Инвиктус - [105]
— Можешь прыгнуть в другое время? — спросила Имоджен.
— Бесполезно. Если даже поможет, то ненадолго. — Элиот могла получить передышку, но последствия были бы такие же, как при отключении Веры — Гай не смог бы попрощаться с Эмпрой, память «Инвиктуса» не преодолела бы поворотную точку. И, что еще хуже, агент Бюро мог найти путь в следующую вселенную и убить нового Фара. С контрсигнатурой или без нее. Кто бы мог подумать, что человек с дурацкими перьями на шляпе так опасен?
— Это прекратится, если только он остановится.
44
ВМЕШАТЕЛЬСТВО. ВОЗМОЖНО, НЕ БОЖЕСТВЕННОЕ
Рекордер Эмпра Маккарти сидела на трибуне амфитеатра Флавиев, обнимая руками круглый живот, выпирающий из-под столы цвета индиго. Вокруг кипел и бурлил Колизей. Весь день, с того самого момента, как она проснулась в своей капсуле, складывался не так, как надо. Голова была словно в тумане, и по пути сюда от «Аб этерно» она приняла какого-то человека, читавшего на стене объявление о раздачах, за своего бывшего жениха Эдвина Марина. Эмпра даже замедлила шаг и чуть не окликнула его по имени, но потом сообразила, что год для него неподходящий, да и выглядит незнакомец пожилым — серебристые виски, лет на двадцать старше Эмпры.
Значит, показалось. Мысли всплывали нечеткие, ее подташнивало, голова кружилась. То ли побочные эффекты беременности, то ли разбитое сердце, то ли гомон толпы так действовали — Эмпра не могла сказать наверняка. Скорее всего, троица этих факторов слилась воедино, когда она скорбно смотрела на песок расстилавшейся внизу арены.
Второго незнакомца, присевшего рядом с ней на скамью, Эмпра заметила, только когда он заговорил.
— Cruenti sunt ludi. Oculo intimo spectare non sapiat.
Кровавые игры. Неразумно обращать на них внимание нерожденного. Услышать здесь такое, тем более на латыни с плохим произношением, было странно. Эмпра нахмурилась, но не отвела взгляд от арены. Разговор с древним римлянином противоречил всем правилам поведения рекордера, хотя она уже давно нарушила их, общаясь с гладиатором без видеозаписи. Эмпра пришла сюда по одной-единственной причине и не чувствовала себя расположенной к разговору.
— Я сделал ставку на Гая. А ты?
Сердце учащенно забилось. Заметил ли док ее реакцию на имя? Эта мысль была первой. И почему молодой человек так сказал? Ей хватило одного взгляда на сидящего рядом, чтобы понять: сосед по скамье — коллега, путешественник во времени. У многих в амфитеатре темная кожа, но такие тоги мужчины носили более ста лет назад. И как он мог узнать про Гая? И почему намекнул, что все про них знает… Неразумно обращать на них внимание нерожденного. Эта фраза сразу наполнилась содержанием.
Отключив передачу данных, Эмпра задала вопрос:
— Кто ты?
Нахмурившись, юноша молчал, пока Эмпра не начала сомневаться. Возможно, человек из этого времени и не понял языка Центрального. Наверное, здесь какое-то случайное совпадение или результат ее болезненного состояния.
— Я не записываю, — сделала она вторую попытку. — Можешь говорить спокойно.
— Я друг. Зови меня Грэм. — Эти слова получились у незнакомца гораздо лучше, чем фразы на латыни. Живая речь, а не лоскутное одеяло, слепленное автоматическим переводчиком. — Пришел забрать тебя назад, на «Аб этерно».
Сердце снова сжалось.
— Ты не понимаешь. Я не могу уйти…
— Гай сегодня не бьется. — Грэм посмотрел вниз, на императорскую ложу; под приветственные крики толпы в ней как раз появился император.
Эмпре очень хотелось, чтобы его слова соответствовали правде, но тем больнее ранила ложь. Поединок Гая числился одним из первых, об этом он поведал за столом прошлым вечером, так и не сумев спрятать дрожь в голосе.
— Бьется. И я должна это видеть. — Эмпра всхлипнула, удивившись себе. Обычно она умела скрывать чувства. Благодаря свободной столе шесть месяцев скрывала от экипажа «Аб этерно» свою беременность. — Мне нужно знать, чем закончится бой.
— Мы заключили соглашение с ланистой Гая. Он свободен и ждет возле «Аб этерно», чтобы попрощаться. Я здесь, чтобы отвести тебя к нему.
