Екатерина Медичи - [3]

Шрифт
Интервал

Зимой самочувствие Лоренцо вновь резко ухудшилось, и по предписанию врачей он переехал на виллу Сассе1ти. Время тянулось для Мадлен уныло и монотонно. Во Флоренцию супруг возвратился лишь накануне ее родов. 13 апреля 1519 года во дворце Медичи на свет появилась девочка, которую спустя три дня, накануне Вербного воскресенья, при крещении нарекли именем Катерина Мария Ромола.

В это время оба ее родителя находились при смерти: отец умирал от туберкулеза легких, усугубленного сифилисом — последствием разгульного образа жизни, а мать — от послеродовой горячки. Спустя две недели после родов Мадлен скончалась, а еще через шесть дней за ней последовал и ее супруг, за 27 лет своей жизни не совершивший ничего достойного и лишь дискредитировавший имя Медичи. Место их вечного упокоения в церкви Сан-Лоренцо украшено великолепным надгробием — бессмертным творением Микеланджело. Еще и месяца не исполнилось «маленькой герцогине», как она стала круглой сиротой. По образному выражению поэта Ариосто, ставшего свидетелем тех событий, ее колыбель стояла между двух гробов. Катерина Мария Ромола оказалась последней законной представительницей рода Медичи по прямой линии, и Ариосто выразил общее тревожное настроение стихами:

Лишь ветвь одну озеленит листва.
Меж страхом и надеждой вдохновенной,
Кто знает, умертвит ее зима
Или воскреснет плод весной благословенной.

Маленькая герцогиня

А спустя еще три месяца и сама она едва не оказалась в гробу, когда тяжелая болезнь сразила ее. Однако в крошечном теле нашлось довольно жизненных сил, чтобы побороть недуг. Катерина поправилась, и в октябре ее привезли в Рим показать Льву X, которого не на шутку перепугала перспектива потерять столь ценное дитя, залог его будущих политических комбинаций. Еще ранее, сразу же после смерти родителей девочки, он назначил ее опекуном кардинала Джулио Медичи. Папа и кардинал являлись кузенами: Лев X (в миру Джованни Медичи) был вторым сыном Лоренцо Великолепного, а Джулио — бастардом Джулиано, брата Лоренцо. Они были почти ровесниками (Джованни в 1519 году исполнилось 43, а Джулио — 41 год), а поскольку вместе воспитывались в доме Лоренцо, то считали друг друга скорее братьями, нежели кузенами.

Именно кардинал Джулио, «злой гений» семейства Медичи, не обладавший такими качествами его представителей, как щедрость, великодушие и обходительность, но мечтавший о восстановлении величия своего рода, занимался но поручению Льва X организацией бракосочетания родителей Катерины. По прошествии менее чем года, когда оба родителя девочки были мертвы, кардинал Джулио поспешил во Флоренцию, дабы, разместившись во дворце Медичи, принять на себя заботы по воспитанию сиротки, которую, когда придет время, можно будет использовать для дальнейшей реализации династических планов семейства. Папа возложил на него также и заботы по управлению Флоренцией, дабы флорентийцы не забывали о Медичи как своих господах. В течение пяти месяцев Джулио управлял строптивым городом, по мере сил стараясь удовлетворять требования его обитателей, что само по себе было не простым делом.

Когда кардинал Джулио привез в Рим оправившуюся от болезни пятимесячную Катерину, Лев X, взяв девочку на руки, отметил, что она хорошо выглядит. При этом, как и полагается, он пролил слезу умиления и процитировал строку из Вергилия: «Secum fert aerumnas Danaum» («Несет с собою бедствия данайцев»). Заботы по воспитанию Катерины папа возложил на ее тетку, Клариче Строцци. Это было мудрое решение. Клариче приходилась сестрой безвременно скончавшемуся Лоренцо, и Лев X неоднократно заявлял, что для семейства Медичи было бы гораздо лучше, если бы Клариче родилась мужчиной, а Лоренцо — женщиной. В ней, достойной представительнице рода Медичи, соединились все качества, благодаря которым семейство достигло могущества и славы: мужество, сила воли, ум, обходительность. Лучшей воспитательницы для Катерины невозможно было найти. Передавая последнего отпрыска рода Медичи на воспитание Клариче (как говорили, «единственному мужчине в семье»), Лев X сделал всё возможное, дабы исправить роковую ошибку природы.

