Колдун. Выбор Пути. - [6]

Шрифт
Интервал

Бабка собрала сумки с продуктами и не оглядываясь вышла из дверей магазина. А я остался стоять — ошеломленный и будто оплеванный.

— Что это такое было-то? — неуверенно спросил я у продавщицы, застывшей за прилавком, и та недоверчиво помотала головой:

— Баба Нюра. Знахарка наша.

— Знахарка?! Это типа экстрасенса, что ли? — хмыкнул я, и криво усмехнулся — не верю я этим экстрасенсам! Аферисты чертовы!

— И не чертовы — поджала губы продавщица — Баба Нюра с чертом-то никогда не ведалась. Светлая она. И провидит, и лечит. До района-то двадцать верст, не наездишься! А она и порошков даст, и травкой попотчует — получше всякого врача! И от запоя лечит!

— Ну, если от запоя, тогда да… — ухмыльнулся я.

— А что вы смеетесь? — немного обиделась продавщица — Для наших очень даже актуально! Мужики спиваются! Делать-то нечего, зимой особенно — вот и спиваются. Если бы не баба Нюра…

— Как это нечего? А работа по хозяйству? А заготовки всякие? Неужто в деревне и делать нечего?

— А вот так и нечего — вздохнула продавщица — Да и хозяйств особых-то и нет. Свиней щас уже перестали держать — невыгодно. Коровенки, да, это есть. Молоко-то надо? Масло опять же… Заготовки? Да…грибы, ягоды…картошка опять же. Но то летом-осенью! А зимой что делать? Бухать только, да телевизер смотреть! А в телевизере чего смотреть? Ерунду всякую кажут! Скукота! Вот и бухают по-черному! И запои бывают. Хотя и летом запои бывают, чо уж там… И вот баба Нюра спасает. Пошепчет, порошочков даст, мужик и завязал бухать. А вы говорите — аферистка! Какая же она аферистка, побойтесь бога!

Мы помолчали. Я не хотел противоречить новому своему «контакту», чтобы не рассердить и не прервать тонкую нить общения, хотя и остался при своем мнении — ишь, развели тут мракобесие! Женщина же о чем-то задумалась, о своем видать, наболевшем, потому что лицо ее сразу постарело и возле губ пролегли горестные складки.

— А как вы тут с фермером вашим живете? Не обижает? Как с ним дела?

— Фермер-то? — очнулась женщина, и невольно оглянулась на дверь — Игорь Владимирович-то? Да чего с ним…ничего с ним. Дела — это у него, а у нас делишки. Этот магазин — его. И промтоварный рядом — тоже его. И еще по селам — тоже его магазины. Тут все его. Какие с ним дела? Работаем мы на него, и не жалуемся. А чего жаловаться? Деньги платит. Невеликие деньги, так больше-то тут работать и негде. Зато вовремя отдает. Вот так вот… А вы в колдунском доме живете, да?

— В каком?! Каком доме?! — у меня едва челюсть не отвисла.

— В колдунском! — кивнула женщина — А что, вам не сказали? Домина-то ваш с прошлым! Он пустой стоял почитай лет…ой, и не знаю сколько! Сорок? Пятьдесят? Я еще девчонкой совсем была, а он пустой стоял. А потом его администрация взяла на учет как пустующий, хотели продать, а никто не покупает. Кому нужен колдунский дом? И его сдали под пикет, под участкового. Говорили же главе — не к добру это! Не будет толку с такого дела! Так не послушал. Пристройку сделали под пикет, все такое. Скважину пробурили, ну чтобы вода-то была, а то только в колодец надо было ходить, обустроили все. Самохин тоже помог, Владимирыч — выделил денег спонсорских, помог. Когда есть свой милиционер, так чего ж плохого? Мало ли что случись…на днях вот Варьки Катиной муженек забуянил — так она от него по всей деревне бегала! Обещал ей глаз подбить, чтобы не смотрела куда не надо. А куда ей смотреть? На то, как он свой пузырь допивает, что ли?

— Догнал? — хмуро поинтересовался я.

— Кого? А! — поняла продавщица, имени которой я так и не спросил — Варьку-то? Неа. Она как припустилась, и прям к Самохину! И давай рыдать! Тот вышел, поговорил с Валеркой-то, тот и утихомирился. Владимирыч умеет с народом говорить!