— Свободен? — Голова у Эмпры закружилась еще сильнее. Руки упали с живота на скамью, пальцы вцепились в потрескавшееся дерево. — Корпус никогда бы этого не позволил.
— Мы не из Корпуса, — объяснил Грэм. — Как бы я, по-твоему, сидел здесь и разговаривал?
— Если вы не из Корпуса, то откуда?
— На ответ потребуется больше времени, чем у нас есть. У тебя скоро отойдут воды, и если не успеешь возвратиться в Центральный до рождения сына, дела могут обернуться очень дерьмово. Э, извини за выражение.
Но Эмпру поразило не грубое слово. Сын. Ладони взметнулись назад к животу. Док предлагал определить пол ребенка, но она отказалась, потому что не смогла бы уберечь тайну от Гая и открыла бы гораздо больше, чем могла себе позволить.
— В каком смысле дерьмово?
— Идем со мной. — Грэм поднялся, протягивая руку. — По дороге объясню все, что смогу.
Порта санавивария должны были скоро открыться. Эмпра внимательно смотрела на их решетчатые створки. Стандартный римский дизайн — набран из треугольников и перекрестий, зависит от того, как посмотреть. Толпа тоже обратила взоры на ворота; крики нетерпения усиливались. Ребенок — ее
1956 год. Победу во второй мировой войне одержали страны «Оси» и миром управляют правительства Третьего Рейха и Императорской Японии. Ежегодно они устраивают соревнование: гонку на мотоциклах от Берлина до Токио. Победитель получает приглашение на бал, на котором неизменно присутствует Адольф Гитлер. Именно возможность встретиться с фюрером и убить его интересует еврейку Яэль, бывшую узницу концлагеря, а ныне – участницу Сопротивления. Благодаря приобретенной в ходе фашистских экспериментов способности принимать облик любой девушки, Яэль выдает себя за Адель Вольф – победительницу прошлогодней гонки.
Все борцы Сопротивления уверены – Яэль выполнила свою опасную миссию и застрелила Гитлера в прямом эфире с Бала Победителя. И лишь ей одной известно, что жертвой стал такой же как она подопытный доктора Гайера. А это значит, что девушке надо как можно скорее сообщить Райнигеру об этой ужасной подмене. Иначе вторую операцию «Валькирия» ждет такой же бесславный конец, как и первую. И все жертвы были напрасны. Понимая, что только смерть Гитлера положит конец Новому порядку и успокоит волков на ее руке, Яэль полна решимости как можно скорее выбраться из столицы Восточно-азиатской сферы взаимного процветания.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
Ее история началась в поезде.На дворе 1956-ой год, и миром правят осевые силы Третьего Рейха и Императорской Японии. Чтобы отпраздновать свою победу, Гитлер и Император Хирохито устраивают тур Аксис: ежегодное соревнование мотоциклистов среди соединенных континентов. Победитель награждается аудиенцией с крайне скрытным, ставшим почти затворником, Адольфом Гитлером в Токио, на Балу Победителей.Яэль, бывшая заключенная лагеря смерти, насмотрелась на достаточное количество страданий, и пять волков, вытатуированных у нее на руке, являются постоянным напоминанием о тех дорогих ей людях, которых она потеряла.
Есть мандарины, работать при утреннем свете и… ампутировать фалангу указательного пальца на правой руке. Какие рекомендации услышишь ты от машины счастья? Перл работает на огромную корпорацию. По запатентованной схеме она делает всех желающих счастливее. Советы механизма бывают абсурдными. Но Перл нравится работа, да и клиенты остаются довольны. Кроме ее собственного сына – подростка Ретта. Говорят, что «счастье – это Apricity».
«Мы здесь чужаков не жалуем, особенно имморов, и только калека Павел, как уже сказано, не в счёт: он — наша взморская достопримечательность…» Рассказ вошел в короткий список НФ-конкурса «Будущее время» (2018 г.).
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
«Тянитолкай» – остроумный рассказ, написанный в 1966 году и посвященный фантастическим отношениям писателей и КГБ. В уста чекистов из Большого дома на Литейном, 4, автор вложил высказывания диссидентов: «Взгляните только на редакторов: ни одного приличного человека! Если не подлец, так дурак, а если не дурак – то негодяй», – сказал мой сосед с неожиданной страстью. «А иначе и не удержится!» – добавила девушка. Я с удивлением переводил глаза с одного сотрудника на другого. Право, можно было подумать, что я нахожусь посреди самых крайних, самых прогрессивных из моих знакомых.