Классическая русская литература в свете Христовой правды - [9]
Заметим себе, что Минский отвечает ему глубоко серьезно, его ответ из нескольких пунктов:
1. Он просит прощения: «...виноват перед тобою и рад просить у тебя прощения».
2. «...не думай, чтоб я Дуню мог покинуть» — он говорит о глубине и серьезности своего чувства. Это смотритель пропускает мимо ушей.
3. Следующий аргумент: «Она меня любит».
4. «...она отвыкла от прежнего своего состояния».
Заметим себе, как использовал ее смотритель. Он, в сущности, ее использует в качестве «отмазки» от гнева проезжающих, тоже, значит, ее подставляет, как бы и приторговывает ею, но в розницу. Если бы он хотел уберечь ее от проезжающих, то он должен был бы ее держать в задних комнатах и чтоб никто ее не видал, за перегородкой, во всяком случае. Но главный аргумент Минского пятый: «Ни ты, ни она — вы не забудете того, что случилось». Вот, что главное; обратного хода нет! «...вы не забудете того, что случилось», значит, ей достанутся постоянные попреки. Мало того: что будет с ее жизнью? кого она себе будет искать? да если и найдет, то это опять постоянные попреки.
Это, между прочим, бытовало не только в народе, но и в пушкинском кругу. Алина Осипова («Я вас люблю, хоть я бешусь, хоть это труд и стыд напрасный...») была в связи со своим сводным братом Алексеем Вульфом. После того, хотя она и нашла себе какого-то муженька, тот ее, как пишет ее сестра Мария Ивановна, — «ругал постоянно, как самый злой мужик».
После этого смотритель вынужден удалиться, но, в сущности, он ни одного слова Минского не выслушал. Кстати говоря, почему спивается Самсон Вырин? Какую участь он представляет для Дуни неизбежной? «Мало ли их, молоденьких дур? Сегодня в атласе да бархате, а завтра, посмотришь, метут улицу вместе с голью кабацкою».
Что значит метут улицу? Уличные проститутки, копеек за пятьдесят. Проститутка на Невском стоила рубль, а если с голью кабацкою, значит, от 30 до 50 копеек. «Как подумаешь, что Дуня моя там же пропадает, так поневоле согрешишь и пожелаешь ей могилы...».
И, наконец, кульминационная сцена в Петербурге. Смотритель приходит и застает свою дочь и Минского врасплох. Это сцена, где она «наматывает его черные кудри на свои сверкающие пальцы...» Дуня поднимает голову и падает в обморок. Что это значит? Тут я должна сказать, писатель пишет всегда одно произведение — полное собрание своих сочинений. Особенно ясно мы это проследим у Достоевского, но и у Пушкина тоже.
Какой вопрос предварительно за кадром задает Дуне Минский? Конечно, вопрос Мазепы: «Отец или супруг тебе дороже?» Уже после того, как Мазепе стал известен донос Кочубея. «Так помни ж, Мария, ты сделала выбор». Так и тут. Под впечатлением прихода смотрителя и разговора с ним, именно этот вопрос задает Минский Дуне. Дуня ответила на него так же, как и Мария Кочубей. Ценой внутренней коллизии, ценой внутренней душевной борьбы, она выбирает — супруга. (Потом мы увидим это и у Островского в пьесе «Поздняя любовь», где это тоже дано явно). Но после того, как она сделала свой выбор вслух, — и тут является ее отец, как memento mori, она и должна была здесь упасть в обморок. Минский кинулся ее поднимать, но, увидев смотрителя, закричал и выставил его из квартиры.
И, наконец, последнее. Зачем в конце повести, по рассказу мальчишки, приезжает Дуня? К отцу, конечно, для примирения. Почему она приезжает так поздно? Конечно, потому, что до тех пор ее положение не было узаконено. Она приезжает, наконец, рассказать ему о своем счастье, о том, что, в конце концов, все обошлось. А венцом, как говорит народная мудрость, всё покрывается.
Но, как сказано у Блока:
Земное сердце уставало
Так много лет, так много дней...
Земное счастье запоздало
На тройке бешеной своей...
Я, наконец, смертельно болен...
