Капитан «Старой Черепахи». Повесть - [4]
Он попытался подняться, но не смог и беспомощно опустился на землю.
Поезд был уже далеко и оставлял над степью сноп искр, похожий на хвост кометы.
- Ивакин! - снова позвал человек в кожанке, ощупывая щиколотку левой ноги.
- Товарищ Репьев! Здесь я! - Из темноты вынырнул паренек в шинели. - Ни шута не видно, глаз выколи!
- Куда он убежал? - прошептал Репьев.
- Вроде бы туда! - шёпотом же ответил Ивакин и махнул пистолетом на юг, где поблескивал сноп паровозных искр.
Голос у Ивакина дрожал: шутка ли, выпрыгнуть на полном ходу из поезда, да еще ночью!
- Эх! Кого упустили! - в сердцах сказал Репьев.
- Трава больно высокая, некошеная, - виновато произнес Ивакин.
Репьев снова попытался подняться и невольно охнул.
- Что с вами, Макар Фаддеевич? - тревожно спросил Ивакин.
- Ногу я, кажется, вывихнул, Коля… Беги до разъезда. Позвони по телефону товарищу Никитину, доложи, как все получилось… Разрежь-ка голенище… Распухла нога, сапога не снять. На вот нож.
- Больно? - сочувственно прошептал Ивакин.
- Ничего, ничего, тяни… Ну, теперь беги. Сообщи всё Никитину и достань где-нибудь лошадь… Осторожней будь.
- Я быстренько, Макар Фаддеевич, одним духом, - Ивакин поправил съехавшую на живот кобуру и, пригнувшись, побежал по шпалам.
Репьев отполз подальше от насыпи, в траву, прислушался, перезарядил обойму. В пистолете осталось всего два патрона, а он может еще пригодиться.
Лежать было неудобно, левая рука затекла, будто сотни иголочек кололи онемевшее плечо. Репьев хотел повернуться на другой бок, но услышал легкий отрывистый свист. Через секунду-другую свист повторился.
«Неужели это беглец подает кому-то сигнал? Может, он тоже повредил себе ногу?…» Репьев оглянулся на свист, поудобнее переложил в руке пистолет.
Ответный свист раздался совсем близко, за спиной, так близко, что подумалось - за насыпью.
Новый свист послышался уже откуда-то слева, потом справа. Репьев прижался к мокрой от росы траве.
И тут, почти перед самым лицом, в каком-нибудь аршине, появился маленький черный силуэт. Вытянулся, замер, свистнул: «Пьюит, пьюит!»
«Зверек!»
Учуяв человека, зверек стремительно скрылся.
Обостренный опасностью, слух уловил какие-то новые звуки. Что-то прошуршало в траве. «Не гадюка ли? А может, желтобрюхий полоз?»
Чем больше вслушивался и всматривался Репьев в ночную степь, тем больше убеждался, что и ночью степь живет неизвестной ему доселе жизнью: мелодично и тонко стрекотали кузнечики; один за другим, высоко и быстро подпрыгивая, пересекли полотно железной дороги какие-то длинноногие зверьки.
Вот что-то хрустнуло, из ковыля выбежал заяц, наткнулся на Репьева, остолбенел на миг, прижал уши к спине, подскочил, словно на пружинах, и пустился наутек вдоль насыпи широкими стелющимися прыжками.
Пахло чабрецом, шалфеем и еще какими-то осенними травами. Над головой мерцали непостижимо далекие звезды, гигантская, через все небо, река Млечного пути.
Часы разбились при падении. «Сколько же сейчас времени?» Макар Фаддеевич нашел ковш Большой Медведицы. Она висела почти вертикально, рукояткой книзу - часа три.
Давно не приходилось ему так вот смотреть в звездное небо и определять время по Большой Медведице. И сразу, как наяву, представилась холодная, сырая одиночная камера Николаевской тюрьмы, куда заточили его после забастовки на судоверфи. Первые две недели он не мог даже встать с прогнившего соломенного тюфяка - во время ареста был жестоко избит жандармами Они повредили ему легкие, в груди что-то сипело, и он долго харкал кровью.
