Ладья Авалона - [7]
— У тебя что — ПМС? — осадила его ворчливо Вика.
— Да не, он всегда такой, — хихикнул Сергей.
— Ну хотя бы… — Артур раздосадованно вздохнул, — почему бы не дать нам тела настоящих рокеров? — он сделал жест, будто кладет руки на высокий мотоциклетный руль. — Чтобы все девки были наши! Настоящая музыка! Это же драйв! Это успех! А что из себя представляют… как их? — он изобразил туповатую гримасу на симпатичном личике Эовин и наигранно-неприязненным тоном проквакал. — «Ладья Авалона!» Нет бы что-то крут-тое! — и, уже немного расслабившись, кривляясь всем телом, он пропел. — «Аай стэнд элоооун…»[1]
Хоть голосок виолончелистки был нежным и приятным, Кривошапкин, видимо, никогда при жизни не пел, и Вика, скривившись, полуобернулась к нему с раздраженным замечанием:
— Эй, пою здесь я!
Городок, куда они приехали, был не очень велик по площади, но довольно оживлен. Если прибрежные улицы были преимущественно заняты отелями, магазинами и кафе, то в глубине все больше говорило об обыденной жизни — они миновали небольшой строительный рынок, офисы, где на крылечках неспешно курили сотрудники. В глубине дворов виднелись школа и детский сад. Люди, встречавшиеся навстречу троице, с интересом оглядывали их, парни оборачивались, женщины криво косились и только одна маленькая девочка громко запищала «мама, смотри — принцессы!». Вика, польщенно улыбнувшись, мысленно заметила себе, что первым делом надо переодеться в менее броскую одежду, чем вечерние платья. Зачем Светлый их так вырядил? Чтобы они прониклись неизбежностью своей скорбной участи марионеток?
Пререкаясь по мелочам, они пересекли по мосту полноводную по весне и довольно бурную речку, поднялись по вырубленным ступенькам на узкую пешеходную улочку, обсаженную кипарисом, и оказались прямо перед гостиницей «Солнечный берег» — небольшим трехэтажным домом, утопающим в цветущих рододендронах, с открытой террасой, где виднелись столики.
— Чертов берег… — отдуваясь после подъема, ныл Артур. — Даже не третья линия!
А Сергей и Вика с детским изумлением глядели назад, на головокружительный простор, раскидывающийся внизу — бесконечная стальная ширь сверкающего на солнце моря, как гигантское блюдо, дуга каменистого длинного пляжа. Мощеная камнем набережная, по обе стороны которой тянулись японские акации с розовыми метелками. Группа пляжных кафе и баров с выключенными вывесками. Совсем рядом, покачиваясь в воздухе, медленно проплыла большая серая чайка.
Они позвонили в домофон на калитке, и им открыла приветливая полная женщина в цветной косынке и переднике с маками.
— О, а вот и вы, — заворковала она глубоким приятным голосом. — А багаж ваш вчера привезли, в номере дожидается, — она повела их внутрь, попутно объясняя. — Налево столовая, но, пока сезон не начался, мы не готовим, но вы можете пользоваться кухней сами — там есть все, что нужно, — Сергей закусил губу, будучи в ужасе от этой затеи и надеясь, что Артур не станет жидиться на полноценные обеды в кафе. — Репетировать можете на веранде или вот там, — она указала куда-то вглубь внутреннего двора рукой, — Там флигелек небольшой, но все лучше, чем, если соседи по номерам будут жаловаться, — она понимающе развела руками, будто и сама знала, как не любят «музыкальных» жильцы. Когда она сказала это, Вика внезапно с испугом осознала, что инструмент-то придется двигать? Она слабо представляла, как это можно сделать — контрабас хоть и очень большая штука, но его вроде носят в… сундуке? Чехле? Ну, носят как гитару или скрипку. А вот арфа? Ее как? На тележке катать? Да они же и втроем ее не поднимут! Сердце у нее так и упало, но она успела порадоваться хотя бы тому, что их номер был на первом этаже.