— Так почему дом-то колдовской? — перевел я разговор на нужные рельсы — с чего вдруг?

— Бредни это все бабские! — раздался со спины густой мужской баритон, и я чуть было не вздрогнул — Придумали, что жил в этом доме еще до войны один дедок. Промышлял знахарством и все такое. А потом помер вроде как. Ну и всех делов! Здесь любят этой чушью мозги забивать — места-то глухие, народ дурковатый. Давай знакомиться? Насколько понимаю, ты Василий Каганов, новый участковый. Ваш начальник полиции звонил мне, говорил. Он приезжает иногда ко мне — на охоту, или рыбки половить.

— А вы Самохин Игорь Владимирович?

— А как догадался? — усмехнулся Самохин, выглядевший как некая копия былинного богатыря — седая борода лопатой, широкие плечи, здоровенные, перевитые синими венами кисти рук.

Небось подкову ломает! — подумалось мне, и потому пожимал я его протянутую руку осторожно, не дай бог сожмет как следует! В кашу превратит!

Однако вопреки ожиданиям, пожал руку Самохин аккуратно, без эдакого стремления некоторых сильных людей «пережать» нового знакомого, устроить локальное доминирование и тем приподняться в своих глазах. Нет — нормальное пожатие крепкого, видавшего виды мужика. Смотрит внимательно, пристально, будто желая проникнуть взглядом мне в мозг и прочитать мысли, но никакой недоброжелательности от него не исходит. Легкая настороженность и любопытство, и только лишь.


Еще от автора Евгений Владимирович Щепетнов
Бандит

Сорокалетний спецназовец, боец ЧВК в Сирии попадает в ловушку, устроенную ИГИЛ. Джип, в котором он ехал вместе со своими товарищами, подорван на фугасе, и от смерти Петра Синельникова отделяют только десять магазинов в разгрузке и пять гранат на подвеске. Он знает, что уже мертв, но собирается отдать свою жизнь как можно дороже. Ведь спецназ не сдается! Взрыв уносит души бородатых "бесов" в их рай с гуриями, а спецназовца - в другой мир, в тело нищего паренька шестнадцати лет от роду, самого что ни на есть убогого и забитого. Ну а дальше...посмотрим, что будет с героем, который двадцать лет на войне, который прошел вторую чеченскую, Сирию, Африку, и который не привык сдаваться никому и ни за что. Магия, кланы, выживание на улицах жестокой столицы империи мира, находящегося на уровне земного средневековья - все впереди.


Олигарх

Отшумел, разбрызгивая горячие осколки металла и кровавые брызги ожидаемый ГКЧП. Прошло время разбрасывать камни, настало время их собирать. Михаил Карпов наконец-то свободен ехать туда, куда хочет, и делать то, что захочет. В разумных пределах, конечно. То что он задумал на первом этапе хоть и не без неприятностей, но получилось. Теперь нужно стать самым богатым человеком на Земле, чтобы никто, никто не мог диктовать ему свои условия! И наоборот — стать гарантом того, что история не вернётся на прежнюю кривую дорогу.


Чистильщик

Никто не знает, кто он такой. Ни приемная мать, ни всемогущая ФСБ. Да и сам он тоже не знает. Его нашли младенцем возле сгоревшего «КрАЗа», шофер которого погиб. Не удивительно, что когда найденыш вырос, у него открылись необычные способности. Главная способность – видеть зеленую ауру Тварей, человекоподобных существ, которые жить не могут, чтобы не издеваться и не убивать. Но видеть их мерзкую ауру мало, нужно еще научиться охотиться на них. И он – научился. Для Тварей было бы лучше, если бы они не трогали самого близкого для него человека…


Ботаник

Главный герой - бывший ликвидатор КГБ, вышедший на пенсию, умирая, попадает в тело пятнадцатилетнего парня, младшего ( и нелюбимого) сына главы иномирного клана. Парнишка ботаник, которому милее книги, и который не желает слышать звон клинков и хрип умирающих. Увы, его сознание умирает после падения с лестницы в старой библиотеке, оставив тело и знания семидесятилетнему земному убийце.


