутствие это сгущается, как бы распирая изнутри, деформируя «обыкновенное» течение жизни — там что-то могучее, архаичное и, самое главное, не менее реальное, нежели привычная герою «реальность» вокруг.
![Куриный Бог](/storage/book-covers/ee/eebca9247329742a591834272376fc1bd05cd70a.jpg)
«Добро пожаловать в нашу прекрасную страну!» — заманивает нас эта книга. Однако не надо верить рекламным слоганам и глянцевым проспектам. Эта страна не прекрасна, а страшна, и ее обитатели вынуждены сопротивляться злу или поддаться ему — и неизвестно, какой выбор окажется правильным. Быть может, правильного выбора нет вообще. Ведь Подземное море плещется даже под сухопутными московскими улицами. И кто знает, что за существа дремлют там, в глубине…Каждая книга Марии Галиной становится событием, и это тот редкий случай, когда писателя считают «своим» и в фантастике, и в большой литературе.
![«Если», 2009 № 09 (199)](/storage/book-covers/4a/4af3adf3ade07128e0f95aefbb4e0423d81e0c8a.jpg)
ПРОЗАСВЯТОСЛАВ ЛОГИНОВ. АРМАГЕДДОН ВОЗЛЕ ГОРНОЙ РЕЧКИВселенская битва добра и зла сокрушила все живое. Но, может быть, эта схватка делеко не последняя?ШОН МАКМAЛЛЕН. СКРУЧЕННЫЕ В СПИРАЛЬРедкая лодка доплывет до середины озера Дербент. Она, исчезнув в тумане, попадет в другой мир.МАРИЯ ГАЛИНА. КРАСНЫЕ ВОЛКИ, КРАСНЫЕ ГУСИНатуралист охотится за уникальной птицей, но в экспедиции его ждут куда более неожиданные находки.ЕВГЕНИЙ ГАРКУШЕВ, АНДРЕЙ СОЮСТОВ. АРИЙСКАЯ НОЧЬТолько здесь они могут считать себя победителями.
![Тринадцать ящиков Пандоры](/storage/book-covers/f2/f2ad78d3cbacb09a57f9ae0483f582c4d835ae25.jpg)
С древности ящик Пандоры служил символом любопытства, но также — бед и несчастий бесчисленных и непредсказуемых. Герои этой международной антологии тоже из любопытства ввязываются в самые разные — и всегда опасные! — ситуации. Путешествия между мирами, инопланетный зверек в качестве домашнего любимца, командировка в Африку или вызов профессионального охотника на упырей — никогда не знаешь, чем это все закончится. Чертова дюжина рассказов и повестей от лауреатов престижных премий, признанных мэтров и восходящих звезд мировой фантастики из США, Великобритании, Франции, Испании, Канады, Польши, Чехии, Украины, России, — в новой международной антологии.