Избранное - [195]
Литература южнославянских народов конца XIX — начала XX века отличалась пестротой течений. Продолжало развиваться реалистическое направление, но появились и различные декадентские течения: неоромантизм, символизм, позже — экспрессионизм. Свои первые произведения Крлежа писал под влиянием символизма Оскара Уайльда, натурализма Ведекинда, повлияла на его творчество и скандинавская школа — Стриндберг, Ибсен. Эти влияния, особенно уайльдовское, были решающими в ранней драматургии Крлежи: в пьесах «Легенда», «Маскарад» (1913), «Кралево» (1915), «Христофор Колумб» (1917), «Микеланджело Буонаротти» (1918), «Адам и Ева» (1922); эти символистские пьесы, полные анархического отрицания «всегда сущего», с бесчисленными «убийствами, самоубийствами, привидениями», суть отражение идейных противоречий писателя, его разочарований и общей гнетущей атмосферы, которая окружала его в годы первой мировой войны. О своих стихах военного времени «Пан» и «Три симфонии» (1917) — три книги лирики, изданные в 1918—1919 годах, — Крлежа спустя пятнадцать лет писал: «Эта лирика всеми своими сторонами ближе к плачу над развалинами, чем к какой-либо социальной доктрине, и в сущности она — не что иное, как причитание над действительностью, без всякого сомнения жалкой и безнадежной»[500].
После окончания первой мировой войны в югославской литературе модернистские тенденции усиливаются. Появляются последователи новых декадентских направлений: футуризма, дадаизма и других. Часть молодых писателей-модернистов, представителей буржуазной интеллигенции, под влиянием великих социальных потрясений эпохи отражала в своих произведениях настроения пессимизма и, сторонясь действительности, уходила в мистику. Многие из модернистских писателей — М. Црнянский, Т. Уевич, С. Пандурович, Д. Васич и другие — в дальнейшем перешли в лагерь реакции, а некоторые стали открытыми сторонниками фашизма. Но существовала и другая группа писателей, постепенно преодолевавших декадентские тенденции, переходивших на прогрессивные и революционные позиции, — в большей или меньшей мере они склонялись к реализму.
Крлежа принадлежал к группе писателей, творчество которых после войны все больше проникалось реализмом. Элементы его содержались в первых произведениях писателя, но лишь в более поздний период реалистическое отображение жизни становится характерным для творчества Крлежи.
Из бунтаря, отрицающего «все ценности», каким он предстает в «Легенде» и «Лирике», он превращается в борца против капиталистического общества, в критика буржуазных общественных отношений, буржуазной морали и культуры. Пессимизм, ясно выраженный в ранних произведениях писателя, постепенно уступает место осуждению определенных общественных классов — дворянства, буржуазии и буржуазной интеллигенции. Вместо абстрактной проблематики, «вечных» тем в его творчестве ставятся вопросы реального мира, героями произведений Крлежи становятся его современники со всеми их достоинствами и недостатками. Из дневников Крлежи, которые он вел в годы первой мировой войны, видно, что уже тогда, когда он писал свои символистские драмы, у него рождались замыслы многих будущих реалистических произведений. Непосредственное общение с людьми из народа, одетыми в солдатские шинели рабочими и крестьянами, которых Крлежа встречал в казармах, на фронте, в госпиталях, постепенно раскрывало перед ним многогранную проблематику жизни, давало ему в изобилии новый, волнующий материал. Этот материал не только требовал реалистического изображения, но и вносил серьезные коррективы в мировоззрение художника.
Массовое антивоенное и национально-освободительное движение южнославянских народов намного возросло, когда на Балканы начали приходить вести о революционных событиях в России и стали возвращаться первые очевидцы этих событий — бывшие военнопленные. О том, какое глубокое впечатление вызывали рассказы военнопленных, Крлежа писал в очерке о солдате Гебеше, лежавшем с ним в одной больнице. Гебеш рассказывал о Ленине и об Октябрьской революции. «Ощущалась вся гнетущая тяжесть глупости нашей жизни, — говорит Крлежа, — и слова Гебеша гремели в наших душах, как будто взрывались бетонированные укрепления всей этой солдатской и крепостной жизни, представлявшей нашу смертоносную действительность, действительность габсбургской войны, действительность гнусной и бессмысленной смерти за эту очевидную глупость».
