Единственная - [8]
Может, в этом вопросе?
— В журнале вашим отделом руководила Наталья Седова?
— Нет она руководит в Наркомпросе отделом музеев.
— В секретариате Вы сильно загружены?
«Наверно им известно, что Иосиф велел ей уйти из секретариата, что Фотиева рассказала об этом Ленину, и Владимир Ильич назвал Иосифа азиатом, и это в присутствии Марии Ильиничны, которая Иосифа терпеть не может. Иосиф как-то сказал за то, что не захотел жениться на ней, а Ильич, будто бы, предлагал сестру в невесты… В секретариате все всегда известно, даже то, что известным быть не должно. Все пробалтываются понемногу, а в результате — никаких тайн. Пожалуй, самая болтливая Володичева, за ней Гляссер, Лидия Александровна Фотиева — кремень, если уж с кем делиться, то только с лучшим другом своим — Цурюпой, а Иосифу всё известно от меня…»
— Что? Простите я отвлеклась.
— Кто Ваш муж?
«Вот она — мина. Считают, что прикидывается овечкой. Они своих детей в комбинаты сдали, в детдома, а она сидит дома и скрывает откуда это у неё такое право — сидеть дома».
— Мой муж — партийный работник.
— Кто именно?
— Это к моей партийной биографии отношения не имеет, а вот мои отец, мать, братья и сестра….
— Ваши родственники нас не интересуют. Почему Вы скрываете кто Ваш муж?
— Не имеет отношения к моему вопросу. Если вас не интересуют мои родственники, которые принимали участие в революционном движении с начала девяностых годов, то почему так важно кто мой муж?
— Здесь спрашиваем мы.
Постановление гласило: «Исключить как балласт, совершенно не интересующийся партийной жизнью».
Когда же это было? Только что родился Вася — значит в двадцать первом.
Последнее время её стала пугать некоторая перепутанность событий и дат в памяти. Их последовательность. Она могла до мельчайших подробностей вспомнить обстоятельства того или иного события, слова собеседников, свои слова, время года, пейзаж или обстановку помещения, но вот что чему предшествовало? Какая-то странная спираль с черной дырой посредине. Это появилось лет шесть назад и постепенно нарастало. Иногда, застигнутая врасплох, всплывшим откуда-то воспоминанием, она часами мысленно «пристраивала» его к событиям в прошлом. Легче было с детством и юношескими годами, но вот потом — полная сумятица. Наверное, это было связано с кофеином или с теми таблетками, которые ей прописал от головных болей ТОТ врач, который куда-то исчез.
Но вот возвращение после Комиссии помнит хорошо. Зима. Яркий морозный день. «Балласт» возвращался домой по Полянке.
На Болоте у винно-соляных складов стояли ломовые извозчики. От лошадей шёл пар, из-за стены Кремля поднимались столбики белого дыма, там дровами топили печи. На Каменном мосту она остановилась. Внизу на квадратике, расчищенного от снега, льда носились на коньках мальчишки, и купола Храма Христа Спасителя отбрасывали на снег реки смугло — золотой отсвет. Она вспомнила, как любила кататься на коньках в Ботаническом саду. Алиса Ивановна связала ей из серого пуха очень красивую шапочку с отгибающимися полями и такие же варежки, а ещё у неё была муфта, тогда это было очень модно у гимназисток, — кататься, засунув руки в муфту. Кажется, двенадцатый год, февраль она вернулась с катка, а в столовой за круглым столом сидел Иосиф и пил чай с родителями: синяя сатиновая косоворотка, худой, острый излом бровей. Странно, но она помнит все его «явления» в родительском доме и вообще всё, что с ним связано. Помнит с давних-давних пор. Одно воспоминание мучает, обжигает стыдом.
Однажды они, дети, ужинали вместе с ним. Она была за хозяйку, суетилась вокруг стола.
— Какие у тебя красивые банты, — сказал он и, потянув за руку, посадил к себе на колени.
Ей было неловко: она уже почти взрослая, ей негоже сидеть на коленях у мужчины, и, к тому же, происходило что-то непонятное и ещё более стыдное: что-то твёрдое как камень вдруг уперлось ей в плотно сдвинутые ляжки. Она гибко выскользнула из-под его руки, опиравшейся на стол и ушла на кухню. Когда вернулась, умыв лицо водой, Сосо играл в нарды с Федей на неё даже не взглянул. Но вечером, в детской Федя спросил: «Надя, а ты не заболела? У тебя нет температуры? Ты такая красная за столом сидела, как пеон».
— Нет как рак, — добавила Нюра.
— Нет как кумач, у неё же нет усов как у рака.
— Нет как…
— Замолчите, дураки. Я пришла с катка, а вы сидите под желтым абажуром желтые как лимоны.
Ощущение стыда и беспомощности запомнилось крепко.
