Где найдешь, где потеряешь… - [44]
Анна Максимовна тяжело вздохнула и взяла свои ключи. Вытерев глаза платочком, она медленно пошла к двери. Там обернулась:
– Все правильно, Маша. Только зря ты так… – И она ушла.
«Может, и зря. А может, и нет, – подумала тетя Маша. – Хорошо, если на свидание убежала. А если действительно по колдунам ходит? Ну, появится, я ей задам. Не посмотрю, что уже выросла…»
– Вы что, о…л и?! – изрыгнул из себя матерную фразу Штырь, когда открыл дверь и увидел на пороге квартиры Анфису в сопровождении своих подельников. – Я вам что, уроды, велел? На кой хрен вы мне ее сюда-то притащили?
– Вышло так, – буркнул Степан, втолкнув Анфису в коридор. Жестом он приказал ей раздеться.
Дрожащими руками Анфиса сняла и повесила шубу, потом скинула сапоги. Валет втолкнул ее в комнату. Анфиса отметила, что жил Штырь с размахом. Комната была обставлена добротной мебелью и самой лучшей импортной электронной аппаратурой.
– Она, стерва, убежать хотела. На улицу рванула… – объяснял Валет Штырю. – Хорошо, хоть крик не подняла. Вот и пришлось ее в машину затолкать. А куда ее еще повезешь, если не к тебе?
– И на хрена?.. Хрена мне с ней теперь делать? – Штырь был зол, скулы на лице энергично ходили под кожей.
– Ну, – неуверенно протянул Валет, и Анфиса внутри вся льдом покрылась.
– Ладно, – махнул рукой Штырь.– Хрена теперь. Потом решим.
Анфису била дрожь. «Господи, и за что мне все это? – думала она. – Жила спокойно… А тут на тебе. Каждый день по острию бритвы хожу… И зачем мне сдался этот Антон? Ну, пропал и пропал… Чего эти-то от меня хотят?»
– Сюда! – Штырь грубо толкнул Анфису на диван. Та упала на мягкие, пружинящие подушки.
И туг на светлой обивке она заметила отчетливые следы бурых пятен. «Кровь! догадалась она. – Все! Живой тебе отсюда не выбраться», – сказал ей ее внутренний голос. Сейчас она снова видела себя со стороны. Несчастную, съежившуюся на диване, в окружении трех подонков.
Валет сел в кресло, поигрывая ножом.
– Ща мы с тебя шкуру спускать будем, – оскалился он.
– Но сначала, – Штырь приблизился к ней, он был в одной майке и спортивных штанах. Схватив в кулак ее кофточку на груди, он приподнял ее с дивана и поставил напротив себя. – Ты мне скажешь, сука, где этот прыщ – Антон. Он думает, что от меня скроется. Не выйдет. Я его из-под земли достану. Поняла?
Анфиса молчала. Она подумала, что Штырь рисуется, что ему нравится казаться крутым. Насмотрелся боевиков, где герои вот так роняют слова. В общем-то он полный болван. Но от этого ее положение лучше не становится. Поскольку она во власти этого болвана.
Штырь встряхнул ее как куклу.
– Так где он? – повторил он.
– Не знаю, – выдавила Анфиса. – Я сама его ищу…
– Зачем? – Штырь напрягся.
– Он пропал… Жаль его мать… –лепетала Анфиса. Штырь дышал ей в лицо табаком. Глаза зло смотрели в глаза. Анфису начало подташнивать.
И ей вдруг страшно захотелось плюнуть в эту харю. Это желание было куда сильнее страха, но она, естественно, сдержалась.
– Врешь, сука, – он швырнул Анфису на диван и изо всей силы хлестанул рукой по щеке. Она вскрикнула. – Ты же наркотой у Сидоренко интересовалась. Откуда знаешь? – Он вновь приподнял Анфису с дивана и поставил перед собой.
