Гэллегер - [5]
— Потушите ваши фонари, — произнёс мужской голос. — Разве вы не знаете?
Это был Кеплер. Он с подчёркнутой любезностью поприветствовал Дуайера. Двое мужчин показались в освещённом проёме, а потом дверь закрылась. Дом снова стал тёмным и тихим, и только капли дождя капали с карниза.
Детектив и Гэллегер потушили лампы в кэбе и отвели лошадь под длинный, низкий навес на заднем дворе, который, как они сейчас заметили, был заполнен повозками всех сортов — от самой захудалой телеги до экипажа светского кутилы.
— Нет, не так, — сказал Гэллегер кэбмену, который остановился, чтобы привязать лошадь позади остальных. — Нам нужно будет убираться отсюда как можно быстрее. На обратном пути вы не должны тащиться, как катафалк.
Гэллегер привязал лошадь прямо к воротному столбу, оставив ворота открытыми. Он хотел иметь преимущество в грядущей гонке в редакцию. Извозчик скрылся под навесом, а Гэллегер и детектив осторожно двинулись к задней стене сарая.
— Кажется, вот оно, это окно, — сказал Хефлфингер, показывая на широкий деревянный ставень в нескольких футах от земли.
— Вы меня только подсадите, я его вмиг открою, — сказал Гэллегер.
Детектив упёрся руками в колени, а Гэллегер встал на его плечи. Ножом он отодвинул деревянную задвижку, которой окно закрывалось изнутри, и распахнул ставень. Затем он просунул одну ногу внутрь, на подоконник, и, наклонившись, помог своему собрату-заговорщику дотянуться до окна.
— У меня такое чувство, как будто я грабитель, — хмыкнул Гэллегер, после того, как бесшумно слез на пол и снова закрыл ставень.
Сарай был большой, по обеим сторонам в стойлах дремали лошади и коровы. У каждого стойла лежали кучи сена, а в конце сарая над стойлами были протянуты доски, на которых тоже лежало сено.
В центре пола находился ринг. Это был не настоящий ринг, просто площадка с четырьмя деревянными колышками, на которые была натянута крепкая верёвка. Пространство, огороженное верёвкой, было посыпано опилками. Гэллегер не мог отказать себе в удовольствии ступить на ринг. Он пару раз потопал по опилкам, как бы уверяя себя в том, что он действительно здесь стоит, а потом так запрыгал и выдал такую серию ударов воображаемому противнику, что невоображаемый детектив поспешно отступил в угол сарая.
— А теперь, — сказал Гэллегер, очевидно сразив своего врага, — идите сюда.
Его компаньон смотрел, как Гэллегер быстро взобрался на стог сена, осторожно влез на доски и растянулся там лицом вниз. В такой позе он, отодвинув сено, мог видеть тех, кто находился внизу, при этом оставаясь невидимым.
— Места для почётных гостей, — сказал Гэллегер.
Мальчик-посыльный из газеты и детектив, прикусив соломинки, тихо лежали на этой удобной покачивающейся кровати.
Казалось, прошло уже два часа, как они сюда пришли. Гэллегер прислушивался, затаив дыхание. Каждый раз он вздрагивал, когда со двора доносился такой шум, словно кто-то идёт к двери сарая. Он был полон страхов и сомнений. Он думал, что полиция уже знает о бое и совершит облаву в отсутствии Кеплера. Ещё он думал, что бой вдруг отменят или, что ещё хуже, бой так затянется, что Дуайер не успеет к выпуску газеты. Наконец появились люди. Их приход возвестили два игрока, которые встали с двух сторон большой двери.
— Ну же, джентльмены, поторопитесь, — дрожа, сказал один из них, — а то мы тут перемёрзнем.
Толпа была не очень большая, но замечательно отобранная. В основном, она состояла из людей в тяжёлых белых пальто с перламутровыми пуговицами. Среди белых пальто попадались длинные синие пальто с каракулевыми воротниками, владельцы которых держались поодиночке и были похожи на мошенников. В этой толпе были холёные завсегдатаи клубов и брокеры, пара политиков, популярный комик со своим менеджером, боксёры-любители из спортивных клубов и тихие, незаметные игроки из всех городов страны, имена которых были неизвестны широкой публике.
