Литра - [12]
Своеобразным итогом развития русской литературы XVIII века стала книга Александра Николаевича Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву». Путешествует автор, а его багаж — весь литературный опыт этого столетия: и классицизм, и сентиментализм, и гнев сатиры, и торжество оды, и гражданский долг, и интимные переживания, и разум, и чувство. Радищев впервые заговорил о том, что у русского дворянства и русской литературы — общий долг, долг перед народом-кормильцем, униженным и бесправным земледельцем. Книга построена как путевые заметки мыслящего и чувствующего человека, совершающего переезд из новой столицы — Петербурга в старую — Москву. Каждая глава названа в честь станции, на которой останавливается карета. В каждой главе содержится какая-то волнующая душу история. Каждая история вызывает у автора размышления, составляющие главное содержание книги. Выводы, к которым приходит автор, оказались такими, что он был приговорен к смертной казни, замененной потом пожизненной ссылкой. Русская литература, начавшая XVIII век с прославления государства, закончила столетие осуждением бесчеловечной государственной системы.
В течение XVIII века наша словесность стала светской и избавилась от многих традиций средневековья, но сохранила главную: говорить истину, стремиться изменить человека к лучшему. Русская литература стала художественной, она узаконила вымысел, чтобы увлечь читателя, чтобы развлекая поучать и поучая развлекать. В этом стремлении она пришла к таким жанрам, как стихотворения разных видов, поэма, повесть, комедия, которые составляют основу художественной литературы. А вот настоящих романов еще не было. Приходилось читать импортные, в основном французские и английские.
XVIII век не создал полноценной художественной прозы. В сознании читателя, да и писателя, продолжало жить убеждение, что настоящая, качественная литература — это когда стихами. Потому что — красиво.
Русская литература первой половины XIX века
«Милый гость романтизм» (А. Бестужев) говорит по-русски
Крупнейшими событиями XIX века, которые отразила русская литература, были Отечественная война 1812 года, восстание декабристов в 1825 году, Крымская война (середина 50-х годов) великие реформы рубежа 50-60-х гг., в том числе отмена крепостного права (1861). И было еще одно вроде бы совсем маленькое, но ставшее очень важным для русской литературы и общества событие — открытие памятника Пушкину в Москве в 1880 году.
Но литература не только отражает внешнюю жизнь. У нее есть собственное развитие, внутренние события. Такими внутренними событиями в русской литературе начала XIX века были борьба за литературный язык и возникновение романтизма.
Литературный язык — это не язык литературы, а система языковых норм, которым мы подчиняемся, когда говорим. Русский язык — это множество местных диалектов, профессиональных и социальных жаргонов, это язык города и деревни, язык устный и письменный, речь образованных и необразованных людей… А литературный язык — это язык для всех, он всем понятен. Чтобы быть понятным, он должен подчиняться общепринятым нормам. Вряд ли вы поймете, что значит глагол «расколебянить» («Ну что ты дверь расколебянил?»). А глагол «открыть» понятен всем. Этот всем понятный глагол становится нормой. «Ложить» или «класть»? Языку все равно, а нам — нет. «Ложить» — это характеристика человека, его речевого бескультурья, хотя, может быть, человек он хороший. Потому что «класть» — норма. Нормы существовали не всегда. В течение всего XVIII века они только складывались, а сложились в пушкинские времена, то есть в 20-30-е годы XIX века. Именно тогда сформировался тот самый русский язык, на котором мы сейчас говорим. Поэзию Ломоносова надо переводить на русский язык, иначе современный школьник ее просто не поймет. А поэзию Пушкина — не надо. И самую большую роль в становлении понятного нам, современного русского языка сыграла литература. Именно она утвердила представление о норме, то есть о том, что можно и что нельзя, что красиво и что нет, что хорошо и что плохо в речи. Рождение литературного языка совпало с рождением романтизма. Писатели-романтики заговорили с читателем понятным, легким языком, похожим на обычную разговорную речь.
Одним из первых познакомил русского читателя с романтическими произведениями поэт и переводчик Василий Андреевич Жуковский. Поэтому многие то ли в шутку, то ли всерьез считали, что своими переводами английских и немецких баллад Жуковский «заразил» Россию романтизмом. Баллады — излюбленный романтиками стихотворный жанр, в котором острый динамичный сюжет строится на роковой тайне. Вы наверняка читали «Лесного царя» или «Светлану», то есть понимаете, о чем речь.
