Из воспоминаний жандарма - [10]
Через несколько дней после моего освобождения в Киеве был проездом П. Н. Милюков[12]. Он посетил меня, и я, весь еще под впечатлением ибсеновского дела, рассказывал ему о нем, выражая надежду, что мы выскочим из дела вполне благополучно.
— Да ведь на собрании, конечно, производились сборы на какую-нибудь революционную цель, — сразу сказал Милюков, — и вас накажут за это, если даже убедятся в невинности содержания беседы.
— Да это осталось совершенно неизвестным! — воскликнул я. Я не упомянул о сборах, и тем не менее Милюков сразу уразумел суть дела, а ведший дело целые месяцы Новицкий с целым штатом жандармов и прокуроров даже не догадался кому-нибудь из арестованных задать вопрос: был ли вход на реферат платный или нет? Ведя следствие по ложному следу, Новицкий так и упустил из виду это обстоятельство, которое все же могло бы послужить к нашему обвинению, хотя и не очень тяжелому: вход был платный, и плата взималась с какою-то революционною целью, помнится, в пользу забастовщиков (тогда в Киеве шла забастовка пекарей, если не ошибаюсь).
Подобными промахами полна жандармская карьера Новицкого. Наконец, наверху поняли полное его несоответствие требованиям времени, и Новицкий, кажется, в 1904 или 1905 г. должен был уступить место людям более тонким и ловким, и систему повальных арестов и грозных запугиваний заменила другая, более совершенная.
Но прошло еще несколько лет, и Новицкий вновь всплыл на поверхность жизни. Летом 1907 г. он был назначен одесским градоначальником. Перед отправлением на место нового назначения Новицкий был в Петербурге, и здесь с ним имел беседу сотрудник «Руси»[13] С. А-ч.
Новицкий сказал А-чу, что он никого не боится, что все его действия будут вытекать из долга службы перед государем и родиной, что он жалоб не боится, так как всегда найдет поддержку в высших центральных властях, что он лично известен государю, что он не допустит уличных избиений, что он враг избиений мирных жителей, что в его глазах каждый мирный житель имеет право мирно заниматься своим делом. «Во всей своей деятельности я всегда поступал исключительно по закону», говорил генерал А-чу. «Только этим я объясняю добрые ко мне отношения осужденных главарей и работников революционных организаций. Я избегал беззаконного и ненужного их раздражения».
Характер речи Новицкого схвачен А-чем совершенно верно; странно только, что А-ч вполне поверил ему и вынес впечатление, что генерал Василий Дементьевич одушевлен лучшими и благими намерениями[14].
Новицкий вообще был очень словоохотлив и любил пускаться со всеми, в том числе и с подневольными его слушателями и, в особенности, с их родными, в беседы более или менее интимного характера. В этих беседах он всегда и очень охотно, вопреки общественным его действиям, говорил о своей любви к законности, как о ней же он говорил и А-чу; всегда придавал себе вид человека глубоко сердечного, тяжело страдающего, когда он принужден причинять другим зло, вместе с тем человека сурового долга, который своему долгу перед царем и отечеством жертвует своими гуманными чувствами.
И, кажется, он действительно верил этому, и бывали такие арестованные, еще чаще их родители, которые льстили Новицкому, играя на этой струнке и, говоря ему об его сердечной доброте, добивались кое-каких льгот.
Слова Новицкого о добрых отношениях осужденных благодаря ему революционеров, конечно, грубая, наглая ложь. Человек, побывавший у него в руках, не мог не чувствовать к нему глубочайшей ненависти. Но некоторая своеобразная доля правды в этих словах — все же есть. Осужденные революционеры его ненавидели, но революционеры, не попавшиеся в его лапы, — а таких, благодаря его сыщицкой бездарности, всегда было очень много, — относились к нему благодушно, только высмеивая его и твердя, что «за таким жандармом жить еще можно».
В конце 1902 г. Новицкий праздновал свой 25-летний юбилей. По этому поводу киевский социал-демократический комитет счел нужным и с своей стороны послать ему свое поздравление. Поздравление было напечатано со всею доступной для нелегальной типографии тщательностью и распространено по городу в большом числе экземпляров.
Вот это поздравление.
«Киевский комитет Российской социал-демократической рабочей партии генералу Новицкому, по поводу его двадцатипятилетней жандармской деятельности и предполагаемого оставления им поста начальника киевского губернского жандармского управления.
Это издание подводит итог многолетних разысканий о Марке Шагале с целью собрать весь известный материал (печатный, архивный, иллюстративный), относящийся к российским годам жизни художника и его связям с Россией. Книга не только обобщает большой объем предшествующих исследований и публикаций, но и вводит в научный оборот значительный корпус новых документов, позволяющих прояснить важные факты и обстоятельства шагаловской биографии. Таковы, к примеру, сведения о родословии и семье художника, свод документов о его деятельности на посту комиссара по делам искусств в революционном Витебске, дипломатическая переписка по поводу его визита в Москву и Ленинград в 1973 году, и в особой мере его обширная переписка с русскоязычными корреспондентами.
Настоящие материалы подготовлены в связи с 200-летней годовщиной рождения великого русского поэта М. Ю. Лермонтова, которая празднуется в 2014 году. Условно книгу можно разделить на две части: первая часть содержит описание дуэлей Лермонтова, а вторая – краткие пояснения к впервые издаваемому на русском языке Дуэльному кодексу де Шатовильяра.
Книга рассказывает о жизненном пути И. И. Скворцова-Степанова — одного из видных деятелей партии, друга и соратника В. И. Ленина, члена ЦК партии, ответственного редактора газеты «Известия». И. И. Скворцов-Степанов был блестящим публицистом и видным ученым-марксистом, автором известных исторических, экономических и философских исследований, переводчиком многих произведений К. Маркса и Ф. Энгельса на русский язык (в том числе «Капитала»).
Один из самых преуспевающих предпринимателей Японии — Казуо Инамори делится в книге своими философскими воззрениями, следуя которым он живет и работает уже более трех десятилетий. Эта замечательная книга вселяет веру в бесконечные возможности человека. Она наполнена мудростью, помогающей преодолевать невзгоды и превращать мечты в реальность. Книга рассчитана на широкий круг читателей.
Биография Джоан Роулинг, написанная итальянской исследовательницей ее жизни и творчества Мариной Ленти. Роулинг никогда не соглашалась на выпуск официальной биографии, поэтому и на родине писательницы их опубликовано немного. Вся информация почерпнута автором из заявлений, которые делала в средствах массовой информации в течение последних двадцати трех лет сама Роулинг либо те, кто с ней связан, а также из новостных публикаций про писательницу с тех пор, как она стала мировой знаменитостью. В книге есть одна выразительная особенность.
Имя банкирского дома Ротшильдов сегодня известно каждому. О Ротшильдах слагались легенды и ходили самые невероятные слухи, их изображали на карикатурах в виде пауков, опутавших земной шар. Люди, объединенные этой фамилией, до сих пор олицетворяют жизненный успех. В чем же секрет этого успеха? О становлении банкирского дома Ротшильдов и их продвижении к власти и могуществу рассказывает израильский историк, журналист Атекс Фрид, автор многочисленных научно-популярных статей.