Грамматический словарь. Грамматические и лингвистические термины - [12]
ГИПОТАКСИС (греч. hypotaxis «подчинение»). См. Подчинение.
ГЛАГОЛ (латинск. verbum). В широком смысле Г. – название грамматической категории, заключающей как спрягаемые слова, т.-е. слова, имеющие формы времени и наклонения, так и образованные от тех же основ слова, не имеющие форм времени и наклонения, но имеющие формы залога и вида и при этом сохраняющие управление глагола, т.-е. вступающие в сочетание с наречиями (а не прилагательными) и с теми же косвенными падежами существительных, как и образованные от тех же основ спрягаемые слова (м. пр. и с винит, пад. без предлога). В тесном смысле Г. называется только грамматическая категория спрягаемых слов. У римских грамматиков спрягаемые слова или глаголы в тесном смысле слова назывались verbum finitum, а остальные слова, причисляемые к глаголам – verbum infinitum. К первым в русском яз. относятся формы настоящего, прошедшего и будущего времени и косвенных наклонений: повелительного и условного; ко вторым – неопределенная форма или инфинитив, наз. неточно «неопределенным наклонением», причастия и деепричастия. Различие между Г. в широком смысле и другими грамматическими категориями, даже наиболее близкими к Г. по значению и основам, видно из таких примеров, как: я люблю книгу, любил книгу, любить книгу, любящий книгу и пр., но любитель книги, любовь к книге; пишу хорошо, писал хорошо, пишущий хорошо, писать хорошо, но хорошее письмо, хороший писатель и пр. В общеиндоевропейском, древнейших и б. ч. нынешних индоевропейских языков Г. в формах времени и наклонения обязательно имели или имеют и формы лица; в русском яз. формы лица имеются только в настоящем и будущем времени, а в прошедшем времени и условном наклонении утрачены, а в тех случаях, где должны быть обозначены, обозначаются особыми личными словами: я писал, ты читал, мы видели и пр. По значению Г. являются названиями т. н. глагольных признаков (см.) предмета, т.-е. таких признаков, которые представляются, как протекающие во времени, иными словами, действий и состояний. Но не все слова, обозначающие глагольные признаки, относятся к Г., а только те, которые сохраняют управление глагола. Поэтому к Г. не относятся такие глагольные слова (см.), как, напр., носитель, ноша, хождение, беготня, умывание, постройка (в сочетании: постройка дома) и т. п.
См. Serge Kartsevski (С. Карцевский), Études sur le système verbal du russe contemporain. Slavia (журнал, выходящий в Праге в Чешско-Словацкой республике) I (1922–1923), кн. 2–3 и 4.
ГЛАГОЛЬНЫЙ ПРИЗНАК. См. Глагол и Глагольное слово.
ГЛАГОЛЬНОЕ СЛОВО. Термин, введенный акад. Ф. Ф. Фортунатовым, назвавшим так те слова, которые обозначают глагольные признаки, т.-е. признаки, представляемые в их изменениях во времени, иными словами, действия и состояния, или вещи, как вместилища таких признаков. Т. о. к Г. С. принадлежат: 1. все глаголы в широком смысле (включая сюда и неспрягаемые глагольные образования), 2. существительные, обозначающие действия и состояния или предметы, как вместилища глагольных признаков: хождение, возка, носитель и др.
