Грехи дома Борджа - [3]
Омер прошел, но никаких известий от отца мы не получили. До нас доходили слухи о пиратах, захватывавших корабли в Тирренском море, о легендарном генуэзском корсаре, любившем отрезать уши у своих жертв, из которых потом парусных дел мастер сшивал ему пояса. Евреев, попытавшихся покинуть Испанию, ограбили и забили до смерти рьяные подданные короля Фердинанда и королевы Изабеллы. Особенно старались те, кто был должен им денег. Кто-то погиб в горах, когда им отказали в крове и пропитании селяне. Мы слышали о синагогах, превращенных в склады, и о фермерах, выгонявших своих свиней пастись на наших кладбищах.
Однако мама твердила мне, что нет никаких доказательств. Кто-нибудь видел свинью на нашем кладбище у подножия Серро де Паломарехос? А я заметила рулоны тканей или бочонки с соленой сельдью в синагоге? Кто-нибудь столковался с корсаром с поясом из человеческих ушей? Кто находил искалеченные тела на морском берегу или замерзшие останки на горных тропах? Никто, разумеется, потому что ничего этого нет. Король и королева объявили амнистию до конца омера, и до тех пор евреям в Испании по-прежнему ничего не грозит. Отец же с мальчиками наверняка добрались до Рима и готовят новый дом для нас с еще более яркими гобеленами на стенах и большим фонтаном во дворе.
Наш дом казался пустым и молчаливым, особенно по ночам, когда я лежала в кровати, прислушиваясь к сверчкам и тихой материнской поступи. Мама вышагивала по коридорам, надеясь, что вот-вот придет долгожданный вызов, и, вероятно, опасаясь встретиться с призраками там, где когда-то играли ее сыновья: на конюшне с их любимыми лошадьми, или в большой комнате, отданной им под спальню, где по-прежнему слегка попахивало мальчишеским по́том. И вот однажды, ближе к вечеру, когда я еще не совсем отошла от сиесты, мама велела мне подняться и надеть как можно больше вещей, несмотря на жару. Я уперлась, не желая надевать зимнюю накидку, тогда она сама укутала меня в нее и застегнула под подбородком. Мы отправились на конюшню позади дома, где я с изумлением наблюдала, как мама седлает лошадь, ловко справляясь с пряжками и ремнями. Я даже не предполагала, что она умеет это делать. Мама перекинула через спину животного несколько седельных мешков, усадила меня верхом и повела лошадь вокруг дома к парадной двери. Там она задержалась на секунду, чтобы снять с притолоки мезузу [4] . Мама завернула ее вместе с ключами от дома в свой брачный договор и спрятала сверток в один из седельных мешков.
Уже стемнело, мальчишки-факельщики давно перестали зажигать фонари в нашем районе, поэтому те, кто к нам присоединялся по дороге к городским воротам, казались тенями от сгущавшихся сумерек. Они шли или ехали верхом, стараясь двигаться как можно тише и даже не дышать в этот странный зловещий час, когда обычные предметы не похожи на себя. Дома, как во сне, выплывали из темноты, поблескивая мозаичной плиткой или медными накладками на дверях. Иногда я узнавала в темноте чьи-то лица, но вскоре они снова исчезали, и я уже не знала, было ли это на самом деле или привиделось. Особенно когда Рейчел Абравейнел мне улыбнулась; тогда я решила, что это наверняка сон.
Оказавшись за пределами еврейского квартала, мы сбились в кучу, мужчины обступили женщин и детей. До нас уже дошли слухи о том, что евреев на улице забивают камнями, сталкивают в помойки или опрокидывают им на головы ночные горшки. Мама с подругами шепотом обсуждала одну еврейскую женщину, которую подвергли какому-то унижению, но при чем там была свинья, я так и не поняла, сколько ни напрягала слух. На нас, однако, никто не обращал внимания, хотя, как мне казалось, я чувствовала взгляды, наблюдавшие за нами сквозь щели в ставнях. Наши старые соседи не осмеливались смотреть на нас, когда подсчитывали стоимость наших брошенных домов, виноградников, мастерских и лавок.
Я скорее чувствовала, чем слышала, как мама иногда заговаривала, ее голос вибрировал через мое тельце, прижатое спиной к ее мягкому животу и груди.
– Да простит меня Всемилостивейший, – обращалась она к тому, кто шел рядом с нами, – но мне не следовало слушать Хаима. – Она замолчала, проверяя, крепко ли я сплю. Я не шелохнулась, глаз не открыла, поэтому мама продолжила: – По крайней мере, если им суждено было погибнуть, я могла бы уйти вместе с ними.
– А как же, Лия, твоя дочь? – раздался голос из темноты.
