История войны 1813 года за независимость Германии - [5]
Королевство Прусское, низведенное, по условиям Тильзитского договора, в ряд второстепенных государств, и обязанное, по словам Наполеона, сохранением своего существования единственно заступничеству императора Александра I>3, находилось в совершенной зависимости от Франции. Пруссия была принуждена заплатить огромную военную контрибуцию, а в ожидании окончательного удовлетворения домогательств французского правительства во всех важнейших прусских крепостях находились чужеземные гарнизоны. Жители Пруссии были обременены всевозможными поборами, которым предела нельзя было предвидеть. Подобно Бренну, отвечавшему на упреки римлян в угнетении их: «Горе побежденному», Наполеон писал к маршалу Даву: «Заставьте платить Пруссию, а когда она заплатит все, тогда все-таки останется у нас в долгу»>4. Само собой разумеется, что, действуя таким образом, Наполеон не мог сомневаться в недоброжелательстве к нему прусской нации; все усилия его клонились к тому, чтобы обезоружить государство, которое, рано или поздно, долженствовало отмстить ему за все потери и оскорбления. Наполеон, желая предупредить всякое враждебное покушение прусского правительства, обязал его ограничить свою армию таким образом, чтобы она отнюдь не превышала 42 000 человек>5. Казалось, что для Пруссии не предстояло ничего, кроме раболепного повиновения произволу завоевателя, до тех пор, пока будет угодно ему продлить ее жалкое существование.
Несмотря на бедственное положение Пруссии по заключении Тильзитского договора и на общее уныние и безнадежность в народе и войске, правительство приступило к изменению многих учреждений, устарелых и несовместных с современными обстоятельствами. Но все преобразования были приостановлены несогласиями, возникшими между Россией и Францией. Легко было предвидеть, что Наполеон, двигаясь с несметными силами через Пруссию, мог поступить с ней как с завоеванной страной, истощить ее средства и уничтожить последнюю тень самобытного существования монархии. Это заставило Фридриха-Вильгельма III домогаться как милости союза с Наполеоном и участия Пруссии в войне против императора Александра I; без сомнения, такая жертва, из всех самая нестерпимая, тяжело пала на сердце короля, друга нашего государя; но он решился испить до дна чашу бедствий в ожидании зари освобождения Германии. Половина небольшой прусской армии вошла в состав наполеоновских полчищ, и меры, принятые для образования вооруженных сил, на случай восстания против общего притеснителя, были приостановлены наводнением страны французскими войсками.
Занятие Москвы французами казалось в глазах Европы великим подвигом, утвердившим господство Наполеона. Сам он, не помышляя о дальнейшем наступлении, надеялся на заключение выгодного мира и полагал, что русское правительство, устрашенное глубоким вторжением французской армии, поспешит открыть переговоры. Обманувшись в своих надеждах, Наполеон предпринял отступление, которого последствиями были совершенная гибель «Великой армии» и отложение Йорка от французов. Эти события вызвали Пруссию из невольного усыпления, но они были так неожиданны, что народы, угнетенные Наполеоном, едва верили тому, что совершалось в глазах их, и не могли вдруг освоиться с мыслью освобожденья от наложенного на них ига. К тому же крепости на Одере и самая столица Пруссии, где тогда находился король, были заняты французскими войсками. Еще свежи были раны, нанесенные Пруссии в войну 1806 года, когда это государство обладало несравненно большими средствами, нежели в 1813 году, после потери половины владений и уплаты Наполеону огромной военной контрибуции. И потому увлечение, господствовавшее в народе и войсках прусских, не было разделяемо правительством, которое, обсуждая хладнокровно положение дел, старалось умерять порывы общего мнения. Повинуясь силе обстоятельств, король отрешил от командования войсками генералов Йорка и Массенбаха и повелел предать первого из них военному суду; вместе с тем было послано приказание генералу Клейсту принять начальство над корпусом и состоять по-прежнему в распоряжении императора французов и наместника его, короля Неаполитанского [Иоахима Мюрата]. Флигель-адъютанту Нацмеру, посланному с сими повелениями в корпусную квартиру генерала Йорка, было дано письмо к императору Александру, в котором король предлагал русскому правительству оборонительный и наступательный союз с Пруссией, в случае, ежели сие государство будет принуждено вести войну с Наполеоном, и просил продолжать безостановочно движение войск за Вислу и Одер. Легко было предвидеть, что Нацмер не мог проехать в прусский корпус, стоявший позади русских войск, и потому Йорк сохранил по-прежнему командование корпусом; что же касается до секретного поручения, данного Нацмеру, то он привез ответ императора Александра от 1 (13) января, заключавший в себе безусловное согласие на все предложения короля. Это письмо, доставленное Нацмером в Берлин, в ночь с 7 (19) на 8 (20) января, и тогда же полученные сведения о повелении, данном маршалу Ожеро, – задержать особу короля, заставили Фридриха-Вильгельма ускорить предположенный им отъезд в Силезию. 