И мир предстанет странным - [2]

Шрифт
Интервал

Остолоп, как всегда, сидел на столе и ждал, когда ему нальют молока. Я придвинул ему - блюдце, себе - чашку и потянулся за кофейником. Остолоп взглянул на меня мерцающими глазами и сказал печальным бархатным голосом:

- Сегодня ночью я имел несчастье прочитать черновик вашей последней статьи. Вы меня огорчили, молодой человек...

Мне трудно судить, какое именно выражение появилось у меня на лице. Очевидно, не слишком идиотское, потому что Остолоп остался доволен.

- Я очень рад, - бархатно замурлыкал он. - Вижу, что ночная подготовка не прошла для вас даром. Ну что ж, коллеги, приступим к обсуждению статьи?

- Приступим! - чирикнул Генотип.

- Приступим, приступим! - радостно засуетился в паутине Яков Михайлович.

- Приступим, - вздохнул я.


Еще от автора Федор Федорович Чешко
Урман

Не в радость была Кудеславу жизнь в глуши, бередила ему сердце мечта о дальних странах. Шесть лет проскитался он по чужим краям с отрядом воинов-урманов, славы не снискал, богатства не обрел, но зато обучился ратному делу.Вернулся в родной дом, а там уж забыть его успели. И хотя он теперь всегда первый среди родовичей — и в бою, и на охоте — не считают его больше за своего. Вот если только беда в ворота постучится, тогда и позовут Кудеслава — выручай, Урман…


На берегах тумана

Катаклизм намертво соединяет два совершенно несхожих мира, которые, соприкоснувшись, начинают уничтожать друг друга-как два хищника, посаженных в одну клетку. Гибель обоих миров почти неизбежна. Переходя из одного мира в другой, молодой бард ищет путь, который мог бы привести к спасению не только его самого, но и других людей, попавших в эту западню. Средневековая шпага одного мира-и античный меч другого. Лишь вместе они могли бы преодолеть все препятствия. Но смертельная вражда разделяет их и неотвратимо влечет к гибели...


Русская фэнтези 2009. Разбить зеркала

Один из самых популярных жанров в нашей стране, любимый и авторами, и читателями.Фэнтези — во всем ее великолепии и многообразии!Озорной юмор — и вполне серьезные проблемы.Увлекательные приключения — и оригинальные философские концепции.Мистические городские легенды — и неожиданные, таинственные повороты истории.Яркий калейдоскоп сюжетов и образов, персонажей и концепций.Повести и рассказы, относящиеся ко всем возможным стилям и направлениям фэнтези.


Виртуоз боевой стали

На смену детским шалостям приходят недетские беды. Юный гордец, возомнивший себя мастером фехтования, случайно убил на поединке своего наставника. За это и был изгнан в дикий суровый мир, в котором выжить почти невозможно. Но он уцелел и даже вернулся, снова пройдя через чудовищную Бездонную Мглу, – вернулся туда, где его по-прежнему считают отверженным…


Тараканьи бега

На внепланетную космическую станцию прибывают трое практикантов космотранспортного училища. Вскоре начальник станции начинает подозревать, что один из этих курсантов – суперхакер по кличке Чингисхан, согласившийся давать показания против могущественной Промышленной Лиги и законспирированный Интерполом по программе защиты свидетелей. А затем выясняется, что среди студентов есть и агент Лиги, который ищет Чингисхана. Но дело обстоит еще хуже. Мирный космический маяк из места детективного расследования превращается в поле боя…


Девятнадцать стражей

Там, где смыкаются миры, стоят они – стражи, которым суждено хранить границы, обозначать пределы. В средневековой Британии и на экзотических планетах, на архипелаге, где сильна магия моря, и посреди Кракова, пережившего войну миров, – везде найдутся те, кому нужна помощь. В новой антологии «Девятнадцать стражей» лучшие авторы из Украины, Великобритании, Китая, Литвы, Молдовы, Польши и России рассказывают яркие, увлекательные истории о чести, которая превыше смерти, о долге, который сильнее любых невзгод.


Рекомендуем почитать
Голем

Голем — это вариант еврейского чудовища Франкенштейна. Легенда гласит, что рабби Лев из Праги создал глиняного голема для защиты евреев от преследований. Его внушающие ужас останки до сих пор лежат на чердаке старой синагоги, и голема можно вернуть к жизни в случае необходимости. Голем представляет собой человекоподобную глиняную фигуру, в которую вдохнули жизнь, чтобы сделать слугой людей и, желательно, инструментом воли Божьей. На лбу его начертано Имя Всевышнего, первоисточник жизни. Если это слово стереть, голем вновь становится обычной глиной.


Полдень, XXI век, 2011 № 10

В номер включены фантастические произведения: «Кафа (Закат земли)» Геннадия Прашкевича (окончание), «Ночь в кругу семьи» Дмитрия Тихонова, «Роззи» Константина Ситникова, «Ищи меня» Натальи Анисковой и Майка Гелприна, «Без особых претензий» Сергея Соловьева, «Портал на Релагу» Федора Береснева, «Страж» Владимира Марышева.


Антидот к паранойе

Эта книга создана в рамках проекта Crowd Fantasy.Куда приводят мечты? Два друга, Шойс Декстер и Степан Донкат, не могут жить скучно. Не сидится им на месте. И вот – снова здравствуй, галактика. Очередное увлечение Декстера отправляет наших героев туда, где бродит по планете таинственное существо, во власти которого может оказаться целый мир. Но сражение им предстоит не только с таинственным пришельцем, но и друг с другом. Как победить там, где отступают штурм-флоты и космические десантники? Но выход есть. Или это вход?..


Мутант-59

Авторы романа - ученый и журналист. Их содружество не случайно: в произведении речь идет о современной экологии и биохимии, микробиологии и теории полимеров. Главная тема романа - ответственность ученых перед человечеством. Авторы гневно разоблачают дельцов от науки, в погоне за прибылью едва не поставивших мир на грань катастрофы. Написанный в остросюжетной манере, роман порадует всех любителей научной фантастики.


Месторождение времени

Герои нового сборника Г. Гуревича увлечены самопреобразованием. Они не уверены, что человек — биологическое совершенство. Они не удволетворены своим сроком жизни, темпом жизни, хотят вмешаться в наследственность. Они склонны спорить с природой.


Рукопись Клитарха

Журналист Страхил Смилов, рассказавший, в своей статье, про работу подводных археологов, оказывается в щекотливом положении. Ему приходится доказывать, что все написанное им — правда…