Конни - [2]
Его сердце замерло в груди.
Нет, подумал он. Не дай этому случиться.
Он взял телеграмму, закрыл дверь, вскрыл конверт и прочел сообщение, не зная, что и думать, ничего не чувствуя, ошеломленный, но почему-то не удивленный.
Джимми был убит недалеко от Дананга.
Его тело доставят домой в пятницу.
Он чувствовал провал внутри себя, пустоту, как будто из него выскоблили каждый кусочек живой ткани. Единственное, что говорило ему о том, что он жив, — это трепетание телеграммы в его дрожащей руке.
Он перечитал сообщение. Все было просто, по существу, без каких-либо подробностей, но его разум уже заполнял пробелы. Он представил себе последние мысли сына, представил, какая часть его тела была поражена и насколько сильна была боль.
Эл заставил себя прервать эту цепочку мыслей, пока она не зашла слишком далеко. Глубоко вздохнув, он сложил телеграмму и сунул ее в карман пальто. Его пальцы коснулись более тонкой и хрупкой бумаги записки Конни. Он вытащил ее, впервые читая, пытаясь отвлечься на обыденные мелочи повседневной рутины.
Он просмотрел список конкретных и типично подробных инструкций Конни: купить три унции масла пачули, дюжину ароматических палочек сандалового дерева, две песочные свечи, достаточное количество пластиковых бусин, чтобы заменить внутренние двери особняка, кресло-мешок и три подушки для сидения, стробоскопическую лампу, ультрафиолетовую лампу и четыре флюоресцирующих постера: Адам и Ева на вершине горы[4], любой плакат Питера Макса[5], Боги в фильме «Касабланка»[6] и У. К. Филдс в фильме «Моя маленькая синица»[7]. Купить продукты, но только органические продукты, и не покупать их в «Трифтимарт», он принадлежит праворадикальному стороннику войны…
Эл смял инструкцию и бросил скомканный комок бумаги на пол. Пустота внутри него сменилась гневом. Вместо того, чтобы отвлекать его, работа — потакание каждому легкомысленному капризу Конни — напомнила ему, как много он на самом деле потерял, заставила осознать, чего стоила ему неспособность правильно расставить приоритеты в своей жизни. Он подумал о Конни и представил себе, как она томно лежит на кровати, глядя на залив или вполглаза наблюдая за какой-нибудь жалкой мыльной оперой. Он был переполнен невероятной ненавистью, жгучей раскаленной яростью, не похожей ни на что другое, что он когда-либо испытывал. Он взглянул на портрет Конни и понял, как сильно ненавидит ее лицо. Ее лицо? Он ненавидел все в ней, и, со все еще пылающим от ярости собственным лицом, поднялся по винтовой лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, и целеустремленно зашагал по длинному коридору наверху к ее комнате.
Дверь была открыта. Конни, развалившись на кровати, небрежно вылизывала свой хвост. Она улыбнулась ему, когда он вошел, но ничего не сказала, и ее легкомысленное пренебрежительное отношение еще больше разозлило его.
Он подошел прямо к кровати, взял ее на руки и натянуто улыбнулся.
— Миленькая кошечка, — сказал он. — Миленькая кошечка.
А потом свернул ей шею.
Ее мать играла Пайуэкет в «Колокол, книга и свеча»[8], тетя играла главную роль в диснеевском фильме «Эта дикая кошка»[9], и обе были милы, добры и великодушны. Но Конни с самого начала была избалованной соплячкой. Интересной, да. Веселой, да. Но в основном она была эгоистичным, эгоцентричным, переросшим ребенком, и даже после того, как гнев прошел, он не чувствовал себя виноватым за то, что сделал.
Она это заслужила.
Он должен был сделать это давным-давно.
Он закопал ее тело на территории сада, в дальнем углу розария, куда никто, кроме садовника, никогда не ходил. Эл прождал почти до полуночи, достаточно долго после того, как дневная прислуга ушла, а остальные обитатели дома заснули. После обеда Конни отчаянно искали — эта кошка никогда не пропускала ужин, — но Эл сказал Мэвис, что она в Хайте[10] со своими новыми друзьями, и никто не усомнился в этом. Тарелки были вымыты, еда упакована в пластиковую посуду и охлаждена, и Эл удалился в свою комнату, где застывшее тело Конни лежало в коробке в его шкафу.