И среди этих мужчин, которых занимал только кровавый спорт, был Хейд, а рядом с ним непринуждённо стоял Дуайер. Хейд был заметно встревожен, он скрывал своё бледное лицо под кепкой и до подбородка закутался в шерстяной шарф. Он рискнул придти, поскольку боялся, что его отсутствие вызовет ещё больше подозрений у Кеплера. И вот он стоял здесь, от страха не решаясь войти в толпу.
Когда Хефлфингер увидел его, он приподнялся на руках и сделал движение вперёд, словно хотел тут же спрыгнуть вниз и в одиночку схватить преступника.
— Лежите, — пробормотал Гэллегер. — Вы же полицейский, вы в этой толпе и трёх минут не продержитесь.
Детектив медленно опустился и зарылся в солому, но весь бой его глаза не отрывались от фигуры убийцы. Газетчики заняли места прямо у ринга, осмотрелись и попросили судью:
— Давай, потряси их.
Начались ставки. Люди ставили огромные суммы с такой беззаботной лёгкостью, что Гэллегер не мог отнестись к этому иначе, как к временному психическому помешательству. Какой-то человек внёс на ринг ящик. Судья забрался на него и строгим голосом обратился к зрителям, чтобы он сдерживали своё возбуждение и соблюдали порядок, если не хотят привлечь внимание полиции и сесть на пару лет.
![Настоящие солдаты удачи](/storage/book-covers/75/75ac25f77b17f0ffb492224d4bfaa1dc4ec9c463.jpg)
Первое издание: Richard Harding Davis. Real Soldiers of Fortune. New-York: Charles Scribner's sons, 1906.Сборник биографических очерков американского журналиста и писателя Ричарда Хардинга Дэвиса (1864–1916). Героев этой книги объединяют общие черты — склонность к путешествиям и авантюрам. Наёмник, воевавший под восемнадцатью флагами. Писатель-неудачник, провозгласивший себя монархом Княжества Тринидад. Выпускник Американской военно-морской академии, отличившийся на китайской службе. Бывший журналист, узурпировавший власть в Никарагуа.
![Коронация](/storage/book-covers/31/311d975439553b63481c42df89c7c8475f93feeb.jpg)
Глава из книги «Один год из записной книжки репортёра» (A Year from a Reporter's Note-Book). Очерк посвящён коронация последнего русского императора Николая II.Перевод Николая Васильева. .
![Я вспоминаю...](/storage/book-covers/4c/4c01397147a4948389f27fe65b0bb9d38eb69fc0.jpg)
Кришан Чандар – индийский писатель, писавший на урду. Окончил христианский колледж Фармана в Лахоре (1934). С 1953 генеральный секретарь Ассоциации прогрессивных писателей Индии. В рассказах обращался к актуальным проблемам индийской действительности, изображая жизнь крестьян, городской бедноты, творческой интеллигенции.
![Старинный город Псков](/storage/book-covers/20/2087d77e337132bd9f6633ce6f1103b93fbbcc4c.jpg)
Вниманию читателей предлагается сборник рассказов английского писателя Гектора Хью Манро (1870), более известного под псевдонимом Саки (который на фарси означает «виночерпий», «кравчий» и, по-видимому, заимствован из поэзии Омара Хайяма). Эдвардианская Англия, в которой выпало жить автору, предстает на страницах его прозы в оболочке неуловимо тонкого юмора, то и дело приоткрывающего гротескные, абсурдные, порой даже мистические стороны внешне обыденного и благополучного бытия. Родившийся в Бирме и погибший во время Первой мировой войны во Франции, писатель испытывал особую любовь к России, в которой прожил около трех лет и которая стала местом действия многих его произведений.
![Семь кувшинчиков для сливок](/storage/book-covers/16/16f5e2f878e8d011b068160762661caa47976123.jpg)
Вниманию читателей предлагается сборник рассказов английского писателя Гектора Хью Манро (1870), более известного под псевдонимом Саки (который на фарси означает «виночерпий», «кравчий» и, по-видимому, заимствован из поэзии Омара Хайяма). Эдвардианская Англия, в которой выпало жить автору, предстает на страницах его прозы в оболочке неуловимо тонкого юмора, то и дело приоткрывающего гротескные, абсурдные, порой даже мистические стороны внешне обыденного и благополучного бытия. Родившийся в Бирме и погибший во время Первой мировой войны во Франции, писатель испытывал особую любовь к России, в которой прожил около трех лет и которая стала местом действия многих его произведений.
![Теневая сторона](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![После обеда](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Духовой оркестр](/build/oblozhka.dc6e36b8.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.