Кошачьи хлопоты - [7]
Всего неделю назад нас оглушал рев потока, и было как-то странно не слышать теперь ничего, кроме жужжания насекомых. Дорожные рабочие сделали свое дело и уехали, оставив после себя дорогу с новехоньким покрытием и в большом возбуждении рассказав нам про гадюку, которую обнаружили в чайной палатке.
– Всего и день как простоял, – сообщил нам десятник («он» был брезентовый навес, который они соорудили на обочине). – Билл, значит, входит чайник поставить, а на полу эта гадина во-от такой длины.
Мы не удивились. В Долине гадюки действительно водятся, а потому муниципальный совет несколько лет назад установил щит с предупреждением:
«Гадюки! В случае укушения звоните такому-то и такому-то 4321».
Значит, мы – крутые ребята, заметил тогда Чарльз, если они сочли нужным предупреждать гадюк…
Многие из тех, кто приезжает сюда из года в год, так ни разу гадюки и не видели, но их в Долине хватает. Впрочем, опасности практически нет, если летом держаться подальше от каменных оград и зарослей высокой травы, однако мы знали, что в плодовом саду обитает парочка, а иногда мы замечали одну и на дороге. И каждый раз я благодарила судьбу, что наши кошки при этих встречах не присутствовали. Кошки считаются природными истребительницами змей. Шеба, я не сомневалась, блестяще бы это подтвердила, но за Соломона я очень опасалась.
Хоть одна польза от наводнения, сказала я Чарльзу, оно наверняка убрало всех гадюк. Конечно, жаль всякую тварь, чью нору затопило, но по крайней мере в Долине теперь безопасно.
Но я ошиблась. На самом деле гадюки, предупрежденные каким-то шестым чувством, видимо, заранее уползли на верхние склоны. Недели две после наводнения стояла жаркая сухая погода, и тогда они начали возвращаться в сырые низины. Но только с исчезновением ручья сырости в Долине осталось маловато. Вот одна и свернулась в тени чайной палатки; потом та, которую Чарльз убил, хотя и очень неохотно, – но следовало подумать о детях, собаках и прочих домашних животных, – когда она лежала идеально замаскированная в траве у дороги; потом та, которая на моих глазах исчезла в водостоке под дорогой, щегольнув зловещим темным зигзагом на спине…
Соломон всегда любил прогуливаться вверх по дороге, и едва покрытие восстановили, как мы возобновили прогулки. Шебу приходилось нести на руках, так громко она вопияла, что Камни Ранят ей Лапы, или же, если мы предоставляли ей выбор, объявляла, что она Никуда Не Пойдет. Но Соломон радостно бежал вприпрыжку позади нас, останавливаясь, чтобы понюхать здесь и пустить струю в посрамление всем кошкам там, а затем припуская галопом на длинных ногах, чтобы нагнать нас, а когда оказывался возле нового дома, торопился упоенно поворочаться на его крыльце.
Мы шутили, что нам надо бы купить этот дом, до того он влюбился в это крыльцо. А перед тем как повернуть обратно, мы спускали Шебу на землю, и она, забыв о своих драгоценных Ногах, мчалась с веселыми воплями вокруг дома, а Соломон в восторге припускал за ней, а Чарльз стоял на дороге и твердил, что это чужая собственность и им не следует туда забираться, мне же выпадала задача извлекать их оттуда.
Все это складывалось в привычный ритуал, что так нравится сиамам, и не потребовалось много времени, чтобы Соломон обнаружил, что водостоки высохли и, следовательно, их можно включить в расписание развлечений. Сначала все ограничивалось пробными попытками. Заглянуть широко раскрытыми глазами в отверстие и отскочить; рискнуть войти поглубже; первое безмолвное – чтобы никакой бука его не сцапал! – появление из противоположного отверстия трубы. После чего, естественно, ему удержу уже не было. Он кидался к водостокам, едва мы оказывались вблизи от них, стремительно мчался по нему туда и обратно, точно взбесившийся поезд метро, иногда с воплем выскакивая из дальнего конца, иногда вылетая из отверстия, с которого начинал свой путь, в надежде обмануть Шебу, которая заглядывала внутрь, проверяя, где он. А иногда он прятался в середине и вообще не вылезал, так что мы начинали тревожиться, не стал ли он чьей-то жертвой.
В трубе могла притаиться лиса, говорил Чарльз, а когда я возразила, что мы услышали бы шум Схватки с лисой, Чарльз сказал, ну так хорек, и отказывался успокоиться. Но только когда я увидела, как в трубу уползала гадюка, мы поняли, насколько опасно это развлечение. Внутри, конечно, сыро, сказал Чарльз. Ну, гадюки и заползают туда.