Катерина не прожила в Риме и двух лет, как скончался папа Лев X, и кардинал Джулио принял все необходимые меры, чтобы унаследовать ему. Однако ни его дипломатический талант, ни щедрые взятки не помогли заручиться необходимым количеством голосов членов конклава, и на папский престол, к удивлению многих, взошел под именем Адриана VI искренне благочестивый фламандец, бывший наставник императора Карла V. Кардинал Джулио, не скрывая своей досады, покинул Рим и посвятил себя делам семейства во Флоренции. Однако не прошло и двух лет, как Адриан VI, по всей вероятности отравленный, скончался, и на сей раз удача улыбнулась Джулио: 19 ноября 1523 года он стал папой Климентом VII.

Первым делом он, стремясь защититься от имперских притязаний Карла V, поспешил заключить секретный договор с Франциском I. Однако после того, как в начале 1525 года французы потерпели сокрушительное поражение под Павией, причем сам король оказался в плену у испанцев, папа переметнулся на сторону победителя, императора Карла V. Но и тут его постигла неудача. Победоносная имперская армия, включавшая в себя 25 тысяч наемников, не получавших жалованья и потому намеревавшихся поживиться за счет грабежа, двинулась на Рим. Вечный город не представлял из себя надежного убежища, поэтому Клариче Строцци возвратилась с Катериной во Флоренцию, которой тогда управлял от имени папы кардинал Сильвио Пассе-рини, с полным комфортом разместившийся во дворце Медичи. Под его опекой тогда уже находились два юных отпрыска-бастарда рода Медичи, Ипполито и Алессандро, и Катерина стала третьей. Она сразу же полюбила Ипполито, который был лет на десять старше ее, и возненавидела Алессандро. Под наблюдением Клариче продолжались воспитание и образование Катерины. Восприимчивый ум девочки легко и быстро схватывал всё, чему учили ее наставники. Жажда знаний заставляла ее предпочитать часы занятий играм со сверстниками, друзьями и родственниками из семейств Сальвиати, Строцци и Орсини.


Еще от автора Василий Дмитриевич Балакин
Творцы Священной Римской империи

В книге представлены портреты пяти выдающихся правителей западного Средневековья, чья деятельность во многом определила ход истории Европы в X–XI веках: короля Генриха I Птицелова, императоров Оттона I Великого, Оттона II, Оттона III, получившего в истории прозвище «Чудо Мира», и Генриха II Святого. Именно они стояли у истоков Священной Римской империи германской нации, просуществовавшей, постоянно видоизменяясь, до 1806 года.


Фридрих Барбаросса

Имя Фридриха Барбароссы до сих пор зловеще звучит для большинства наших соотечественников, поскольку устойчиво ассоциируется с пресловутым планом «Барбаросса» Адольфа Гитлера и тевтонским «Натиском на Восток», принесшим столько несчастий славянам как в Средние века, так и в Новое время. Но исторический, а не легендарный император Фридрих I Барбаросса (1155–1190), оказывается, не имеет к этому ни малейшего отношения: он много воевал в Италии, участвовал в двух крестовых походах в Святую землю, но почти не сталкивался со славянами.


Генрих IV

Колоритная фигура короля Франции Генриха IV, основателя династии Бурбонов, знакома многим по романам Александра Дюма и Генриха Манна. Однако подлинная история жизни правителя маленькой Наварры, которому ценой многолетних усилий удалось взойти на французский трон и прекратить гражданскую войну, терзавшую государство, увлекательнее любого романа. Личность Генриха соткана из противоречий: хитрость и беспечность, отвага воина и неистовое сластолюбие, забота о бедняках и циничное равнодушие к близким людям.


Рекомендуем почитать
Адмирал Конон Зотов – ученик Петра Великого

Перед Вами история жизни первого добровольца Русского Флота. Конон Никитич Зотов по призыву Петра Великого, с первыми недорослями из России, был отправлен за границу, для изучения иностранных языков и первый, кто просил Петра практиковаться в голландском и английском флоте. Один из разработчиков Военно-Морского законодательства России, талантливый судоводитель и стратег. Вся жизнь на благо России. Нам есть кем гордиться! Нам есть с кого брать пример! У Вас будет уникальная возможность ознакомиться в приложении с репринтом оригинального издания «Жизнеописания первых российских адмиралов» 1831 года Морской типографии Санкт Петербурга, созданый на основе электронной копии высокого разрешения, которую очистили и обработали вручную, сохранив структуру и орфографию оригинального издания.


