Королевство поющих ветров - [6]
За годы знакомства, Марк хорошо узнал нашу семью и то обстоятельство, что я пришла одна, само по себе было свидетельством чего-то чрезвычайного. Спрашивать на ходу не имело смысла, поэтому усадив на лавочку, юноша осторожно забрал из моих рук зонтик и подождал, пока я немного успокоюсь.
-Что все-таки случилось? – спустя какое-то время, с тревогой спросил он. – Где твои верные стражи?
В его голосе скользнула улыбка, но разделить ее я сейчас не могла.
-Дома. Собираются.
-Вы уезжаете? – искренне удивился молодой человек. – Куда и на сколько?
-Навсегда…
-Шутишь?
-Я не стала бы так шутить, - пришлось приложить все силы, чтобы не заплакать при нем, но глаза все равно стали влажными. – Все перевернулось ног на голову, я боюсь, как никогда не боялась и не знаю, что делать!
Видя, что у меня вот-вот начнется истерика, он вдруг поддался вперед и, обняв, крепко обнял.
-Ты замерзла, Лия… Я звонил вчера вечером, хотел зайти проведать, но Карл сказал, что тебе по-прежнему плохо. – Его голос действовал успокаивающе, хотелось слушать и слушать... – Расскажи, что у вас произошло, быть может, удастся уговорить их остаться.
-Все уже решено, - вздохнула я и нехотя отстранилась, - Мой отказ ничего не решит, да и потом не уверена, что имею на него право.
-Но расстояние сейчас не такая уж большая проблема.
-Не в этот раз, – я окинула его задумчивым взглядом, уже сожалея, что пришла. – Проводи меня домой… Если будет можно, братья объяснят тебе сами. И, наверное, не следовало приходить, извини.
Озадаченный внезапной переменой моего настроения, молодой человек некоторое время молчал.
-Пойдем! – наконец произнес он, и легко встал. - У тебя жар, ты расстроена, да и близнецы, наверняка, волнуются. Завтра все будет хорошо!
Я мотнула головой:
-Завтра не будет, Марк… Вообще.
Но он не захотел услышать. С тоской окинув взглядом маленький садик, я позволила увести себя вниз. От волнения, у меня действительно поднялась температура: и щеки и душа горели огнем обиды - человек, которого любила, стал вдруг совсем чужим. Несмотря на всю абсурдность, я так надеялась, что произойдет чудо… Надеялась даже больше, чем признавалась самой себе. Марку был слишком дорог этот мир, юноша еще не знал всего, что предстояло услышать и осознать, но взглянув в его глаза, я поняла: он не последует за мной.
Дождь на улице кончился, но ветер стал еще сильнее - природа свирепствовала, разрывая мир в клочья, словно бешеный зверь. Спасаясь от его порывов, мы свернули с дороги во двор. Этот путь был длиннее, но идти стало заметно легче. Жалобно зазвонили колокола. Небольшой старинный храм находился всего в ста метрах, но казалось, звук доносился издалека. Внезапно остановившись, я взглянула на знакомые темно-синие купола и, дернув Марка за рукав, решительно пошла вперед.
Шла поздняя Литургия. Помогающий священник еще не окончил исповедь, поэтому я встала в очередь за пожилым мужчиной и целиком погрузилась в службу. Уже у аналоя, обернувшись назад, случайно встретилась взглядом с Кристианом. Брат стоял в тени левого предела возле большой иконы Архангела Михаила и внимательно за мной наблюдал. Увидев, что замечен, он слегка улыбнулся и постучал указательным пальцем по наручным часам.
Наверное, за все девять лет, это была первая настоящая исповедь. Дыхание смерти, коснувшееся души, высветило многое, что оставалось ранее незамеченным. Моя совесть была раскрыта в ладонях, как детская книжка с толстыми картонными страницами. Я читала ее по слогам и с каждым абзацем, букв становилось все больше и больше. Время исказилось до неузнаваемости. Казалось, прошла вечность, а часы отмерили всего пятнадцать минут.
Священник, довольно пожилой уже человек, немного растерянно накрыл меня епитрахилью и прочел разрешительную молитву.
-Ангела Хранителя вам в дорогу, - кивнул он, узнав, что мы уезжаем. - И не расстраивайся: все, что ни делается - попускается для нашей же пользы.
От его теплых слов стало легче. Черная пелена отчаяния и гнева упала к подножию аналоя, да там и осталась, унеся с собой смутное предчувствие беды. Я была рада облегчить душу и поучить подкрепление перед грядущей неизвестностью. В отличие от Карла, который был довольно равнодушен к религии, мы с Кристианом глубоко восприняли переданную нам покойной тетей Элизой веру.
