Как мы победили смерть - [8]
— Что случилось? Нападение? — четверо вооруженных автоматами офицеров примчалась на позиции.
— Товарищ капитан! За время несения службы происшествий не случилось! — доложил я.
И покончив со скучными формальностями военной службы, начал читать любимый со школьных времен стих Лермонтова «Смерть поэта».
Ротный ошалело посмотрел на меня, принюхался и заревел, — Да ты пьян! Скотина!!!
Продолжал я, но цитата осталась не законченной, ротный со всей силы двинул мне в глаз, и я, завершая сходство с судьбой поэта, поник гордой головой.
Услышав стрельбу с постов, офицеры ринулись в блиндаж, только мудрый замполит, задержался и сообщил по полевому телефону в штаб Бригады о нападении на роту.
— Рота! Подъем! Боевая тревога! Бегом на посты! Нападение!!!
В ответ, пьяный смачный храп. Никто не встал. Убойная брага оказалась сильнее боевой солидарности. Напрасно матерился ротный, напрасно пытались растолкать, пьяных солдат, командиры взводов. Личный состав роты пал, алкоголем пораженный, на службе в боевом охранении.
— Там ваши товарищи! Бьются! Помощи ждут! А вы тут! Пьяные! — ротный схватил автомат и с офицерами бросился грудью отражать вражеское нападение, на ближайший пост.
Вот тут то они меня и встретили. После моего «убиения», они бросились к другим постам, там их не встречали стихами, но запашок алкоголя витал несомненно.
В ночь весны одна тысяча девятьсот восемьдесят первого года, рота, выполняя боевую задачу по охране Бригады, была в стельку пьяной. В штаб доложили, что нападение успешно отбито, в помощи не нуждаются.
Утром было скорое, матерно кулачное дознание и суд. Я был признан неподкупным офицерским судом, самым пьяным, никто больше стихи не цитировал, следовательно, самым виновным по всем пунктам обвинения, и крайним. Наказание было суровым, но справедливым, я оправился копать в ссохшейся глине яму, четыре на четыре метра и два метра в глубину, сидеть в этой яме мне определил суд, четыре дня и три ночи. Приговор вступил в силу немедленно и обжалованию не подлежал. С похмелья, на солнцепеке, я ломом долбил глину и слушал, как, построив роту, лютовал командир, — Я вам … покажу, как офицерскую брагу пить! Я вас … научу, как Родину любить!
Слово у командира с делом не расходилось, и он стал показывать и учить. Есть в армии такое выражение в……..ть по уставу. Вот по уставу и была сыграна химическая тревога. Рота! Газы! С похмельными стонами одели солдаты АЗК (армейский защитный комплект) и стали играть в слоников, то есть кроме резинового костюма они нацепили, на лица противогазы, чей гофрированный шланг, напоминает хобот. На дворе плюс тридцать, и в эту чудную прохладную погодку, стала рота бегать вокруг позиций в полной боевой выкладке. Я уже углубился в землю на метр, а рота продолжала, отрабатывать учебные задачи и новые вводные. Были там и газы, и ядерный взрыв, вспышка справа, вспышка слева, и ползание по-пластунски, и масса других приятных развлечений. Притомившись, один офицер менял другого, но все вместе и каждый в отдельности они упорно продолжали учить воинов интернационалистов, любить Родину.
— Давай, в офицерский блиндаж, бегом! — новый дневальный с состраданием посмотрел на меня, — приехал начальник штаба бригады.
Как был, перемазанный глиной, в грязных трусах по колено, побежал я в блиндаж. По дороге гадал, что будет, дисбат, или что-то новое придумают. Дисбата я боялся. По отзывам, знающих людей, по сравнению с дисциплинарным батальоном Советской армии, Освенцим санаторий для малокровных.
— Вы первым открыли огонь? — спросил меня начальник штаба бригады гвардии майор Масливец.
— Я, товарищ майор, — обречено сознался я.
Точно дисбат, промелькнула мысль. Интересно сколько дадут шесть месяцев или год?
— Молодец! — воскликнул майор.
