Флибустьер времени. «Сарынь на кичку!» - [26]

– Закрывай ворота на засов! Скоро здесь черкесы будут! – крикнул попаданец. Переводя дыхание, он прикинул боевые возможности десятка. Они были очень скромными. Вооружением стража воображение не поражала. Вообще-то даже бежавшие из Малой Руси хлопы нередко имели самопалы (изготовленные местными умельцами ружья с кремнёвыми замками ударного типа), но на безопасное место поставили наименее вооружённых. По-настоящему, по-казацки, из них был вооружён только десятник. Длинноствольное янычарское ружьё, три пистоля за поясом, кривая, персидского типа, сабля. Скорее всего, ему же принадлежала и прислонённая к стене укороченная пика. В связи с особенностями ведения боя казаки популярные в Европе длинные, до четырёх с половиной метров, пики не использовали. Из-за возов удобней было работать более короткими копьями в полтора-два метра длиной. Остальные имели кто топор, кто прадедовских времён, если судить по ножнам, саблю… Огнестрельного оружия больше ни у кого из них не было. Одно хорошо, длинномерное оружие было ещё у троих. Двое, похожие друг на друга, высокие и плечистые (полтавские хлопцы, много похожих там видел), имели переделанные для боевого применения косы, а один, как пить дать бульбаш, – основательную, судя по перекладине, охотничью рогатину.

– Ну, что стоите?! – мгновенно отреагировал на изменившуюся ситуацию именно десятник. – Адриан, Панас, быстрее, быстрее! Прикрывайте створки! Закладывайте засов!

Он полностью развернулся к своим подчинённым, подкрепляя свои слова энергичными жестами. По нетвёрдой походке с прихрамыванием на обе ноги и не полностью разогнутой спине Аркадию стало ясно, почему явно опытный воин оставлен в тылу.

«Как бы не радикулит с артритом в придачу. Естественное состояние для любителя морских круизов на чайках и стругах. На хрен славные традиции! Не в смысле – больше не будем грабить. Просто будем плавать на шхунах и фрегатах».

– И пошли кого-нибудь посообразительнее на галеры за пиками или хотя бы баграми. А то налетят всадники и порубят нас, как хозяйка капусту на щи. С запасом, пикинёры сейчас набегут, чтоб им! – Аркадий мотнул головой в сторону приближавшихся из города криков.

И опять командир стражи отреагировал мгновенно:

– Что, волчья сыть, столбами стоите?! Тихон, Григорий, бегом на галеры, скажите, враги идут, пики и багры нужны. Бегом, бегом! Чтоб одна нога здесь, а другая уже там. Пошли!

Пока рослые, светловолосые, поморского типа парни исполняли приказ, протискивались через калитку – ворота были уже закрыты – Аркадий вспомнил, что вроде бы видел что-то пикоподобное, проскакивая через башню. Он подошёл к десятнику.

– Слушай, когда спускался по лестнице в башне, вроде бы краем глаза заметил что-то похожее на пики. Пошли кого-нибудь и туда.

– Не стоит, – помотал головой тот. – Пока мои бестолочи там что-то найдут, бой уже кончится.

– Пожалуй, ты прав, – согласился с ним попаданец. – А вот и первый «храбрец». Что, кстати, положено за бегство из боя, да без оружия?

– Смерть!

Дурацкий, или, другими словами, риторический, вопрос Аркадий задал не случайно. Конечно, он и сам знал, что полагается в любой военной структуре за бегство с поля боя. Ему не понравился вид переминавшихся с ноги на ногу молодыков и новиков. Может быть, кто-то из них и рвался всей душой в свой первый бой, но… лучше перестраховаться, решил он, и напомнить струхнувшим об ответственности за невыполнение воинского долга.

Тем временем десятник вышел навстречу первому из беглецов. Вдалеке показались другие.

– Стой! – приказал бородач бежавшему, сделав шаг ему навстречу. Ни сабли, ни пистолей он при этом не доставал, видимо не желая обнажать оружие против своих.

Захекавшийся, с неестественно бледным и блестящим от пота лицом, трус на окрик отреагировал неожиданно для всех. Он ускорился, будто этим криком пришпоренный, и сшиб плечом появившуюся на пути к спасению преграду.

Заметив остекленевшие глаза дезертира, Аркадий понял, что обращаться к нему бессмысленно, ничего он не услышит. Прыгнув навстречу, попаданец от всей души всадил каблук своего сапога в солнечное сплетение паникёра. При расслабленных мышцах тот должен был получить глубокий нокаут. Однако чёрт знает по каким причинам, дезертир валяться в отключке не собирался. Здоровенный парень, ростом ненамного меньше самого Аркадия, а весом, благодаря мощнейшей мускулатуре, его, вероятно, превосходивший, упав от удара на спину, тут же начал подниматься. Судя по выражению лица, способность мыслить и слышать к нему не вернулась, а к месту событий подбегали уже другие беглецы. Вставая, упавший не сделал ни малейшей попытки отряхнуть грязь и пыль со своей одежды, зелёной свитки, чёрных, более объёмных, чем обычно, шаровар. Шапку он успел где-то посеять. Как, кстати, и оружие.

– Стой, или зарублю, как собаку! – опять-таки не для ошалевшего от страха до потери способности к мышлению труса, а для стоявших за спиной молодыков крикнул Аркадий. Краем глаза он заметил, что десятник только начал ворочаться в попытке встать, но мышцы его плохо слушаются. Следовательно, вся ответственность за ситуацию у ворот и, скорее всего, за сохранность галерного флота у казаков тяжёлым грузом ложилась на старшего из здесь присутствовавших. Самого попаданца.