Вот почему перед прогулкой я отправлялась вперед и затыкала отверстия труб, чтобы Соломон не мог забраться внутрь. Мы знали, что ручей не выйдет на поверхность, пока все воронки не будут забиты, а если это случится, вода просочится сквозь хворост. Но другие люди, гулявшие по Долине, так не считали, а потому из самых лучших побуждений они убирали хворост из труб так же споро, как я накладывала его туда. Жизнь превратилась в сплошной кошмар – вдруг Соломон заберется в трубу и наткнется там на гадюку? Сколько раз я еле успевала ухватить его за хвост, когда он уже почти исчезал в дыре, точно кролик в шляпе фокусника… Когда ручей заструился вновь, мы испытали невероятное облегчение.
![Кошачьи проделки](/storage/book-covers/99/99fcb552fc4af31c8cfa1b00c6ffb24904b954fe.jpg)
«Аннабель и кошки». Жизнь кошатника нелегка по определению, а уж если кошки сиамские – тогда рай от общения с этими очаровательными существами обычно превращается в ад. Таинственные исчезновения, разгром в доме и тысячи хитростей и уловок – неугомонная парочка Соломон и Шеба не даст заскучать своим хозяевам… «Отдых с кошками». Дорин и ее муж Чарльз сталкиваются с проблемой – им предстоит взять кошек с собой в путешествие. Супруги Тови надеются, что два их синеглазых попутчика будут вести себя в поездке прилично, – но у тех, похоже, совершенно другие планы…
![Кошки в доме](/storage/book-covers/b4/b41b0bbe4ad0881feb3e014ec96cc73301ca23dd.jpg)
Кошки – удивительные и загадочные существа, независимые, дружелюбные, гордые. Англичанка Дорин Тови влюбилась в них однажды – и навсегда. Она относится к своим любимцам как к существам мыслящим, имеющим право на личную жизнь и собственное мнение. Тонкий юмор, необыкновенная трогательность и художественные достоинства сближают эту книгу с лучшими произведениями Д.Даррелла и Дж.Хэрриота.
![Кошачий переполох](/storage/book-covers/d4/d4ab2f573673a2c1d32e1ea2e1579e346091b512.jpg)
Ее сиамцы – ангелочки и чертенята одновременно – покорили сердца миллионов читателей. Вот уже несколько поколений любителей кошек не устают смеяться и плакать, читая романы писательницы, и следить за смешными и трогательными приключениями синеглазых проказников. На этот раз нам предстоит не только встретиться с озорной парочкой – Сили и Шебалу, – но и познакомиться с другими четвероногими обитателями дома Тови: неутомимым искателем приключений Сессом, кокетливой Шантун, отлично понимающей, что ее сила в ее же слабости, и дерзким, неугомонным Сафрой, поистине способным внести новый смысл в понятие «сиамский характер»!..
![Хлопот полон рот](/storage/book-covers/96/96b92f11f19c9aa16e02942f36513d2e6f54e0fc.jpg)
В этой книге читатель продолжит знакомство с любимыми героями предыдущей книги английской писательницы Дорин Тови — сиамскими кошками («Кошки в доме»). Мягкий юмор, эмоциональное повествование заинтересуют не только владельцев домашних животных, но и всех любителей природы.
![Новые кошки в доме](/storage/book-covers/86/8698420ca68c5d212ce5afdb8470dce1067c98d2.jpg)
В этой книге Дорин Тови читатель продолжит знакомство с сиамскими кошками и другими жителями деревни.
![Кошки в мае](/storage/book-covers/c3/c3662fad1827ab317d6e7e166c2f790be4d43988.jpg)
Кошки — удивительные и загадочные существа, независимые, дружелюбные, гордые. Англичанка Дорин Тови влюбилась в них однажды — и навсегда. Она относится к своим любимцам как к существам мыслящим, имеющим право на личную жизнь и собственное мнение. Тонкий юмор, необыкновенная трогательность и художественные достоинства сближают эту книгу с лучшими произведениями Д.Даррелла и Дж.Хэрриота.
![Триада](/storage/book-covers/32/32b9d9c2c5fbed5c2a1a011c836a0cf4cbb72a80.jpg)
Автор считает книгу «Триада» лучшим своим творением; работа над ней продолжалась около десяти лет. Начал он ее еще студентом, а закончил уже доцентом. «Триада» – особая книга, союз трех произведений малой, средней и крупной форм, а именно: рассказа «Кружение», повести «Врачебница» и романа «Детский сад», – объединенных общими героями, но вместе с тем и достаточно самостоятельных. В «Триаде» ставятся и отчасти разрешаются вечные вопросы, весьма сильны в ней религиозные и мистические мотивы, но в целом она не выходит за рамки реализма.