Сразу же после войны Крлежа публикует одно за другим прозаические и драматические произведения, в которых рисует страдания народа, разоблачает австрийскую военщину и милитаризм, показывая одновременно рост недовольства в народе, среди солдат, трагедию людей, ищущих выхода из кошмара войны. Этим темам посвящен цикл новелл «Хорватский бог Марс» (среди них «Три домобрана»), написанных в 1918—1923 годах. Те же мотивы разрабатывает Крлежа и в драмах «В лагере» (в первой редакции, относящейся к 1920 г., она называлась «Галиция»), «Голгофа» (1922) и «Вучьяк» (1923). В 1918—1925 годах Крлежа создает еще один цикл новелл о войне, тяжелой жизни народа и его революционной борьбе. Напечатанные сначала в различных журналах, они в 1933 году вышли отдельной книгой под названием «Тысяча и одна смерть». Силой обличительного пафоса особенно выделяется в этом сборнике новелла «Гроссмейстер подлости», в которой автор показывает страшную жизнь городской бедноты в капиталистическом городе, судьбы духовно и физически изуродованных людей. В 1926—1930 годах Крлежа создает цикл «Глембаи», состоящий из ряда новелл и трех пьес: помещенная в настоящем сборнике драма «Господа Глембаи» (1928), «В агонии» (1928), «Леда» (1930). Этот цикл, в котором прослежена история нескольких поколений загребской буржуазно-патрицианской семьи, содержит самую резкую критику правящих классов Хорватии. Пьесы этого цикла представляют не только новый этап в творчестве Крлежи, но и лучшие его произведения в области драматургии. После цикла «Глембаи» в течение следующих десяти лет написаны три романа: «Возвращение Филиппа Латиновича» (1932) — книга, рисующая моральную, идейную и психологическую дегенерацию буржуазной интеллигенции; «На грани рассудка» (1938) — беспощадная критика лицемерной морали «верхов общества» и уже упоминавшийся выше «Банкет в Блитве» (1939). В 1936 году Крлежа издал одно из лучших своих поэтических произведений — «Баллады Петрицы Керемпуха».
![Поездка в Россию. 1925: Путевые очерки](/storage/book-covers/7d/7d6f9292588c14d5013fffc2c90af00a7b3022ba.jpg)
«Поездка в Россию. 1925» — путевые очерки хорватского писателя Мирослава Крлежи (1893–1981), известного у себя на родине и во многих европейских странах. Автор представил зарисовки жизни СССР в середине 20-х годов, беспристрастные по отношению к «русскому эксперименту» строительства социализма.Русский перевод — первая после загребского издания 1926 года публикация полного текста книги Крлежи, которая в официальных кругах считалась «еретическим» сочинением.
![Костер в ночи](/storage/book-covers/ea/ea476f271359291f9c663f5782dc61e35c3d6cac.jpg)
До недавнего времени имя Марии Петровых было мало знакомо широкому кругу читателей: при жизни у нее вышла единственная книга стихов и переводов с армянского. Разные тому были причины. Но стоит прочесть ее стихи — и не будет сомнения, что перед нами большой русский поэт. Творчество М. Петровых высоко ценили Б. Пастернак, О. Мандельштам, А. Ахматова. «Тайна поэзии Марии Петровых, — считал А. Твардовский, — тайна сильной мысли и обогащенного слова».Мария Сергеевна Петровых (1908–1979) родом из Ярославля, здесь начала писать стихи, посещала собрания ярославского Союза поэтов, будучи еще ученицей школы им.