Издевается, тяжко вздохнул я, и подумал, значит, два года дадут.
И тут майор подошел ко мне и демократично пожал руку. Я ничего не понимал, и только жалобно посмотрел на командира роты. Я буду хорошим, я исправлюсь, молил я глазами отца — командира.
— Капитан! Заполняйте на него наградной лист. Представьте к медали «За отвагу». Достоин. Раз спас часть от вражеского нападения, обнаружил противника и уничтожил его, значит достоин!
— Но товарищ майор, — возразил ротный, — он только выполнял свою задачу, кроме того, у него есть серьезные дисциплинарные взыскания.
Майор посмотрел на меня повнимательнее, да на героя я не тянул. Длинный, худой, перемазанный глиной, с роскошным цвета радуги фингалом под глазом.
— Откуда у вас кровоподтек, — поинтересовался майор.
— Шел, поскользнулся, упал, — доложил я.
— Закрытый перелом, очнулся гипс, — закончил классическую фразу майор, очень выразительно глянул на ротного, и засмеялся.
— Все дисциплинарные взыскания снять, — приказал майор, ротный заскрипел зубами, — А вместо медали, письмо на Родину. У вас товарищ солдат мама есть?
— Да, товарищ майор.
— Вот пусть радуется и гордится, что такого сына воспитала! — закончил разбираться со мной майор.
![Бригада уходит в горы](/storage/book-covers/90/90945303b3c06058de22fbded3e030cd1f2cd8a4.jpg)
Это была война, и мы все на ней были далеко не ангелами и совсем не образцовыми героями. Осталось только добавить, что этот рассказ не исповедь и мне не нужно отпущение грехов.
![56-я ОДШБ уходит в горы. Боевой формуляр в/ч 44585](/storage/book-covers/12/12a9de6c8502f371b440c4987bc20c77665ab75e.jpg)
Вещь трогает до слез. Равиль Бикбаев сумел рассказать о пережитом столь искренне, с такой сердечной болью, что не откликнуться на запечатленное им невозможно. Это еще один взгляд на Афганскую войну, возможно, самый откровенный, направленный на безвинных жертв, исполнителей чьего-то дурного приказа, – на солдат, подчас первогодок, брошенных почти сразу после призыва на передовую, во враждебные, раскаленные афганские горы.Автор служил в составе десантно-штурмовой бригады, а десантникам доставалось самое трудное… Бикбаев не скупится на эмоции, сообщает подробности разнообразного характера, показывает специфику образа мыслей отчаянных парней-десантников.Преодолевая неустроенность быта, унижения дедовщины, принимая участие в боевых операциях, в засадах, в рейдах, герой-рассказчик мужает, взрослеет, мудреет, превращается из раздолбая в отца-командира, берет на себя ответственность за жизни ребят доверенного ему взвода.
![Человек-Война](/storage/book-covers/a7/a7b73d6bf154e0a2c729b27a31a5d25e73674ff2.jpg)
Всегда были и есть люди на всю жизнь отравленные наркотиком войны. В узких кругах не парадных ветеранов их так и называют "Человек — Война".
![Кундуз-Гардез](/storage/book-covers/dc/dc82d6daf2eae66520f564310f0f6b3df5f8fe68.jpg)
Это была война, и мы все на ней были далеко не ангелами и совсем не образцовыми героями. Осталось только добавить, что этот рассказ не исповедь и мне не нужно отпущение грехов.
![Над пропастью по лезвию меча](/storage/book-covers/ee/ee13b7ffc57687ca694da460fc67ae53caa2b087.jpg)
Из переписки с читателями:Вопрос: Этот роман случайно не о писателе Иване Ефремове? Ответ: Все что изложено, в данном повествовании является авторским вымыслом, а любое сходство с реальными событиями и людьми - совпадением.
![Черная молния. Тень буревестника.](/storage/book-covers/6d/6d300c5ff245114037c9d6662ef21b34f713b223.jpg)
Черная молния. Тень буревестника. Это повесть об уже искрящимся напряжении между властью и обществом. Это рассказ об этнических проблемах нашей страны. Это рассказ о людях по обе стороны назревающего конфликта. Автор не претендует на истину в последней инстанции и будет очень рад, если все персонажи данного произведения ошибаются в своих оценках. Время покажет кто есть кто… Желаю всем мира и благополучия.