![Время другое](/storage/book-covers/83/839707fa6b641288134803470a232a5fec3905da.jpg)
Поскольку в моей душе чувства сплетаются с рассудком в гармоничную суть, постольку и в этой книге проза сплетается с поэзией в прочную нить мысли. Благодарность за каждого встречного и невстречного, за замеченное и подсказанное, за явное и предвкушаемое – источник жизни, слова, вдохновения. Чувства людей моих веков исповеданы моим словом в этой книге. Малые прозаичные исповеди великих человеческих судеб…К тебе, читатель…
![Музыка после Вагнера](/storage/book-covers/4d/4de919604ed962625793dfb3a6650e8ed02f00a8.jpg)
«Если бросить беглый взгляд на темы, которые вдохновляют творчество современных композиторов, на те формы в которые вылилась их музыка, то получится впечатление совершенного хаоса. Тут и глубокомысленные поэмы из области современных философских исканий, рядом с ними примитивная романтика и социальная драма, тонкие импрессионистские наброски и строгая, чистая, в смысле стиля, камерная музыка, музыка на социалистические темы и догматические религиозные композиции. Но стоит только глубже нам всмотреться в это пестрое многообразие явлений современной музыкальной жизни, и мы без труда заметим одну общую черту, свойственную всем жизнеспособным музыкальным произведениям наших дней.
![Московские страсти](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Тупик джаз](/storage/book-covers/59/591af063275ae9a115cf75e55edd099fe1cd20a2.jpg)
«Из-за угла немого дома траурной тумбой «выхромала» старушка в черном. Заваливаться вправо при каждом шаге мешала ей палка с резиновым копытом. Ширх-ширх-ТУК! Ширх-ширх-ТУК! – Двигалась старушка в ритме хромого вальса. Я обрадовалась. Старушка не может уйти далеко от места проживания, поэтому точно местная, и, стало быть, знает каждый тупик!..».
![Кот и хозяин. История любви. Продолжение](/storage/book-covers/52/5211eb85a6d8b4732f3657d180e83cdcb0687d16.jpg)
Питер Гитерс — счастливый обладатель замечательного кота. Десять лет он писал биографию своего пушистого любимца, а свободное время использовал для того, чтобы стать известным писателем, сценаристом и издателем. Что нужно для счастья настоящему коту? Вкусная еда, удобная постель, всеобщее восхищение, неограниченная власть в доме и любовь хозяина. А еще настоящему коту нужна любящая хозяйка! Продолжение книги, возглавившей списки международных бестселлеров! Миллионы читателей, полюбивших вислоухого котенка Нортона, мечтают узнать продолжение его истории.
![Необыкновенный кот и его обычный хозяин. История любви](/storage/book-covers/4f/4f7862c39d28f75dad39ac12a0a242243da4d6bf.jpg)
Питер Гитерс — счастливый обладатель замечательного кота. Десять лет он писал биографию своего пушистого любимца, а свободное время использовал для того, чтобы стать известным писателем, сценаристом и издателем.Питер никогда не любил кошек, но ему потребовалось всего пятнадцать минут, чтобы отдать свое сердце… маленькому вислоухому котенку Нортону.Отныне они неразлучны: вместе гуляют по Нью-Йорку, летают на самолетах, ходят по магазинам, обедают в ресторанах, — да мало ли что еще!Малыш Нортон стал не только полновластным хозяином в доме Питера, но и хозяином его судьбы.Потому что именно он учит Питера, как быть счастливым, — и сам приносит ему счастье…
![Кот, который всегда со мной](/storage/book-covers/73/7342437095a505666af5ed7768ece396723f8fa4.jpg)
Питер Гитерс — счастливый обладатель замечательного кота, которого теперь знает весь мир. Десять лет он писал биографию своего пушистого любимца, а свободное время использовал для того, чтобы стать известным писателем, сценаристом и издателем. Миллионы читателей по всему миру, плененные обаянием вислоухого кота Нортона, мечтали узнать, как сложилась дальнейшая судьба их любимца. А дальше Нортона ждали увлекательные приключения — вместе с хозяином он путешествовал по Франции и Италии, свел знакомство с Марчелло Мастрояни и Энтони Хопкинсом, встречался с читателями во время рекламного тура, сочинил текст к музыкальному компакт-диску и написал вместе с соавторами книгу.