Хозяин Океана - [111]
Ага, ты понял! — воскликнул он. — Именно! Прямой путь, или путь «туда», если угодно, — путь символа, погоня за смыслом неясного. Обратный путь — путь веса и числа, путь расчета и механики. Ты и твой спутник мыслите текстами, но не числами, и владеете пером и мечом, но не рычагами! Символ не даст вам ничего, и вы пропадете здесь, что не нужно ни вам, ни мне.
— Но довольно препираться, — резко заключил тут Дубтах. — Если я вас не убедил, вам же хуже: я не отпущу вас с острова, и Бренн решит все по-моему.
— А существует ли книга? — прибег к последнему доводу Ллейр. Ойсин продолжал молчать. — Может, ее и нет, и она лишь плод больной фантазии, уж не знаю, чьей прежде: твоей или принца?
— Книга есть, — был ответ. Отвечал Ойсин. — Дубтах, я согласен: мы отыщем книгу. Только ты ошибаешься, и ошибаешься в нескольких вещах. Первое: если и есть горстка дураков, назвавших себя Орденом, то у них нет никакого Плана. Второе: если План и есть, то он не План, а обычный бессмысленный лепет. Третье: Стеклянная Башня сильна, как не была уж давно — опасайся ее, коли желаешь добра острову. И последнее: люди — не черви, и я в том числе. Превратиться в Призрак Книги, в раба Книги? Нет, этого бояться не мне. Я как раз из тех, кто расчленяет, соединяет и лепит — я изыскатель, а не хранитель. И я покуда не разучился смеяться, в том числе и над собой.
— Но все пустое, — заключил теперь Ойсин. — Я убедил тебя ровно настолько, насколько ты меня. Я открою, где лежит книга. И мне действительно страшно любопытно взглянуть на нее.
— Где же? — Голос жреца оставался ровным, но мышцы лица его напряглись так, будто он старался не глазами, так кожей воспринять порядок книг, находящихся в комнате.
— Не спеши, — лукаво улыбнулся Ойсин. — На полках нет этой книги: такое было бы слишком просто. Вспомни, что ты сказал давеча: «нужно бессмертие, дабы постигнуть пределы бесконечного». Бесконечного! Где лежат твои руки?
— На столе. — Вот теперь Дубтах оказался сбит с толку.
— Где «на столе»? — настойчиво продолжал уточнять Ойсин.
— По всей видимости, на Кольцевом Океане, — в раздумье выговорил слепец, и можно было поразиться его осязательной памяти.
— Кольцевом! — провозгласил Ойсин. — Нет ничего бесконечнее кольца! Вот он, последний шаг по пути символа! Пусти…
С этими словами жрец бесцеремонно сдвинул руки старика к краю столешницы и следом нажал на кольцо окраинного Океана в местах выходов наружу остий земной оси — на полюсах…
О чудо! Часть столешницы — сиречь круг, заключенный в кольце Океана, — поднялась на мягких пружинах вверх, открыв изрядную выемку в толстом дереве. В тайнике, выложенном изнутри пластинами, вытесанными из драгоценных камней, так что получался ящик самоцветного стекла, покоился, заключенный в тисненую кожу, изукрашенную золотом и камнями, древний фолиант.
Дубтах, опередив Ойсина, схватил книгу и подтащил к себе. Ойсин не стал мешать жрецу. Верховный тщательно ощупал переплет и обложку, проделав сие с таким вниманием и лаской, будто был отцом, который гладит по голове маленького ребенка. Затем он аккуратно положил книгу перед собой и развернул ее. Ойсин и Ллейр, встав по обе стороны от старца, заглянули в эти пожелтевшие листы тончайшего пергамента, хранившие память тысячелетий.
Язык был незнакомый. Буквы, писанные четким ровным почерком, казались даже не написанными, не нарисованными, но вырезанными скульптором на каменной плите, либо выгравированными на бронзовых пластинах. Замечательная буквица в виде огромной рыбины, причудливо изогнувшейся, украшала первую строку, весь же текст обрамлял витиеватый и тонкий орнамент из растений и сплетений всяческих узоров и фигур. На соседней странице, слева, красовался подобный орнамент, но другой, а обрамлением он служил некой схеме о десяти вершинах, связанных меж собой несколькими линиями. Вершины и линии все были означены буквами либо надписями. Прямо по схеме, то разрываясь, чтобы пропустить сквозь себя ее линии, то перевиваясь с ними, шли буквы заглавия. Было оно длинным, что, впрочем, часто случается в старинных книгах, и занимало весь лист.
Дубтах ощупывал листы так, будто мог кончиками пальцев распознать написанное. Но, увы, слепота положила предел и его почти нечеловеческой проницательности.