А смотрителя уже просто нет в живых. Но спросим себя: почему Дуня не писала ему все эти годы? Конечно, ее положение было неправильно, это можно понять, но и она должна была чувствовать, что у него на уме. А вы знаете, ее тоже подводит, мешает ей, портит ее жизнь гордость. Вот это русское «все или ничего!» ее подводит. Как бы сказал Солженицын: «не берем ни пол-вся, ни четверть-вся», а сразу всё подавай! «Весь капитал», как сказала бы Настасья («Преступление и наказание» Достоевского).
Значит, все-таки, поэтому. Узнав, что добрая весть запоздала, она идет на могилу, бросилась на могилу и лежала долго... Но потом встала, пошла в село, позвала попа, дала ему денег, то есть подала на поминовение, на вечный помин души. То есть, все-таки на Господа возложила то, что не сумела сделать сама, ту недостачу, тот провал в небытие, ибо Господня благодать, подаваемая нам при нашем покаянии, исцеляет все, совершенно и без остатка.
Это, стало быть, последняя коллизия наиболее зрелого в этом отношении произведения Пушкина. Те же проблемы, но в комическом виде встречаются и в «Барышне-крестьянке». И в «Метели» — это Сам Господь отвел героиню от ее самовольного побега и она вышла замуж не за своего избранника, а за того, кто был ей действительно предызбран от Бога, как бы сказал преподобный Серафим Саровский, «преднареченная вам от Бога невеста». Так и тут. Она вышла замуж за преднареченного от Бога жениха, именно по пословице: «Суженного конем не объедешь».
![Литературное творчество М. В. Ломоносова: Исследования и материалы](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Коды комического в сказках Стругацких 'Понедельник начинается в субботу' и 'Сказка о Тройке'](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
Диссертация американского слависта о комическом в дилогии про НИИЧАВО. Перевод с московского издания 1994 г.
![5 способов стать писателем. От создателя писательского марафона #МишнНонФикшн](/storage/book-covers/dd/dd75c0aaddc50808ed5b1b3ab35dd6fa5631c95f.jpg)
В книге легко и с изрядной долей юмора рассматриваются пять способов стать писателем, которые в тот или иной момент пробует начинающий автор, плюсы и минусы каждого пути, а также читатель сможет для себя прояснить, какие из этих способов наиболее эффективны.
![«На дне» М. Горького](/storage/book-covers/75/750e466abdcab114e535abc711fd6d9ed4e2b905.jpg)
Книга доктора филологических наук профессора И. К. Кузьмичева представляет собой опыт разностороннего изучения знаменитого произведения М. Горького — пьесы «На дне», более ста лет вызывающего споры у нас в стране и за рубежом. Автор стремится проследить судьбу пьесы в жизни, на сцене и в критике на протяжении всей её истории, начиная с 1902 года, а также ответить на вопрос, в чем её актуальность для нашего времени.
![Бесы. Приключения русской литературы и людей, которые ее читают](/storage/book-covers/3b/3b0cd9f9219015858cf4b5f205856127936b34ce.jpg)
«Лишний человек», «луч света в темном царстве», «среда заела», «декабристы разбудили Герцена»… Унылые литературные штампы. Многие из нас оставили знакомство с русской классикой в школьных годах – натянутое, неприятное и прохладное знакомство. Взрослые возвращаются к произведениям школьной программы лишь через много лет. И удивляются, и радуются, и влюбляются в то, что когда-то казалось невыносимой, неимоверной ерундой.Перед вами – история человека, который намного счастливее нас. Американка Элиф Батуман не ходила в русскую школу – она сама взялась за нашу классику и постепенно поняла, что обрела смысл жизни.
![Апокалиптический реализм: Научная фантастика А. и Б. Стругацких](/storage/book-covers/a8/a816705116e8887b392954bbfa9f90bb4215c954.jpg)
Данное исследование частично выполняет задачу восстановления баланса между значимостью творчества Стругацких для современной российской культуры и недополучением им литературоведческого внимания. Оно, впрочем, не предлагает общего анализа места произведений Стругацких в интернациональной научной фантастике. Это исследование скорее рассматривает творчество Стругацких в контексте их собственного литературного и культурного окружения.