Трижды жандармский ротмистр приходил в камеру и увещевал одуматься, не губить свою молодую жизнь, выдать остальных организаторов забастовки и перейти на службу в охранку. А у него даже не было сил поднять голову и плюнуть ротмистру в физиономию.
Как мечтал тогда Макар о свободе, о степи, о зеленых травах, о солнце - решетчатое окно глядело в мрачный серый забор, и солнце никогда не проникало в одиночку. Только маленький клочок неба был виден сквозь окно, и явными ночами на нем вот так же сверкали звезды. В три часа там появлялась Большая Медведица, в четыре ее уже не было видно. А он не мог уснуть, с тоской смотрел на звезды и шептал горьковские стихи:
Сквозь железные решетки
В окна смотрят с неба звезды.
Ах, в России даже звезды
Смотрят с неба сквозь решетки.
Ему было невыразимо тяжело и физически и душевно. Думалось, что всё уже кончено, - в двадцать лет толстые заплесневевшие стены тюрьмы казались стенами склепа, но именно здесь, несмотря на то, что он чувствовал себя больным, обессилевшим, окрепла его вера в будущее.
Перестукиваясь с большевиком, заключенным в соседней одиночке, Репьев узнал, что тот приговорен к смертной казни через повешение и отказался подать ходатайство о помиловании на высочайшее имя.
«Убийцу-царя молить не стану… Наша жертва не пропадет даром… Рабочий класс завоюет свободу… Победа близка, - выстукивал сосед. - Не падай духом, товарищ!»
И она пришла, эта победа, - пролетарская революция свершилась! Репьев был счастлив, что служит освобожденному пролетариату. Если на пути его вставали преграды, он повторял про себя, словно заповедь, слова неизвестного соседа по Николаевской тюрьме: «Не падай духом, товарищ!…» И думал, как бы быстрее преодолеть эту преграду.
![Рассказы о пограничниках](/storage/book-covers/0d/0d0118610b5bd2a597839c8f3627c949318fb127.jpg)
Рассказы о советских пограничниках, о преданности и любви к своей великой Родине, о воле, не знающей преград, о храбрости и воинской смекалке.
![Призвание. Рассказы и повесть о пограничниках](/storage/book-covers/02/02f70fa3fb60a81ad061a096c01ccb68943ee059.jpg)
Рассказы и повесть о советских пограничниках, охранявших границы СССР в предвоенное время и в годы Великой Отечественной волны. СОДЕРЖАНИЕ: Начало пути Пост семи героев Источник жизни Призвание Северное сияние Сердце Александра Сивачева Томик Пушкина Иначе он не мог Мыс Доброй Надежды.
![Свидетель с заставы № 3](/storage/book-covers/f4/f46ff01cdd2657e84f9d4473fe88e014449e17ec.jpg)
Лев Александрович Линьков родился в 1908 году в Казани, в семье учителя. Работал на заводе, затем в редакции газеты "Комсомольская правда". В 1941-51 годах служил в пограничных войсках. Член КПСС.В 1938 году по сценарию Льва Линькова был поставлен художественный кинофильм "Морской пост". В 1940 году издана книга его рассказов "Следопыт". Повесть Л. Линькова "Капитан "Старой черепахи", вышедшая в 1948 году, неоднократно переиздавалась в нашей стране и странах народной демократии, была экранизирована на Одесской киностудии."Свидетель с заставы № 3" - сборник рассказов о пограничниках.
![По следу](/storage/book-covers/f1/f1ea25ab554b97757a54ff9d8dc3c53cacc362f7.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Малыш с Большой Протоки](/storage/book-covers/5c/5c1163e3a46be39aeb7fb1008b871cc3d70d2f68.jpg)
В книгу вошли повести:•Малыш с Большой протоки•Мыс Доброй надеждыДорогие ребята! Прежде чем вы начнёте читать эту книжку, мне хочется сказать вам несколько слов.Вы знаете, что государственная граница нашей Родины пролегла на целых шестьдесят тысяч километров — в полтора раза длиннее экватора. И вы знаете, конечно, что на всём её протяжении, в любое время суток и в любую погоду, нашу границу охраняют от лазутчиков капиталистических разведок — шпионов, диверсантов, от контрабандистов и всякой прочей вражеской нечисти — верные сыны советского народа, пограничники…
![Линейный крейсер «Михаил Фрунзе»](/storage/book-covers/04/0467526e6560031fa079ef0b34259d3351e6be5f.jpg)
Еще гремит «Битва за Англию», но Германия ее уже проиграла. Италия уже вступила в войну, но ей пока мало.«Михаил Фрунзе», первый и единственный линейный крейсер РККФ СССР, идет к берегам Греции, где скоропостижно скончался диктатор Метаксас. В верхах фашисты грызутся за власть, а в Афинах зреет заговор.Двенадцать заговорщиков и линейный крейсер.Итак…Время: октябрь 1940 года.Место: Эгейское море, залив Термаикос.Силы: один линейный крейсер РККФ СССРЗадача: выстоять.