— Что гласит книга? — вопросил он.
— Язык мне непонятен. Должно быть, сие либо тайнопись, либо некий древний язык, ныне умерший. Но схема о десяти вершинах, приведенная здесь вместе с заглавием, наводит меня на мысль о десяти мирах.
— Всякая книга есть тайнопись; всякая тайнопись — сама по себе книга, — изрек старик. — Буду листать далее, вы же смотрите, не встретится ли нечто знакомое.
И листы потекли один за другим, открывая тексты, и буквицы, и орнаменты, и рисунки, но язык всюду был тот же, непонятный. Рисунки являли самые разные предметы и сюжеты: то было изображено некое устройство, то вид природы, то здания или внутреннее их убранство, то растения и животные многоразличных видов — попадались и вовсе фантастические существа, — то простые люди всех сословий, то богоподобные мужи и девы. Были здесь и карты земных пределов и звездных небес. Время от времени Ойсин рассказывал Дубтаху, что он видит. Старик в ответ кивал головой, иногда задавал вопросы и запоминал. Последний рисунок изображал мужа и жену столь собой дивных и прекрасных, вечно юных и в то же время мудрых, что было несомненно: это — люди, и они бессмертны. Затем, и далее до конца книги, почерк сменился — должно быть, дописывал эти страницы кто-то иной, ибо буквы оставались столь же безукоризненны, но все ж характер их стал другим.
![Корона мира](/storage/book-covers/93/93ff95c53ef86d7bd129de814d391c2b3a5bc3b9.jpg)
Заключительный часть дилогии А. Макдуфа «Ключи Океана» повествует о продолжении приключений Конана на Островах Блаженства, и его друзей попавших в древний город гномов, что пронизывает горы, находящиеся в сердце страны пиктов…Будет ли подписан тройственный договор между Зингарой, Аргосом и Аквилонией, кто станет хозяином Ключей Океана и, главное, какую цену придется за это заплатить?
![Охотник за нечистью и Похититель душ](/storage/book-covers/a6/a6406acabfb71cce1561568f6f32827ed540f44d.jpg)
В мире, где магия соседствует с обыденностью, иногда рождаются дети, наделенные странным даром – чуять нечисть. Они способны узнавать демонов, монстров и колдунов в любом обличье; знают их слабые стороны и умеют им противостоять. Это – истинные Охотники, но их совсем мало, и люди опасаются их не меньше прочей нечисти, потому что не понимают. Таков Венельд, главный герой книги. Раненый в недавней схватке со злобной бестией, он приходит отлеживаться в Талсбург, где у него есть друзья. Однако с недавних пор на него самого открыта охота.
![Люминария. Оберон судьбы](/storage/book-covers/91/91b7ff6595506d12a8af9237bb0f2f5c978eb03d.jpg)
Норд, сын механика и Люси, принцесса королевства Грингард, влюблены друг в друга. Но счастье их длилось недолго. Гроза королевства – Черный дракон, способный перевоплощаться в женщину, похитил Люси, чтобы реализовать свои темные цели. Норд поклялся освободить ее из драконьего плена, вопреки тому, что все уверены в ее смерти. Слухи правдивы, но лишь наполовину. Люси жива, но её телом овладела некая тёмная материя из другого мира. Однако Норду не удалось реализовать свои планы, поиски возлюбленной приводят его в западню, из которой ему не выбраться.
![Скоро я стану неуязвим](/storage/book-covers/58/5821be0063c41c74c1e8363b502b0b7af9398534.jpg)
Роман американского писателя и сценариста видеоигр (в их числе — «System Shock», «Deus Ex», «Clive Barker's Undying», «Thief: Deadly Shadows», «Tomb Raider: Legend») Остина Гроссмана построен как чередование рассказов двух персонажей — Доктора Невозможного и Фаталь. Доктор Невозможный называет себя суперзлодеем вида «безумный гений» — он страдает от «злокачественной гиперкогнитивной дисфункции» (синдром «злого умника»). Фаталь — это киборг женского пола. Роман начинается с того, что она присоединяется к группе супергероев под названием «Чемпионы»…Это электронное издание — дебютная книга автора на русском языке.
![Змеиный камень](/storage/book-covers/47/47f55208c29152808f6fa78349d637330e84fccc.jpg)
В книгу вошли романы Д.Мак Грегора «Конан и призраки прошлого», Т.С.Стюарта «Дары зингарийцев», А.Олдмена из цикла «Шадизарские ночи», «Роковое ухо» и «Змеиный камень».
![Кандар из Ферраноза](/storage/book-covers/9b/9b56171e6549ab4e98bbc584ceb2364c1b24df49.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Возвращение в Арканар](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.