Петр Син

Петр Синельников, позывной "Синий", во время боя с ИГИЛ подорвал себя и "бесов". А затем он попал в тело шестнадцатилетнего паренька-ворка, племени, которое проповедует непротивление насилию и презираемо жителями Империи. Но бывший спецназовец, диверсант и разведчик не может пройти мимо несправедливости. И в столице Империи началась резня. Умирают бандиты — десятки и десятки тех, кто правил ночным городом и забирал у людей последнее — саму жизнь Но…как говорится — веревочке виться недолго. Нашлась управа и на диверсанта.


Бастард

Он — бастард. Последний из умершего дворянского Клана. У него нет ничего — ни имени, ни состояния. Его отец — бунтовщик, казненный за организацию заговора против Императора. У него не было детства — только тяжкие тренировки, только пот, кровь и страдания. И вот у него вдруг появились магические способности, и не просто к магии, а к черной магии. И он должен учиться в Академии, или умереть — таков закон. Тяжко будет учиться нищему изгою, такому жалкому на фоне богатых и благородных. Каждый считает себя обязанным оскорбить, обидеть.


Рекомендуем почитать
Белый Демон

Какая же непредсказуемая штука эта судьба, еще вчера ты был паладином. Сегодня ты уже демонолог. Вмешательство высших сил, не проходит без следа. И не известно куда тебя заведёт дорога завтра.


Фэнтези 2004

Вновь отправляются в путь странствующие рыцари и древние герои. Вновь собираются несокрушимые армады, чтобы на поле великой битвы решить судьбы мира. Вновь плетут козни черные маги и поднимают голову исчадия мрака. Ведущие писатели, работающие в жанре фэнтези, представляют свои новые повести и рассказы о непрекращающейся борьбе Света и Тьмы, Добра и Зла, Правды и Лжи.


Поход за слезами Королевы

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Месть проклятых

Противостояние Сумрака и Хранителей заканчивается чудовищным взрывом, в котором должно погибнуть всё живое, но вопреки всем законам магии и здравого смысла, он всё же умудряется выжить. Но цена слишком высока. Сумрак теряет почти все свои силы, лишается своего клинка, его выбрасывает в другой мир… В Арноре тоже не всё так спокойно. Появляется таинственный некромант, каким-то образом связанный с Сумраком. Мир рассыпается на части как карточный домик и только Киорл в состоянии спасти его. Некрополис тоже не теряет времени даром и отправляет в Арнор очередную партию своих бойцов.


Черные руки

Продолжение романа «Волшебство, Магия и Колдовство». Книга 2. Куда бы Судьба ни занесла Маркуса Гримм, война следует за ним по пятам. Обучение в крепости колдунов становится для него и его друзей всего лишь короткой передышкой перед очередной битвой. Юный колдун пройдет через бесчисленные сражения и испытания, победы и поражения, сомнения и искушения, прежде чем сумеет понять, что на этот раз ему придется взвалить ответственность за судьбы тысяч людей на свои собственные плечи. Война это грязная работа, и его руки не останутся чистыми!


Спасательная экспедиция

Боевой крейсер "Амхерст" земных сил Федерации обнаружил в глубоком космосе корабль с сигналом "SOS". Это оказалась спасательная шлюпка с Перна, и туда была выслана спасательная экспедиция...


Колдун-3

Приключения Василия Каганова, сельского участкового и по совместительству черного колдуна — продолжаются! В глухой деревушке, затерянной в Тверских лесах есть место и для колдовства, и для любви, и для ненависти. Что дальше будет с Василием, какие его ожидают радости или неприятности — не знает ни он, ни древние боги, которым он служит. А может и знают, только ему об этом не говорят. Но то, что эти приключения будут — гарантировано! И еще какие…


Колдун 2

Вторая книга серии "Колдун". Продолжаются приключения Василия Каганова, участкового уполномоченного и… черного колдуна. Живет он в глухой деревне Тверской губернии, в старом доме, построенном несколько сотен лет назад. И с ним вместе живут три существа, о которых обычные люди читали только в сказках. А еще — вокруг леса и озера, в которых живут… те, которых не бывает. А участковый наводит порядок — и среди людей, и среди нечисти. И как у него это получится, что с ним будет, что будет с теми, кто живет вокруг него — знает только бог.


Жнец

Василий Каганов, участковый и черный колдун занимается поисками захваченной колдуном-врагом подруги Вари. А параллельно - ищет преступников, заслуживающих наказания. Смертельного наказания. Он ведь теперь - Жнец.