Санньяса или Зов пустыни

«Санньяса» — сборник эссе Свами Абхишиктананды, представляющий первую часть труда «Другой берег». В нём представлен уникальный анализ индусской традиции отшельничества, основанный на глубоком изучении Санньяса Упанишад и многолетнем личном опыте автора, который провёл 25 лет в духовных странствиях по Индии и изнутри изучил мироощущение и быт садху. Он также приводит параллели между санньясой и христианским монашеством, особенно времён отцов‑пустынников.


Повесть моей жизни. Воспоминания. 1880 - 1909

Татьяна Александровна Богданович (1872–1942), рано лишившись матери, выросла в семье Анненских, под опекой беззаветно любящей тети — Александры Никитичны, детской писательницы, переводчицы, и дяди — Николая Федоровича, крупнейшего статистика, публициста и выдающегося общественного деятеля. Вторым ее дядей был Иннокентий Федорович Анненский, один из самых замечательных поэтов «Серебряного века». Еще был «содядюшка» — так называл себя Владимир Галактионович Короленко, близкий друг семьи. Татьяна Александровна училась на историческом отделении Высших женских Бестужевских курсов в Петербурге.


Неизвестный М.Е. Салтыков (Н. Щедрин). Воспоминания, письма, стихи

Михаил Евграфович Салтыков (Н. Щедрин) известен сегодняшним читателям главным образом как автор нескольких хрестоматийных сказок, но это далеко не лучшее из того, что он написал. Писатель колоссального масштаба, наделенный «сумасшедше-юмористической фантазией», Салтыков обнажал суть явлений и показывал жизнь с неожиданной стороны. Не случайно для своих современников он стал «властителем дум», одним из тех, кому верили, чье слово будоражило умы, чей горький смех вызывал отклик и сочувствие. Опубликованные в этой книге тексты – эпистолярные фрагменты из «мушкетерских» посланий самого писателя, малоизвестные воспоминания современников о нем, прозаические и стихотворные отклики на его смерть – дают представление о Салтыкове не только как о гениальном художнике, общественно значимой личности, но и как о частном человеке.


Морской космический флот. Его люди, работа, океанские походы

В книге автор рассказывает о непростой службе на судах Морского космического флота, океанских походах, о встречах с интересными людьми. Большой любовью рассказывает о своих родителях-тружениках села – честных и трудолюбивых людях; с грустью вспоминает о своём полуголодном военном детстве; о годах учёбы в военном училище, о начале самостоятельной жизни – службе на судах МКФ, с гордостью пронесших флаг нашей страны через моря и океаны. Автор размышляет о судьбе товарищей-сослуживцев и судьбе нашей Родины.


Расшифрованный Достоевский. «Преступление и наказание», «Идиот», «Бесы», «Братья Карамазовы»

Книга известного литературоведа, доктора филологических наук Бориса Соколова раскрывает тайны четырех самых великих романов Федора Достоевского – «Преступление и наказание», «Идиот», «Бесы» и «Братья Карамазовы». По всем этим книгам не раз снимались художественные фильмы и сериалы, многие из которых вошли в сокровищницу мирового киноискусства, они с успехом инсценировались во многих театрах мира. Каково было истинное происхождение рода Достоевских? Каким был путь Достоевского к Богу и как это отразилось в его романах? Как личные душевные переживания писателя отразились в его произведениях? Кто был прототипами революционных «бесов»? Что роднит Николая Ставрогина с былинным богатырем? Каким образом повлиял на Достоевского скандально известный маркиз де Сад? Какая поэма послужила источником знаменитой легенды о «Великом инквизиторе»? Какой должна была быть судьба героев «Братьев Карамазовых» в так и ненаписанном Федором Михайловичем втором томе романа? На эти и другие вопросы о жизни и творчестве Достоевского читатель найдет ответы в этой книге.