10 (22) января, два дня спустя по обнародовании в «Берлинских ведомостях» повеления об отрешении Йорка, король, вместе с наследным принцем, отправился из Потсдама в Бреславль, куда прибыл 13 (25) января; за ним последовала гвардия. В Бреславле собрались значительные мужи Пруссии: государственный канцлер барон Гарденберг; Шарнгорст, снова принявший явно управление военным министерством; герой прусской армии генерал Блюхер и генерал Гнейзенау. Для рассеяния же недоразумений между прусским и французским правительствами послан был в Париж к Наполеону пользовавшийся особенной его благосклонностью граф Гацфельдт, с предложением выставить для содействия французам новый вспомогательный корпус, сильнейший прежнего. Вслед за тем король отправил в Париж генерала Круземарка, прося, чтобы для облегчения предположенного укомплектования армии французское правительство уплатило Пруссии за поставленные, сверх остававшегося на ней долга, для Наполеоновых войск припасы на сумму 94 миллионов франков (около 25 миллионов рублей серебром). Король Фридрих-Вильгельм также изъявил желание, чтобы французские войска, занимавшие Данциг и крепости на Одере – Штетин, Кюстрин и Глогау, – были выведены оттуда и замещены прусскими гарнизонами
![История царствования императора Александра I и России в его время. Том 6](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Византия в международных отношениях на Ближнем Востоке (1071-1176)](/storage/book-covers/3d/3de9d2d4268800ae8919a0eca3e5cde67b5c73e2.jpg)
В монографии показана эволюция политики Византии на Ближнем Востоке в изучаемый период. Рассмотрены отношения Византии с сельджукскими эмиратами Малой Азии, с государствами крестоносцев и арабскими эмиратами Сирии, Месопотамии и Палестины. Использован большой фактический материал, извлеченный из источников как документального, так и нарративного характера.
![Смута в культуре Средневековой Руси](/storage/book-covers/06/06ff3e3667494cf048318d00f18505d0bd069bf0.jpg)
Смута 1598–1613 гг. стала для древнерусской культуры сложным и глубинным кризисом, положившим начало «переходному» столетию. Идеи и представления, характерные для Московского государства, подверглись резкой трансформации в период «междуцарствия». Влияние Смуты прослеживается на всем протяжении XVII в. Тем не менее семиотические аспекты кризиса, необычные культурные коллизии, возникшие после смерти Федора Ивановича и прекращения династии Рюриковичей-Калитичей, редко оказывались в центре внимания историков.
![Очерки истории Сюника. IX–XV вв.](/storage/book-covers/fa/fa33b71d99f68b3349a487c37d895230257c0d23.jpg)
На основе многочисленных первоисточников исследованы общественно-политические, социально-экономические и культурные отношения горного края Армении — Сюника в эпоху развитого феодализма. Показана освободительная борьба закавказских народов в период нашествий турок-сельджуков, монголов и других восточных завоевателей. Введены в научный оборот новые письменные источники, в частности, лапидарные надписи, обнаруженные автором при раскопках усыпальницы сюникских правителей — монастыря Ваанаванк. Предназначена для историков-медиевистов, а также для широкого круга читателей.
![Древние ольмеки: история и проблематика исследований](/storage/book-covers/4f/4fd47fba54cebfa2afb028804bf919f7714fc149.jpg)
В книге рассказывается об истории открытия и исследованиях одной из самых древних и загадочных культур доколумбовой Мезоамерики — ольмекской культуры. Дается характеристика наиболее крупных ольмекских центров (Сан-Лоренсо, Ла-Венты, Трес-Сапотес), рассматриваются проблемы интерпретации ольмекского искусства и религиозной системы. Автор — Табарев Андрей Владимирович — доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института археологии и этнографии Сибирского отделения РАН. Основная сфера интересов — культуры каменного века тихоокеанского бассейна и доколумбовой Америки;.
![Эль-Кано. Первый кругосветный мореплаватель](/storage/book-covers/f7/f7b7d821deeaa2871f9b7ad040b6f09887e6462b.jpg)
Всем известно, что первое кругосветное путешествие совершила экспедиция Магеллана. Но не каждый помнит, что после смерти Магеллана на Филиппинских островах только одно из пяти судов его флотилии вернулось в Испанию, завершив кругосветное плавание. Еще меньше мы знаем о капитане этого судна Эль-Кано — уроженце суровой Страны басков. Мейрин Митчелл — автор многих книг по истории морских путешествий — изучила архивные материалы и другие источники о жизни и деятельности Эль-Кано, побывала на его родине и в живой форме рассказала в этой книге о первом плавании вокруг земного шара.
![О разделах земель у бургундов и у вестготов](/storage/book-covers/ad/adb9d4768efcb4cd56ff1a5ac74a83c889a7bf3e.jpg)
Грацианский Николай Павлович. О разделах земель у бургундов и у вестготов // Средние века. Выпуск 1. М.; Л., 1942. стр. 7—19.