Инквизиция - [170]
Декрет сохранял за конгрегацией право на цензуру книг, указывая, что она будет «впредь тщательно» изучать подозрительные сочинения, прежде чем осуждать их. Теперь автору предоставлялось право защиты, а также уведомлялся о процессе епископ, в епархии которого проживал обвиняемый. Об Индексе в декрете не было сказано ни слова.[430]
Этот декрет производил двойственное впечатление. С одной стороны, он означал, что в деятельность старой инквизиции вносились изменения. С другой стороны, учитывая, что церковь неоднократно в прошлом меняла вывеску инквизиции, не меняя ее сущности, высказывалось предположение, что и на этот раз все останется по-прежнему. Тем более, что главой новой конгрегации был подтвержден мракобес Оттавиани, которому в феврале 1967 г. папа Павел VI направил теплое послание с выражением надежды, что он еще долгие годы будет служить столь же ревностно церкви, как и до этого. В послании Павел VI именовал Оттавиани своим «бывшим начальником и учителем».[431] Это относилось к периоду 1929–1937 гг., когда Оттавиани был заместителем статс-секретаря Ватикана, а прелат Монтини (будущий папа Павел VI) работал под его началом в том же статс-секретариате.
Но даже если бы папа Павел VI действительно хотел удержать на прежнем посту своего бывшего начальника и учителя и не вносить существенных изменений в деятельность старой инквизиции, это было бы ему не под силу.
Курс на диалог с другими церквами и инакомыслящими, включая неверующих, принятый II Ватиканским собором, означал по существу осуждение инквизиции и ее методов. Осуществление этого курса было несовместимо с прежней политикой отлучений и анафем. Старая инквизиция должна была исчезнуть — таков был приговор, вынесенный ей собором, хотя и не записанный в его решениях, но явственно вытекающий из них.
Сразу же после реорганизации конгрегации священного судилища в Ватикан посыпались от местных епископатов запросы по поводу Индекса. Остается Индекс по-прежнему в силе? Отменяется? Папский декрет «Integrae Servandae» молчал на этот счет. Но сохранить после собора Индекс Ватикан был не в состоянии. Теперь сама церковная иерархия требовала его упразднения. Старому жандарму не оставалось другого выхода, как подчиниться велению времени и своими собственными руками прикончить столь близкое и дорогое его сердцу детище.
14 июня 1966 г. кардинал Оттавиани, все еще возглавлявший новую конгрегацию вероучения, опубликовал официальное «уведомление», согласно которому Индекс упразднялся. Чтение осужденных в нем произведений, отмечалось в уведомлении, продолжает оставаться грехом, однако виновному за это уже не грозят какие-либо церковные кары.
«Оссерваторе Романо» отметил передовицей упразднение Индекса. Орган Ватикана в этом своего рода реквиеме по Индексу превозносил его «исторические заслуги» в борьбе с ересью и «ошибками печати».
«Итак, в будущем больше не будет торжественных осуждений книг, подобно включению в Индекс? — вопрошал орган Ватикана и успокаивал своих читателей: — Уведомление предупреждает, что святой престол, согласно требованиям естественных законов и божественного мандата, оставляет за собой право публично осудить любую книгу, оскорбляющую веру и добрые обычаи, но сделает это только в том случае, если автор откажется внести соответствующие исправления в свою книгу».[432] Сам Оттавиани так прокомментировал свое собственное уведомление: «Впредь ни одна книга не появится в Индексе. Индекс останется историческим документом; любой, кто пожелает, может теперь пользоваться им как справочником».[433]
Таков был конец Индекса запрещенных книг, которым пользовалась в течение свыше четырехсот лет католическая инквизиция, безуспешно пытаясь задержать поступательный ход истории.
Теперь папский престол продолжает осуждать неугодные ему книги, однако авторов и читателей осужденных книг церковь больше не обвиняет в ереси, не предает анафеме, проклятьям, не лишает их царства небесного. Времена не те!
Приведем несколько примеров. В 1966 г. голландский епископат опубликовал так называемый «Новый катехизис», рукопись которого рецензировали чуть ли не 10 тыс. богословов разных стран, причем подавляющее большинство одобрило его содержание. Однако «Новый катехизис» вызвал недовольство в Ватикане: по своему содержанию он отходил от традиционных церковных догм, что не могло не вызвать резких нападок на него со стороны реакционеров типа Оттавиани.
Ватикан предупреждал голландский епископат, чтобы он воздержался пользоваться «Новым катехизисом», пока в него не будут внесены необходимые исправления, сформулировать которые поручил созданной для этого кардинальской комиссии.
Кардинальская комиссия в декабре 1968 г. вынесла свое суждение, посоветовав голландскому епископату внести в текст катехизиса десять исправлений, в частности, провозгласить, что бог создал не только видимый мир, но и невидимый — души людей, а также ангелов; подтвердить доктрину первородного греха; подтвердить доктрину девственности Марии и «непорочного зачатия» Иисуса; подчеркнуть, что папский престол непогрешим, когда выступает по вопросам веры и толкования таинств.
![Кардиналы идут в ад](/storage/book-covers/35/35a53405eeeda209c37333359fa632e8b21f2ce3.jpg)
И. Лаврецкий — старший научный сотрудник Института этнографии АН СССР, известный советский специалист по истории современного католицизма, автор получивших широкую известность книг по этому вопросу, — опираясь на большой фактический материал, живо, ярко и убедительно рассказывает читателю о закулисной истории избрания нынешнего папы Иоанна XXIII, о политических интригах церковных вельмож, о контрреволюционной деятельности духовенства на Кубе, о поддержке католическими миссионерами бельгийских империалистов в Конго, о провокациях Ватикана во время Олимпийских игр в Риме в 1960 г., о реакции католической церкви на первый космический полет человека и о многом другом.