![Записки судового врача](/storage/book-covers/24/24c636f63330e1baab73308e1952749ac292dc1b.jpg)
Эпоха паруса в сказочном мире, который волшебен чуть более, чем это может позволить себе реальность. Любите пить ром, есть солонину из бочки и палить из кремневых пистолетов? Не страдаете от морской болезни, наслаждаетесь солеными морскими брызгами и не боитесь, что крикливая чайка нагадит на вашу любимую треуголку? Тогда Вам сюда! Добро пожаловать в волшебный мир приключений, дружбы, любви и справедливости. Случайности здесь далеко не случайны, ни одна мелочь не остается незамеченной, любой поступок может изменить судьбу, из каждой истории можно извлечь мораль, и все герои получают по заслугам. Иллюстрации автора.
![HOMO Navicus, человек флота. Часть первая](/storage/book-covers/61/6149c0002c85573e2f1f2765554046e1aefe8f00.jpg)
В этой, с позволения сказать, книге, рассказанной нам З. Травило, нет ничего особенного. Это не книга, а, скорее всего, бездарная запись баек и случаев, имевших место быть. Безусловно, наглость З. Травило в настойчивом предложении себя на рынок современной работорг…ой, литературы, не может не возмущать цивилизованного читателя, привыкшего к дамским детективам, дающим великолепную пищу для ума. Или писал бы, как все, эротические рассказы, все интереснее. А так ни тебе сюжета, ни слезы, одно самолюбование. Чего только отзывы (наверняка купил) стоят! Впрочем, автор и не скрывает, что задействовал связи и беззастенчивый блат для издания своих пустых россказней.
![Маленький мир](/storage/book-covers/d5/d504b636276c09c4b9e4dfed212c266395ad2b40.jpg)
Главный герой произведения – американский юрист Джон Смит. У него есть все, что нужно для счастья – престижная работа, богатые родители, красавица-невеста. Жизнь обещает быть спокойной и безоблачной. Но неожиданно все меняется. Во время кругосветного путешествия на круизном лайнере, невеста изменяет ему, а загадочный незнакомец выкидывает за борт корабля. Главный герой выживает. Он оказывается на странном острове. Вроде бы все здесь обычно и объяснимо, но в то же время загадочно и непривычно. Жители этого острова не общаются с внешним миром, не пользуются деньгами и верят, что животные, обитающие рядом с ними, являются такими же разумными существами, как и они сами, и даже могут говорить.
![С Хейердалом через Атлантику. О силе духа в диких условиях](/storage/book-covers/d5/d5cf89b053b99c5b32aa74252c5765204cbce6a7.jpg)
Слабый становится сильным, робкий – отважным, обидчивый – великодушным, если ими движет единая достойная цель.(Юрий Сенкевич)Могли ли египтяне на своих папирусных добраться до Нового Света? Этим вопросом в далеком 1969 году задался легендарный ученый Тур Хейердал и отправился в беспрецедентную научную экспедицию на копиях древних судов. На должность врача ученый пригласил молодого военного медика Юрия Сенкевича.День за днем будущий создатель «Клуба путешественников» вел записи, подробно рассказывая обо всех трудностях, которые им приходилось преодолевать.«Словно по заказу тех же психологов, обстоятельства позаботились о том, чтобы эксперимент с каждым часом осложнялся дополнительными обстоятельствами…», – вспоминал Юрий Сенкевич.