Романтизм — это литературное направление, пришедшее на смену классицизму. Оно означало совершенно новые представления о литературе, искусстве, творчестве, жизни наконец. Главной ценностью для романтиков была свобода человека. Высшей степенью свободы романтики считали творчество, которое подчиняется только вдохновению и не знает никаких ограничений. Романтики часто с иронией изображают реальную жизнь, в которой нет места высоким чувствам и подвигам, а царствуют будни, привычка и скука.
![Канарейка и снегирь. Из истории русской армии](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Сразу скажу, чего не будет в этой книжке. В ней не будет рассказов о военных подвигах и описаний великих сражений. В ней не будет биографий великих полководцев.Военные подвиги совершаются на грани жизни и смерти. Если солдат или офицер оказались на этой грани, это значит, что его командиры совершили ошибку. Если солдат закрывает своей грудью товарища, он, конечно, герой. Но кто-то виноват в том, что оба они оказались под пулями противника. Изнанка подвига — чья-то халатность, трусость или дурость.О великих битвах и великих полководцах написано много и подробно.
![«Боже, Царя храни…»](/storage/book-covers/a5/a590e1e6dd79c7b34476e3ee63577a7a07ba164b.jpg)
В 1833 г. император Николай I подписал указ об утверждении песни «Боже, Царя храни» в качестве национального российского гимна. Уже почти сто лет в России нет царя, а мелодия Львова звучит разве что в фильмах, посвященных нашему прошлому, да при исполнении увертюры П.И.Чайковского «1812 год». Однако же призрак бродит по России, призрак монархизма. И год от года он из бесплотного, бестелесного становится все более осязаемым, зримым. Известный российский писатель-фантаст Роман Злотников одним из первых уловил эти витающие в воздухе флюиды и посвятил свою новую книгу проблеме восстановления монархии в России.
![«На дне» М. Горького](/storage/book-covers/75/750e466abdcab114e535abc711fd6d9ed4e2b905.jpg)
Книга доктора филологических наук профессора И. К. Кузьмичева представляет собой опыт разностороннего изучения знаменитого произведения М. Горького — пьесы «На дне», более ста лет вызывающего споры у нас в стране и за рубежом. Автор стремится проследить судьбу пьесы в жизни, на сцене и в критике на протяжении всей её истории, начиная с 1902 года, а также ответить на вопрос, в чем её актуальность для нашего времени.
![Изгнанники: Судьбы книг в мире капитала](/storage/book-covers/cd/cd2c26eb79e821306ea9cd49fa9f1d8674584779.jpg)
Очерки, эссе, информативные сообщения советских и зарубежных публицистов рассказывают о судьбах книг в современном капиталистическом обществе. Приведены яркие факты преследования прогрессивных книг, пропаганды книг, наполненных ненавистью к социалистическим государствам. Убедительно раскрыт механизм воздействия на умы читателей, рассказано о падении интереса к чтению, тяжелом положении прогрессивных литераторов.Для широкого круга читателей.
![Изобретатель вечности: Повести, рассказы, очерки](/storage/book-covers/ab/ab9029b9f464ab0defa65f97ecbfcfc60be68f6f.jpg)
Главная тема новой книги Феликса Кривина — человек и время. «В какое бы время мы ни жили, мы не должны думать, что история совершается без нас, — то, что происходит при нас, происходит при нашем участии», — утверждает автор в повести «Я угнал Машину Времени», построенной на материале второй мировой войны.
![Бесы. Приключения русской литературы и людей, которые ее читают](/storage/book-covers/3b/3b0cd9f9219015858cf4b5f205856127936b34ce.jpg)
«Лишний человек», «луч света в темном царстве», «среда заела», «декабристы разбудили Герцена»… Унылые литературные штампы. Многие из нас оставили знакомство с русской классикой в школьных годах – натянутое, неприятное и прохладное знакомство. Взрослые возвращаются к произведениям школьной программы лишь через много лет. И удивляются, и радуются, и влюбляются в то, что когда-то казалось невыносимой, неимоверной ерундой.Перед вами – история человека, который намного счастливее нас. Американка Элиф Батуман не ходила в русскую школу – она сама взялась за нашу классику и постепенно поняла, что обрела смысл жизни.
![Апокалиптический реализм: Научная фантастика А. и Б. Стругацких](/storage/book-covers/a8/a816705116e8887b392954bbfa9f90bb4215c954.jpg)
Данное исследование частично выполняет задачу восстановления баланса между значимостью творчества Стругацких для современной российской культуры и недополучением им литературоведческого внимания. Оно, впрочем, не предлагает общего анализа места произведений Стругацких в интернациональной научной фантастике. Это исследование скорее рассматривает творчество Стругацких в контексте их собственного литературного и культурного окружения.