![Боги в тропиках. Религиозные культы Антильских островов](/storage/book-covers/49/4963544d97d0b34f7b6ef3fcdf2743c0bdff4842.jpg)
Эта книга перенесет вас на Антильские острова — Кубу, Гаити, Тринидад, Ямайку, Барбадос. Вы познакомитесь с народами, живущими в этом районе, их бытом, верованиями и суевериями. Население этих островов в течение столетий находилось под колониальным гнетом, от которого полностью освободилась только Куба. В этом районе процветают самые разнообразные религиозные культы, тираны выступают в роли верховных жрецов изуверских сект, за спиной миссионеров и иезуитов орудует американская разведка. В книге впервые в нашей литературе рассказано о синкретических афро-христианских культах, характерных для Карибского района, показана реакционная роль католических и протестантских миссионеров в жизни народов этого района. Автор — известный специалист по истории религии — неоднократно бывал в описываемых им местах.
![Франсиско де Миранда и борьба за независимость испанской Америки](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Крест и меч. Католическая церковь в Испанской Америке, XVI–XVIII вв.](/storage/book-covers/2f/2ff73f3690c8d3604425ad80600dab09bf477886.jpg)
Участие католических миссионеров в конкисте, обращение индейцев в христианство, интриги иезуитского ордена, преступления инквизиции, финансовое могущество духовенства, отношение церкви к рабству, папство и королевский патронат — таковы разделы монографии. Автор, известный советский специалист по истории Латинской Америки, опирается на многочисленные свидетельства участников конкисты, хроники и документы колониального периода, полемизирует с церковными апологетами и буржуазными историками, идеализирующими реакционную деятельность церкви в колониальный период.
![Папство, век двадцатый](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Советский век](/storage/book-covers/e1/e1a521e681b5fa11dcc21775747dfb77a709cea8.jpg)
О чем книга «Советский век»? (Вызывающее название, на Западе Левину за него досталось.) Это книга о советской школе политики. О советском типе властвования, возникшем спонтанно (взятием лидерской ответственности за гибнущую страну) - и сумевшем закрепиться в истории, но дорогой ценой. Это практикум советской политики в ее реальном - историческом - контексте. Ленин, Косыгин или Андропов актуальны для историка как действующие политики - то удачливые, то нет, - что делает разбор их композиций актуальной для современника политучебой. Моше Левин начинает процесс реабилитации советского феномена - не в качестве цели, а в роли культурного навыка.
![Веселая Эрата. Секс и любовь в мире русского Средневековья](/storage/book-covers/52/520027098d1167719e4c2da8c7b217c1db2253ce.jpg)
Книга Евгения Мороза посвящена исследованию секса и эротики в повседневной жизни людей Древней Руси. Автор рассматривает обширный и разнообразный материал: епитимийники, берестяные грамоты, граффити, фольклорные и литературные тексты, записки иностранцев о России. Предложена новая интерпретация ряда фольклорных и литературных произведений.
![Неизвестная крепость Российской Империи](/storage/book-covers/fe/fe93552232dbd1e48152b5c82dc14642b26aea5d.jpg)
Книга рассказывает об истории строительства Гродненской крепости и той важной роли, которую она сыграла в период Первой мировой войны. Данное издание представляет интерес как для специалистов в области военной истории и фортификационного строительства, так и для широкого круга читателей.
![История экономики Дальнего Востока](/storage/book-covers/49/4965e1a0f1e73c942ff49390b05aff9be34f5dd4.jpg)
Рекомендовано учебно-методическим объединением вузов России по образованию в области национальной экономики и экономики труда в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности 06.07.00 - "Национальная экономика" и другим экономическим специальностям. Рецензенты: Р. Г. Леонтьев, доктор экономических наук, главный научный сотрудник Института комплексного анализа региональных проблем ДВО РАН, профессор кафедры финансов и кредита Дальневосточного государственного университета путей сообщения, Ю.
![ГУЛАГ без ретуши](/storage/book-covers/43/431c3013a1fef2b912b36e28d5900c697b9d8068.jpg)
Эта книга — как зеркало. Посвящённая ГУЛАГу, она рассказывает не только о его истории, создателях, руководителях, лагерной жизни и кадровой политике, но рисует портрет сегодняшнего общества, поднимая проблемы вневременные. Факты и цифры неумолимо свидетельствуют об истинной истории и трудностях становления молодого Советского Союза. Списки реальных врагов и их география впечатляют, но могло ли быть иначе, когда весь мир был против одной страны?.. Судьбы сменявших друг друга наркомов НКВД Ягоды, Ежова, Берии, а затем и Хрущёва обнажают реальное лицо проводимой ими политики, когда несогласные были опаснее уголовников. Кому спасла жизнь гулаговская система? Ответ на этот вопрос напрямую связан с развалом СССР, так же как и вооружённая ненависть теперешних националистов Украины.
![Тоётоми Хидэёси](/storage/book-covers/f0/f0fcfc9702606631904749d1f8b05c16f33da47c.jpg)
Автор монографии — член-корреспондент АН СССР, заслуженный деятель науки РСФСР. В книге рассказывается о главных событиях и фактах японской истории второй половины XVI века, имевших значение переломных для этой страны. Автор прослеживает основные этапы жизни и деятельности правителя и выдающегося полководца средневековой Японии Тоётоми Хидэёси, анализирует сложный и противоречивый характер этой незаурядной личности, его взаимоотношения с окружающими, причины его побед и поражений. Книга повествует о феодальных войнах и народных движениях, рисует политические портреты крупнейших исторических личностей той эпохи, описывает нравы и обычаи японцев того времени.