– Я ничего не знаю. Ничего, – твердила она. Место страха теперь отвоевывала злость.
– Откуда знаешь про наркоту? Где Антон? -твердил Штырь, тряся ее.
– Не знаю, не знаю… – твердила Анфиса. Он вновь бросил ее на диван и несколько раз ударил по лицу.
– Она должна знать, должна, – Штырь, как затравленный зверь, метался по комнате.
– Может, развлечемся с ней? – предложил Валет.
– Я сейчас с тобой развлекусь! – Валет вжался в кресло. – У меня и так неприятностей полно -ревел ему в лицо Штырь. – А вы мне эту суку сюда притаскиваете… Я же вам сказал там ее тиснуть.. Он выхватил нож из руки Валета и направился Анфисе.
Анфиса не могла отвести взгляда от стальной лезвия. Она представила, что сейчас это стальное лезвие разворотит ее тело. Она видела: этот человек способен на что угодно. Он панически чего-то боится, а змеи жалят чаще всего с перепуга.
– Во, видишь, – Штырь приблизил нож к самому ее носу. – На куски изрежу… Говори, уродина чернобыльская, где Антон? Где наркота?
– Штырь, у тебя «чек» есть? – вдруг спросил Валет. Что-то хреновато мне. – Он действительно побледнел.
– Наркоту ты еще не заработал, – кинул ему Штырь.
-Да?
-Да.
– А кто суку сюда вез? Кто мерз на улице?.. Штырь, дай бабахнуться, у меня ломота начинается…
-Нет!
Поняв, что от Штыря ничего не получишь, Валет поднялся и направился к двери.
– Ты куда? – поинтересовался Степан.
– До дома добегу, ширнусь, и обратно… – пояснил Валет.
– Стой!
– Штырь, я не могу, понимаешь…
Штырь кинулся к двери, но Валета уже и след простыл.
У Анфисы все плыло перед глазами… «Только бы долго не мучили…» – пронеслась мысль. Тьфу, что в голову лезет. Надо брать себя в руки и думать, как выкручиваться… Только как одной женщине сладить со сворой отпетых подонков? По сравнению с ними Хорек казался милым, пристойным молодым человеком.
Настойчиво задребезжал дверной звонок. Штырь со Степаном настороженно замерли. Потом переглянулись между собой.
«Золотая пуля». Так называют в городе агентство, в котором работают журналисты-инвестигейторы (или, в переводе на русский — «расследователи»). Возглавляет это вымышленное агентство Андрей Обнорский — герой романов Андрея Константинова и снятого по этим романам телесериала «Бандитский Петербург». В «Золотой пуле»-3 вы встретитесь не только с Обнорским, но и с его соратниками-журналистами: Николаем Повзло, Зурабом Гвичия, Светланой Завгородней, Нонной Железняк, Георгием Зудинцевым и другими. Все они попадают порой в опасные, а порой и комичные ситуации.
Верить «Золотой пуле» в каждом конкретном случае необязательно, но к атмосфере, излучаемой и воссоздаваемой журналистами, переквалифицировавшимися в писателей, надо отнестись с доверием. Именно этим воздухом мы, к сожалению, и дышим.
Верить «Золотой пуле» в каждом конкретном случае необязательно, но к атмосфере, излучаемой и воссоздаваемой журналистами, переквалифицировавшимися в писателей, надо отнестись с доверием. Именно этим воздухом мы, к сожалению, и дышим.
Александра Карасимеонова по праву можно назвать мастером криминально-психологического жанра, который имеет свои традиции в болгарской литературе. Ушел из жизни человек? Для следователя, от имени которого ведется повествование, случившееся – не просто очередной криминальный казус, но и человеческая драма, затрагивающая судьбы многих людей. Это придает повествованию более широкую основу, позволяет вскрыть социальную, психологическую и нравственную мотивировку поступков персонажей романа, многие из которых, оказывается, имеют два лица, ведут двойную игру.