Я едва осмеливалась дышать. Погибнуть? Неужели мама получила известие? Неужели оно и явилось причиной нашего внезапного побега? Они все погибли или только некоторые? Прошу тебя, Господи, если кто-нибудь из моих братьев погиб, то пусть это будет маленький Хаим, чтобы мне больше не пришлось терпеть от него пытки. Как же они погибли? Где? Что теперь будет с нами? Я задыхалась под градом вопросов, сыпавшихся, как песок через воронку.
– Если бы не моя дочь, я бы ушла с Хаимом. Он говорил, что нам ничего не грозит, ведь Эстер такая беленькая и изящная. И вот теперь амнистии конец, а я все ждала, но ничего не дождалась: ни денег, ни известий. Как женщине с маленьким ребенком одной добираться до Рима? А если его там не окажется?
![Новая Афи](/storage/book-covers/d8/d817e480070a7c988c8b51a5e0709809e13c3b6b.jpg)
Выбор книжного клуба Риз Уизерспун. Это современная история о бесхитростной девушке, которая не потеряла, а нашла себя в большом городе. «Безумно богатые азиаты» Западной Африки. Гана, наши дни. Молодая швея Афи выходит замуж за богатого и красивого Эли. Она почти не знает его, но соглашается на брак ради спасения семьи. Эли давно любит другую, однако родители категорически против его выбора. Они надеются, что с появлением Афи все изменится в жизни сына. Афи быстро влюбляется в доброго, красивого и щедрого Эли.
![Наша остановка](/storage/book-covers/89/8914c5a1e36fe773c643db15b08450b338e8dd68.jpg)
Надя садится на этот ранний поезд в метро каждое утро… ну, почти каждое утро. За исключением дней, когда просыпает. Или выпивает слишком много вина в гостях у подруги. Или что-нибудь еще. Дэниэл не пропускает этот ранний поезд никогда – просто у него бессонница. А еще он неравнодушен к Наде, но стесняется подойти. Стесняется настолько, что решает обратиться к «прекрасной незнакомке» через объявление в газете. Но есть ли шанс познакомиться таким старомодным способом в современном мегаполисе, с его быстрым темпом и шумным метро, с его неоновыми огнями и непременными стаканчиками кофе по утрам? В мегаполисе, где так легко разминуться и разъехаться навсегда…
![Оправдание и спасение](/storage/book-covers/6f/6f519de9676c1b0411e0f7ad473178ef7d80c5b6.jpg)
«По выходным Вера с Викентием ездили на дачу, Тася всегда с ними. Возвращалась с цветами, свежая, веселая, фотографии с собой привозит — Викентий их там фотографировал. На снимках все радостные — Вера, Тася, сам Викентий, все улыбаются. Дорик разглядывал фотографии, только губы поджимал. — Плохо все это кончится, я вам говорю…».
![Царевна-Лебедь](/storage/book-covers/33/33e5288077e85d6406638a25f898006104ebb892.jpg)
«До дома я несусь галопом, смеюсь, задыхаюсь и никак не могу понять: что же со мной сейчас случилось? …И это-таки была настоящая любовь. Я посвящал ей стихи и видел ее во сне».
![Не говори любви «прощай»](/storage/book-covers/21/210c41fa14e1c6c44df4d52c5c1bf2396c29bcca.jpg)
Свадьба… Сколько книг о любви заканчиваются этим радостным событием, за которым — безоблачное и безграничное счастье! Но это книги. В жизни, порой, со свадьбы все только начинается… Мужчина и женщина друг для друга — два непознанных мира. Они могут подарить друг другу радость и любовь, а могут обречь на вечные страдания. И только мудрое и любящее сердце способно понять и простить. Хотя иногда это так трудно сделать…
![Я уезжаю!](/storage/book-covers/2a/2a0c82e7e14e0a4b954784c45f87dbbe904134d1.jpg)
Что вдохновляет нас так же сильно, как любовь? Конечно, путешествия! Семнадцатилетней Норе Холмс сказочно повезло: ее дедушка, признанный художник, дарит ей чудесную летнюю поездку в Европу. Теперь Нора – участник программы Общества молодых художников, и едет знакомиться с шедеврами мировой живописи и совершенствовать свой талант. Но, собираясь в эту поездку мечты, Нора даже не подозревает, сколько сюрпризов ждет ее на пути, и как сильно изменится ее жизнь… Любовь, искусство, новые города и встречи – это лишь малая часть того, что ей предстоит.«Забавная и веселая история о том, как, потеряв карту, можно найти путь к себе и без нее!» Дженнифер Вайнер, автор № 1 The New York TimesДана Швартц – писатель и журналист из Нью-Йорка.