После службы, вынырнув из тепла на леденящий ветер, я поняла, что ощущаю себя несколько иначе: что-то изменилось в душе, но что именно, определить не удавалось – просто стало как-то спокойнее.
К дому, мы подошли где-то без четверти девять. Ветер выл, беснуясь в саду, и угрожающе стучал по крыше. Мы больше не разговаривали: Марк не знал, что спрашивать. Где-то в глубине сердца стало все равно, поверит ли он, услышав правду или нет - то был его личный выбор. Единственное, что оставалось, так это не думать, потому что осознание происходящего не вызывало ничего кроме растерянности, обиды и боли.
Кристиан нагнал нас уже у самой двери. В отличие от своего близнеца, он обладал врожденной деликатностью. Эти качества компенсировали его упрямство и лень – черты, которые я, увы, переняла.
![Путь Белого Странника](/storage/book-covers/4b/4b1fb2b07243f8c1fde7772f57fc346895512679.jpg)
Путь человека тернист и извилист. А уж путь практикующего мага и вовсе лишён бытовой рутинной предсказуемости. Планы, в споре с событиями, способны сменять один другого с феерической быстротой, далеко не всегда своевременно советуясь о своих намерениях с хозяином. Если же маг ставит перед собой заведомо невыполнимую задачу, партия обещает быть особенно занимательной. По одному тузу из каждого рукава в пользу извилистости и непредсказуемости пути! А там и до джокера недалеко…
![Судьба](/storage/book-covers/3b/3b9cb238292aafcccc0dfd049e0ed286a8238880.jpg)
Гилтас Следопыт привел свой народ в новый рай — легендарную долину Инас-Вакенти. Но запретная долина привлекает и других. Искатели приключений и ученые, священники и сумасшедшие, злобные враги, все пришли туда. А кое-кто пришел из самой необитаемой долины. В это время, Кериансерай, наконец, воссоединилась со своим мужем, приведя на помощь беженцам свой отряд солдат с грифонами. Гилтас настаивает, что судьба эльфов лежит среди влажных туманов и бродячих призраков забытой долины, но никто не знает, прав ли он, или они с Львицей ведут азартную игру — а на кону выживание их народа.
![Альянсы](/storage/book-covers/8b/8bd57506adf1042491176b725663b44b0f97c257.jpg)
Пока эльфийские изгнанники борются за выживание в далеком королевстве Кхур, остающиеся в Квалинести эльфы сталкиваются с гонениями, порабощением и истреблением. Среди огромных страданий и безграничного зла появляется предводитель восстания — в маске, безымянный, обладающий странной властью — полный решимости очистить эту землю от захватчиков. В это время Кериансерай, Львица, кагонестийский генерал и жена Беседующего Гилтаса, волшебным образом переносится от неминуемой смерти в Кхуре в не менее отчаянное положение на свою бывшую родину.
![Последний Полет](/storage/book-covers/78/78feb28de2fa30b6dc3a7736fd268dc5f274c6e9.jpg)
Серые Стражи снова стали героями Тедаса: Архидемон повержен, а оставшиеся порождения тьмы загнаны обратно под землю. Мор окончен. По крайней мере, так кажется. Валья, молодая эльфийка-маг, недавно принятая в ряды Серых Стражей, получила задание изучить исторические записи прежних Моров, чтобы лучше понять новый - и тревожный - феномен, связанный с порождениями тьмы. В ходе её исследования Четвёртого Мора обнаружилось зашифрованное упоминание, нацарапанное на полях древней карты, а также спрятанный дневник Иссеньи - из последних легендарных наездников на грифонах.
![Лес тысячи фонариков](/storage/book-covers/9a/9ad7463b90f7209eb072554f232ed2b55becff45.jpg)
Сифэн молода и прекрасна. Однако она всего лишь бедная крестьянская девушка, а может стать властительницей мира – если прибегнет к темной магии и принесет в жертву свою любовь. Но стоит ли трон такой расплаты?
![Хэви метал страны огня](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В манге джинчурики восьмихвостого постоянно читает репчик. В противовес ему — Наруто — рокер. И гитара имеется — "Nevan" из DevilMayCry. Гитару он добыл во время странствий с Джирайей, а дальше — история свернула на другую колею… конечно же, не без помощи старой доброй Неви и молодой и нервной Хинаты.