Иду по тайге - [6]
Сижу, рассматриваю следы. Очень интересные. Задние лапки отпечатаны спереди, а передние сзади. У белок задние ноги — они длиннее — всегда наперед забегают.
Вдруг слышу, что-то подо мной фыркнуло. Подхватился — ничего. Снова сел, опять фыркнуло. Тогда я поддел топориком кору на валежине и отвернул — оттуда стая белок во все стороны как брызнет! Одна, две три… восемь штук! Кто на дерево, кто в кусты, а самая смелая чуть в сторону отбежала, повернулась и на меня глядит…
Оказывается, середина-то у валежины сгнила и получилось преотличное дупло. Правда, вход в него снегом завалило. Но белки сугроб раскопали, в валежину забрались и, сбившись в плотный пушистый комок, уснули. Тепло, уютно. А что немного голодно, так это и потерпеть можно.
С самой осени у моей избушки держится кедровка. Мы с ней дружим. Я угощаю ее мясным фаршем, она сторожит мой дом. Лишь увидит зверя или человека — летит на поленницу и кричит на всю тайгу.
Каждый вечер, как только солнце коснется вершины скалы, беру топор и отправляюсь рубить дрова. В январе ночи длинные, дров уходит много, в другой раз больше часа на морозе провозишься.
Если очень холодно, надеваю под куртку меховую безрукавку и становлюсь толстым, неуклюжим.
Работаем мы вместе с кедровкой. Я орудую топором, а она проверяет чурки, отыскивает жирных короедов.
И что интересно, как я, так и она одеты по погоде. В оттепель кедровка небольшая, аккуратная, перья лежат плотно. Но лишь мороз — перья взъерошит, крылья в стороны отведет — раза в два толще сделается. Получается, и кедровка под свою одежду теплую поддевку натягивает. Только у кедровки из воздуха она.
В тайге птиц сколько угодно, и у каждой своя особинка. Поползень по деревьям вниз головой бегает, синица в случае опасности неживой прикидывается, оляпка в любой мороз под воду ныряет да еще и песни поет. Один только дятел ничем себя не проявил.
— Как же так? — говорили мне. — Он ведь деревья лечит, червяков прямо из-под коры вытаскивает.
— Ну и что? И поползень, и кукша, и даже синица так умеют.
— А ты знаешь, что дятел — единственная из птиц, которая болеет сотрясением мозга?
— Во-первых, это еще нужно доказать, во-вторых, однажды ночью я глухаря из-под снега вытоптал, он с перепугу так о лиственницу головой шарахнулся, что только в моей избушке и очнулся. Нет, что ни говори, а сотрясение мозга — это не особинка…
Слышал я, лесной доктор до того бдительно сторожит свои угодья, что с ним не может сравниться ни одна из наших птиц. Лишь чужой дятел на его участке застучит, он прямиком туда и давай барабанить. Не как-нибудь, а непременно четче и громче, чем пришелец. Тот сразу сконфузится и наутек. Может, это и есть дятлова особинка?
Интересно бы проверить. Выбрал я подходящую лиственницу и принялся стучать. Чем только не барабанил — железным прутиком, топориком, палкой, ручкой ножа, ледяной сосулькой и даже кулаком. Стучал чисто и не очень, громко и потише, с перерывами и без.
И что? Ни один дятел на мои стуки не обратил внимания. Только снежный ком на голову свалился, хорошо, без сотрясения мозга обошлось.
Расстроился, возвратился в избушку и принялся печную трубу ладить. Она у меня пять лет служила, а потом возьми и прогори. Дым глаза ест, пламя в щель пробивается — далеко ли до беды? Взял пустую консервную банку, вырезал заплату и прикрутил проволокой. Конечно, вышло не очень красиво, да не до красоты. Не дымит, и ладно.
Управился, залез в спальный мешок и слушаю музыку. Радио в тайге первое дело. Транзистор включил — здесь тебе новости, песни. Я, когда избушку обживал, прежде всего антенну соорудил. Взял и приколотил к углу зимовья длиннющую жердь. На вершине медный ершик, внизу тонкая проволочка, хочешь — Москву слушай, хочешь — Магадан.
Утром проснулся. Холодно. За окном полумрак, тайга только просыпается. Наложил в печку дров, сунул под них горящую спичку и скорее в постель. Пусть избушка прогреется, тогда можно и одеваться.
Дрова разгорелись, накалили трубу, и она сразу запела: «так-так-так-так». А заплата следом: «чок-чок-чок-чок» — настоящий концерт. Лежу, слушаю сквозь полудрему. Хорошо!
И вдруг: «тр-р-р-р!..» Загрохотало, загудело, звон по избушке пошел. Я из спальника выскочил, ничего не пойму. А оно снова: «тр-р-р-р!..» Я за кочергу, выскочил из избушки. Гляжу, а на крыше дятел антенну долбит, только голова мельтешит. Что он там сумел найти? Жердь хоть и не тонкая, но в такой утайке не то что жирная личинка, самый зряшный комарик не зазимует. К тому же древесина сухая, выстоянная. Как он ни старается, а ни одной щепочки не отколет. Того и гляди, клюв сломает.
— Эй, ты! — кричу. — У тебя и на самом деле с мозгами не все в порядке.
Он меня услышал, стучать перестал. Сидит, туда-сюда поглядывает. В это время труба пустила струйку дыма и заговорила: «так-так-так-так», следом заплата: «чок-чок-чок-чок». Дятел вздрогнул, сердито чивикнул и как забарабанит! Тут до меня и дошло. Да ведь дятел не за личинками сюда явился, а на самый настоящий рыцарский турнир прилетел. Он мою трубу за чужака-пришельца принял, вот и решил сразиться.
![Когда я был маленьким, у нас была война](/storage/book-covers/eb/ebfbf046122f35e5732a31d8cab81ee908e61486.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Колымская повесть](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![В краю танцующих хариусов. Роска](/storage/book-covers/8f/8fd288e491fcd1724e27088d6338482ea031fbc1.jpg)
Книга представляет собой сборник рассказов-миниатюр о природе Колымы. В каждом из рассказов происходят удивительные встречи — то с медведем, то с паучком, то просто с каплей росы. Читателю открывается уникальный, практически неведомый живой мир северо-восточного таежного края.В книгу включена и небольшая повесть «Роска», главный герой которой — росомаха.
![Встречи в Колымской тайге](/storage/book-covers/b6/b6c16450abf582800ed762bd97b47e14df913afa.jpg)
Книга С. М. Олефира, педагога-воспитателя из колымского поселка Талая, — это записки охотника-любителя, пытливого натуралиста. Более пятнадцати лет он изучает своеобразную северную природу.Охота в тайге — тяжелая работа, со своими радостями и огорчениями, как и сама жизнь. Быть разумным, рачительным хозяином природных богатств, которые тебя окружают, — основная мысль книги.