![Паноптикум](/storage/book-covers/9d/9dc7429610821b5c9fe90a41d559114f310a032e.jpg)
Сборник сатирических рассказов известного венгерского писателя Габора Годы. Предисловие Леонида Ленча. Рисунки Дьюлы Хинца.
![Поймать Шухевича!](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Финтифлюшки](/storage/book-covers/ef/ef376275b510e0f457406e9ce2e1ff73a5c7fa2c.jpg)
У Журавлева твердый характер. У Журавлева всё по науке. Но когда жена снова уехала в командировку, а инструкции о варке вермишели не оказалось на положенном месте, он слегка растерялся…
![Утраченный рецепт](/storage/book-covers/dd/dd8cf6848917ae6ebbb90c8bc39a0947297dc715.jpg)
Горящий светильник» (1907) — один из лучших авторских сборников знаменитого американского писателя О. Генри (1862-1910), в котором с большим мастерством и теплом выписаны образы простых жителей Нью-Йорка — клерков, продавцов, безработных, домохозяек, бродяг… Огромный город пытается подмять их под себя, подчинить строгим законам, убить в них искреннюю любовь и внушить, что в жизни лишь деньги играют роль. И герои сборника, каждый по-своему, пытаются противостоять этому и остаться самим собой. Рассказ впервые опубликован в 1905 г.
![Прапор и его группа](/storage/book-covers/c2/c233bed0218f8818d5141b93521cb902bc8051f9.jpg)
Старший прапорщик Сергей Ефимов вроде бы навоевался вдосталь. За его плечами три года в Афгане в должности командира взвода. Вернулся оттуда с орденом Красной Звезды. Но почему-то его продолжает тянуть на войну. Он не может сидеть дома, пока в горячих точках погибают молодые, необстрелянные пацаны. И прапорщик снова возвращается в горы. На этот раз — в Чечню. И вот он вместе со своей группой выходит на реализацию разведданных в «зеленку»…
![Рейдовый батальон](/storage/book-covers/9e/9ea2f148de91f2a99e9aea63e4a16f7dee285b0e.jpg)
Николай Прокудин служил в Афганистане в 1985–1967 годах в 180 МСП 108 МСД. Судьба берегла его, словно знала, что со временем Николаю суждено стать писателем и донести людям правду об одной из самых драматических страниц истории нашей страны.
![Братишка, оставь покурить!](/storage/book-covers/60/60ede9afaf34c077db0ec97ec0236160d44937aa.jpg)
Костя по прозвищу Беспросветный, отсидев за убийство своего командира-предателя, выходит на свободу без малейшего понимания, как дальше жить. Идти ему, по большому счету, некуда: нет теперь ни жены, ни дома. Да и на приличную работу с такой биографией не устроишься… Но судьба дает ему шанс переиграть свою жизнь. В составе Добровольческого русского отряда Костя отправляется на гражданскую войну, идущую на территории бывшей Югославии. Ему, боевому офицеру, прошедшему пекло Афгана, убивать не привыкать. Теперь это — его ремесло.
![Взвод специальной разведки](/storage/book-covers/07/07824cdbfe47b2e6549563dd9fe48fabc5e2e15c.jpg)
Горы и ущелья Афганистана. Песок, раскаленный зной. Залпы тысяч орудий… Душманы ведут жестокую войну против советских войск. В очередной схватке с «духами» у одного из блокпостов взвод специальной разведки во главе со старлеем Александром Калининым лицом к лицу столкнулся с отрядом коварного Амирхана. Первое сражение с врагом окончилось победой нашего спецназа. Но Амирхан — опасный противник. Он придумал хитрый план нового нападения. В ход на сей раз пойдут реактивные снаряды, которыми расстреливают советскую военную базу, офицеры в качестве заложников и даже один предатель из числа наших «спецов»…