Номер оказался двумя комнатами, одна из которых была предусмотрительно отведена под спальню — здесь стояли три односпальные кровати, аккуратно застеленные персикового цвета покрывалами, вместительный шкаф и туалетный столик. В другой, с большим эркерным окном, стоял стол с плетеными стульями и тумба с телевизором. Здесь же посредине на ворсистом ковре громоздился весь их багаж — куча чемоданов, а в стороне стояли три похожие на туристические рюкзаки толстые объемные сумки, в которых, несомненно, приехал инструмент. Женщина, показав все в номере, оставила ключи и ушла, и троица начала неловко осваиваться. Артур обнаружил, что чемоданы аккуратно подписаны несмываемым маркером и, вытащив из кучи два, принадлежавших Эовин, принялся, едко комментируя, искать в них туалетные принадлежности и более современную и неброскую одежду. Все его замечания лишь подчеркивали то, как ему недостает бытовых мелочей и что потребности тела все еще значат для него очень многое и остаются единственным источником удовольствия. Разыскав нужное, он с веселым свистом скрылся в ванной и зажурчал душем. Сергей же и Вика приблизились к сумкам и несколько раз осторожно обошли их, не зная, как подступиться, будто инструменты кусались. Наконец, Вика решилась и расстегнула молнию — сразу же пахнуло незнакомыми насыщенными запахами — пряным глубоким ароматом дерева, едкими нотками чего-то столярного. В глубине что-то витиеватое поблескивало лаком, как великолепный, но скрытный зверек, замерший в тени.
![Стеклянная магия](/storage/book-covers/e6/e6ffe5aec25b9349ad5386d062e9a360c6afda2e.jpg)
Три месяца спустя после победы над Лирой-Потрошительницей Сиони Твилл все еще находится в плену своих чувств и пытается разбить незримый барьер между учеником и наставником, между ней и мужчиной ее мечты – магом Эмери Тейном, которого она спасла и которому буквально вернула ему сердце. Приспешники Лиры – самый жуткий маг Англии Грат Кобальт и колдун-маньяк Сарадж – начинают охоту на Сиони и ее учителя, пытаясь выведать тайну, открытие которой может разорвать саму ткань волшебного мира. Сиони должна попытаться разгадать свой магический секрет и не дать попасть ему в руки зла!
![Сердце Города](/storage/book-covers/96/9691074cb9cebefaed59c37f7218145e3ed98c0c.jpg)
«Кошмар всегда начинался с того, что Мирилл вдруг чувствовала непреодолимую потребность следовать за каким-либо человеком. Сегодня это был парень с белыми дредами. Она увидела его в узком переулке между пекарней Ханга и набережной, прямо напротив парикмахерской. Он стоял и разглядывал объявление о найме, а у нее уже появилось То Самое Чувство. Жжение на губах и томление, будто в кости накачали подогретого воздуха…» История Мирилл. Мир «Лис графства Рэндалл», примерно 70 лет спустя после Войны Железа.
![Утро под мертвым небом](/storage/book-covers/35/3598040e39c653b62f8d2e7c95cb575e568ef3a0.jpg)
Шоу постепенно обретает успех, и новички-охотники на призраков Перри Паломино и Декс Форей берутся за самое страшное расследование. Крохотный остров, окутанный туманом, в проливе между Британской Колумбией и Вашингтоном хранит давний и темный секрет. Раньше там была колония, и почти сорок прокаженных оставили на острове гнить и умирать. Теперь там лагерь, и Перри с Дексом проводят выходные там, чтобы обнаружить призраков, но они вскоре поймут, что бояться на острове Дарси стоит не только призраков. Остров попытается свести их с ума, настроить против друг друга, будет угрожать уничтожить не только их отношения, но и их жизни.
![Тринадцатый череп](/storage/book-covers/12/129792d5a1cd0cbb884ea286e6c2bf53644652c4.jpg)
Они боги. Им поклонялись все народы Земли, начиная с древних египтян и индейцев майя. Они виновны в гибели Атлантиды и могуществе Гипербореи. Они впервые применили ядерное оружие на нашей планете, за тысячи лет до Хиросимы. А их реактивные корабли – виманы – наводили ужас еще на древних индийцев. В арсенале богов хрустальные черепа – хранилища вселенской мудрости. С их помощью они могут получить любые знания. Но что будет, если один из черепов окажется в руках смертных, жаждущих мирового господства? У древнеегипетского бога мудрости Тота впереди всего лишь вечность, чтобы найти ответ на этот вопрос.