![Поездка в Россию](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Базар житейской суеты. Часть 3](/storage/book-covers/23/23c9fbae5c20640cedf09c0061a02f83471aa191.jpg)
Родился в Индии в семье чиновника Восточно-Индийской компании. Учился в Англии, окончил Кембриджский университет. В студенческие годы проиграл в поэтическом состязании Альфреду Теннисону, будущему поэту-лауреату британской короны. В Кембридже Теккерей познакомился и с Эдвардом Фицджеральдом, который стал его лучшим другом. В юности думал посвятить себя искусству книжной иллюстрации, предлагал услуги художника Диккенсу, выпускавшему "Записки Пиквикского клуба", но получил отказ. Начинал сатирическимиочерками и пародиями, среди которых можно выделить повесть "Кэтрин" (1839) — травести так называемого "ньюгейтского романа" (по названию тюрьмы в Лондоне), таившей в себе едва завуалированную насмешку над "Оливером Твистом".
![Дели – восточный город](/storage/book-covers/46/469dc1759f411e0afe50ac1a5b8f68ce2bb962be.jpg)
Кришан Чандар – индийский писатель, писавший на урду. Окончил христианский колледж Фармана в Лахоре (1934). С 1953 генеральный секретарь Ассоциации прогрессивных писателей Индии. В рассказах обращался к актуальным проблемам индийской действительности, изображая жизнь крестьян, городской бедноты, творческой интеллигенции.
![Платье](/storage/book-covers/3f/3faf17be427c4427a212083ce80f3a925af8212f.jpg)
Дилан Томас (1914–1953) – валлиец, при жизни завоевавший своим творчеством сначала Англию, а потом и весь мир. Мастерская отделка и уникальное звучание стиха сделали его одним из самых заметных поэтов двадцатого столетия, вызывающих споры и вносящих новую струю в литературу. Его назвали самым загадочным и необъяснимым поэтом. Поэтом для интеллектуалов. Его стихами бредили все великие второй половины двадцатого века.Детство Томаса прошло главным образом в Суонси, а также на ферме в Кармартеншире, принадлежавшей семье его матери.
![Наследник дьявола](/storage/book-covers/40/4092bd1389e93ba297aa95a8692a6404dd6ed414.jpg)
«Озорные рассказы» написаны в духе позднего Средневековья и эпохи Возрождения, когда рушились средневековые представления об исконной греховности человека, о его беспомощности и зависимости от воли небес, о необходимости подавлять влечение к радостям жизни ради блаженства в будущем мире.«Озорные рассказы» полны жизнерадостности, безудержного раблезианского смеха и упоения жизнью.В некоторых рассказах «озорное» тесно переплетается с трогательным, грустным и даже трагическим. Самые «рискованные» и потешные положения ведут иной раз к событиям, раскрывающим глубокую человечность героев.
![Раскаяние Берты](/storage/book-covers/31/31f6d4201f26faf437339a2dd8ecf632dfb06a3d.jpg)
«Озорные рассказы» написаны в духе позднего Средневековья и эпохи Возрождения, когда рушились средневековые представления об исконной греховности человека, о его беспомощности и зависимости от воли небес, о необходимости подавлять влечение к радостям жизни ради блаженства в будущем мире.«Озорные рассказы» полны жизнерадостности, безудержного раблезианского смеха и упоения жизнью.В некоторых рассказах «озорное» тесно переплетается с трогательным, грустным и даже трагическим. Самые «рискованные» и потешные положения ведут иной раз к событиям, раскрывающим глубокую человечность героев.
![Желтуха](/storage/book-covers/2b/2bf0ab5ad0da66c076da4c454107193c0c398916.jpg)
Кришан Чандар – индийский писатель, писавший на урду. Окончил христианский колледж Фармана в Лахоре (1934). С 1953 генеральный секретарь Ассоциации прогрессивных писателей Индии. В рассказах обращался к актуальным проблемам индийской действительности, изображая жизнь крестьян, городской бедноты, творческой интеллигенции.