Не было никаких проблем с тем, чтобы вытащить тело из дома, никаких ложных страхов или опасностей. Он пошел прямо в розарий, где ранее вечером оставил лопату. Само погребение прошло так же гладко. Эл вырыл яму, сбросил тело Конни, сложил коробку, ей же накрыл ее сверху и засыпал яму землей.
Позже, возвращаясь к сараю с инструментами вернуть лопату, он остро ощущал каждый ночной звук, каждый намек на движение в темноте. Эл подготовил себе алиби на случай, если кто-то его заметит, но оно было не слишком правдоподобно, и он не был уверен, насколько хорошо сможет его изложить. К счастью, было не похоже, что ему придется им воспользоваться. Все огни в доме были выключены: на улице не было ни одной машины, а если бы и были, — территория огорожена и не просматривается снаружи. Он был здесь один…
Слева послышался шелест листьев.
Он остановился как вкопанный, затаив дыхание. Возможно ли, что эти сверкающие глаза, которые он увидел под кустами, следили за ним? Ему не хотелось так думать, но, обернувшись, он увидел, что отсюда открывается прекрасный вид на то место, где он закопал труп Конни.
В небольшой аризонский городок Джунипер, где каждый знаком с каждым, а вся деловая активность сосредоточена на одной-единственной улице, пришел крупный сетевой магазин со странным названием «Хранилище». Все жители города рады этому. Еще бы, ведь теперь в Джунипере появилась масса новых рабочих мест, а ассортимент товаров резко вырос. Поначалу радовался этому и Билл Дэвис. Но затем он стал задавать себе все больше тревожных вопросов. Почему каждое утро у магазина находят мертвых зверей и птиц? Почему в «Хранилище» начали появляться товары, разжигающие низменные чувства людей? Почему обе его дочери, поступившие туда на работу, так сильно и быстро изменились? Почему с улиц города без следа стали пропадать люди? И зачем «Хранилище» настойчиво прибирает к рукам все сферы жизни в Джунипере? Постепенно Билл понимает: в город пришло непостижимое, черное Зло…
Они – незаметные. Они безлики. Они – словно бы невидимы, и никому нет дела, живы они или нет. Они привыкли. Они – терпели.Но однажды терпение лопнуло. И тогда они поняли: хочешь, чтобы тебя заметили, – убей. И они начали убивать...И полилась кровь.И незаметные обрушили на города кошмар такого смертоносного ада, что невозможно даже вообразить. И беспомощные жертвы замечали своих убийц – последнее, что они вообще замечали в жизни...
Джейсон Хэнфорд обуреваем страстью — страстью к написанию писем. Он пишет, и его письма меняют действительность, распахивают перед ним все двери, исполняют самые прихотливые желания и… убивают. Эпистолярный талант подарил главному герою власть, но за все приходится платить. И платить не кому иному, как самому дьяволу. Добро пожаловать в ад!
Их детство - кошмар, о котором невозможно думать. Их дом - ад. Потому что настоящий ад находится на земле. Потому что в настоящий ад попадают не мертвые - живые. Они сумели вырваться из ада. Сумели забыть. Но однажды пришлось вспомнить. Пришлось вернуться. Выбор прост. Встретиться с Тьмой лицом к лицу - или задохнуться во тьме навеки. Они возвращаются в ад по собственной воле. Ибо боль стала их силой...
Добро пожаловать в Реату! Благодаря сезонным скидкам даже небогатое семейство может с роскошью провести отпуск на этом шикарном курорте посреди пустыни, вдали от цивилизации, полиции и служб спасения. К вашим услугам бассейн, спа-салон, тренажерный зал, скотобойня, пыточная камера. Программа мероприятий включает кинопоказы, экскурсии, исчезновения людей, кровавые жертвоприношения и спортивные соревнования с призами для всех выживших. Администрация курорта желает всем своим пленникам приятного отдыха…
Ужас охватил Америку. По стране мчится жуткий поезд, разрушающий и уничтожающий все на своем пути. Ему не нужны рельсы, не нужно топливо и электричество – ибо он есть порождение карающей ярости, воплощение чистого Зла. В его вагонах сидят мертвецы, возвращенные в мир живых силой страшного проклятия. Много лет назад, перед лицом смерти, эти люди поклялись отомстить своим хозяевам-мучителям. Теперь они вернулись, чтобы воздать потомкам своих убийц. Этому поезду нет преград, и с каждым днем Зло обретает все большую силу.