ГЛАСНЫЕ ЗВУКИ. Звуки речи, образуемые голосом, причем шум от сближения органов произношения настолько слаб, что не воспринимается слушающим, как характерный признак звука. Г. З. получаются, если голос, образовавшийся в гортани, на пути своем через полость рта не встречает преграды в виде сомкнутых или сильно сближенных органов произношения. Различие между Г. З. по качеству вызывается тем, что полость рта при произнесении различных Г. З. бывает открыта неодинаково благодаря различным степени и месту поднятия языка к нёбу, к различной степени раскрытия губ и разной форме отверстия между губами, вследствие чего полость рта, являющаяся резонатором для голоса, проходящего через нее по выходе из гортани, резонирует различно, в зависимости от изменения своей формы. Акустически различие между Г. З. сводится к различию в их тембре, т.-е. различию побочных тонов, образующихся в резонирующей полости рта или полости рта и носа. По музыкальной высоте собственных, т.-е. тембровых тонов, самым низким Г. З. русского яз. является у, а самым высоким – и; остальные Г. З. располагаются по высоте между ними. По физиологическим условиям образования Г. З. делятся на 1. Г. З. а) нижнего, б) среднего и в) верхнего подъема, т.-е. образуемые при незначительном (низком), среднем и высоком поднятии спинки языка к небу: а) а, б) э, о, нем. и др., в) и, ы, у, нем. ü идр.; 2. Г. З. а) переднего, б) среднего и в) заднего ряда в зависимости от того, какая часть спинки языка и по направлению к какому месту неба поднята: а) э, и, нем. ö, ü б) ы и др., в) а, о, у и др.; к среднему ряду относится м. пр. и тот звук среднего подъема, который обычно произносится вм. а, о за слог до ударения, напр. в слове дорогая; 3. Г. З. округленные или лабиализованные, если губы вытянуты вперед, и отверстие между ними принимает круглую форму (о, и, нем. ö, ü) и неокругленные или нелабиализованные в остальных случаях (а, э, и, ы); 4. Г. З. чистые или неносовые, если голос идет только через полость рта, а полость носа закрыта, и
Предлагаемая вашему вниманию книга – сборник историй, шуток, анекдотов, авторами и героями которых стали знаменитые писатели и поэты от древних времен до наших дней. Составители не претендуют, что собрали все истории. Это решительно невозможно – их больше, чем бумаги, на которой их можно было бы издать. Не смеем мы утверждать и то, что все, что собрано здесь – правда или произошло именно так, как об этом рассказано. Многие истории и анекдоты «с бородой» читатель наверняка слышал или читал в других вариациях и даже с другими героями.
Книга посвящена изучению словесности в школе и основана на личном педагогическом опыте автора. В ней представлены наблюдения и размышления о том, как дети читают стихи и прозу, конкретные методические разработки, рассказы о реальных уроках и о том, как можно заниматься с детьми литературой во внеурочное время. Один раздел посвящен тому, как учить школьников создавать собственные тексты. Издание адресовано прежде всего учителям русского языка и литературы и студентам педагогических вузов, но может быть интересно также родителям школьников и всем любителям словесности. В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
На протяжении всей своей истории люди не только создавали книги, но и уничтожали их. Полная история уничтожения письменных знаний от Античности до наших дней – в глубоком исследовании британского литературоведа и библиотекаря Ричарда Овендена.
Книга известного литературоведа, доктора филологических наук Бориса Соколова раскрывает тайны четырех самых великих романов Федора Достоевского – «Преступление и наказание», «Идиот», «Бесы» и «Братья Карамазовы». По всем этим книгам не раз снимались художественные фильмы и сериалы, многие из которых вошли в сокровищницу мирового киноискусства, они с успехом инсценировались во многих театрах мира. Каково было истинное происхождение рода Достоевских? Каким был путь Достоевского к Богу и как это отразилось в его романах? Как личные душевные переживания писателя отразились в его произведениях? Кто был прототипами революционных «бесов»? Что роднит Николая Ставрогина с былинным богатырем? Каким образом повлиял на Достоевского скандально известный маркиз де Сад? Какая поэма послужила источником знаменитой легенды о «Великом инквизиторе»? Какой должна была быть судьба героев «Братьев Карамазовых» в так и ненаписанном Федором Михайловичем втором томе романа? На эти и другие вопросы о жизни и творчестве Достоевского читатель найдет ответы в этой книге.
Институт литературы в России начал складываться в царствование Елизаветы Петровны (1741–1761). Его становление было тесно связано с практиками придворного патронажа – расцвет словесности считался важным признаком процветающего монархического государства. Развивая работы литературоведов, изучавших связи русской словесности XVIII века и государственности, К. Осповат ставит теоретический вопрос о взаимодействии между поэтикой и политикой, между литературной формой, писательской деятельностью и абсолютистской моделью общества.
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.