У этого мингрела с жабьим ртом, что приползает иногда из Грузии, чтобы засвидетельствовать свою преданность тоже есть гадкая привычка сажать Светлану на колени. Её всю трясёт, когда она видит как Светлана, болтая пухлыми ногами, восседает на его толстых ляжках, а он кормит её чурчхелами, отламывая по маленькому кусочку.
— Светлана, — говорила она, — иди в свою комнату. Ты не закончила лепку. — или, — ты не закончила урок немецкого.
Светлана всегда медлила, что-то возражала, и однажды она не выдержала, прикрикнула резко. Берия ухмыльнулся и снял девчонку с колен.
Вечером, в спальне Иосиф сказал, что в Грузии принято баловать детей и нехорошо лишать гостя этого удовольствия.
![Сны накануне. Последняя любовь Эйнштейна](/storage/book-covers/4d/4d93d8fc19db21faa285dc78f2bfce611d447935.jpg)
Роман-версия о любви Первого человека, как его называют, двадцатого столетия, создателя Теории относительности, отца атомной бомбы Альберта Эйнштейна и жены известного русского художника Маргариты Коненковой.
![Запятнанная биография](/storage/book-covers/85/854c1f7050aade1b012da74916280723ca12ed54.jpg)
Ольга Трифонова — прозаик, автор многих книг, среди которых романы-биографии: бестселлер «Единственная» о судьбе Надежды Аллилуевой, жены Сталина, и «Сны накануне» о любви гениального физика Альберта Эйнштейна и Маргариты Коненковой, жены великого скульптора и по совместительству русской Мата Хари.В новой книге «Запятнанная биография» автор снова подтверждает свое кредо: самое интересное — тот самый незаметный мир вокруг, ощущение, что рядом всегда «жизнь другая есть». Что общего между рассказом о несчастливой любви, первых разочарованиях и первом столкновении с предательством и историей жизни беспородной собаки? Что объединяет Москву семидесятых и оккупированную немцами украинскую деревушку, юного немецкого офицера и ученого с мировым именем? Чтение прозы Ольги Трифоновой сродни всматриванию в трубочку калейдоскопа: чуть повернешь — и уже новая яркая картинка…
![Закон Паскаля](/storage/book-covers/f9/f978874d7fb5f011fda47698df0559615816ac3f.jpg)
В новую книгу Ольги Мирошниченко вошли повести «Закон Паскаля» и «Падение».На фоне искусного переплетения производственных, бытовых, любовных, семейных мотивов писательница убедительно рисует сложные, противоречивые характеры своих героев — наших современников.
![Идеальный мужчина](/storage/book-covers/61/617d46fb3914e0e423f11e2020939b1ecf8b8eeb.jpg)
Может ли быть счастлива молодая девушка, если у ее мамы проблемы в личной жизни? Конечно, нет. Что же делать? Видимо, решать мамины проблемы. Юная Холли подходит к этой проблеме, как свойственно ее поколению. Деятельно и с юмором. Она создает в Интернете идеального виртуального мужчину. И мама влюбляется. Но когда дело доходит до реального свидания, проблемы начинаются уже у самой Холли.Легкий, немного ироничный и очень добрый роман о настоящей любви.Агентство CIP РГБ.
![Женщина на грани нервного срыва](/storage/book-covers/f0/f092a916e6924d58b46df6f5e19f55cada496ca2.jpg)
Жизнь Лорны Мартин — полный хаос. Ей уже тридцать пять, но она все еще не определилась, чего же хочет и к чему стремится. В последний год Лорна совсем «слетела с катушек»: она всегда и всюду опаздывает, окончательно запуталась в отношениях со своим мужчиной, все чаще дает волю слезам и отчаянию. Типичная ситуация, которая знакома многим современным женщинам. После долгих раздумий Лорна решается пойти к психотерапевту и попытаться научиться жить в ладу с собой и близкими, научиться получать удовольствие от каждого дня.
![Любовь под запретом. Дом одиноких теней](/storage/book-covers/e8/e804ebac64178a7c239c629ed7f15049f269b3ca.jpg)
Глубокие личные переживания, захватывающие события в жизни героинь этих романов тесно переплетаются с увлекательным детективным сюжетом.
![Любовь в наследство, или Пароходная готика. Книга 2](/storage/book-covers/8d/8d603dc50ec72f278e85b83f666d2df3c3bf62f2.jpg)
…Кажется, совсем недавно богатейшая плантация Синди Лу стала приютом любви и верности Клайда Бачелора и его жены Люси. Только многое изменилось с тех пор: погибли в беспощадном огне пожара Люси, любимица отца Кэри и ее муж.И теперь в несравненном дворце подрастает Ларри — внук и наследник Клайда. Как знать, не станет ли его поездка во Францию роковой? Не принесет ли она ему встречу с большой, всепоглощающей страстью?..* * *Прекрасный роман “Любовь в наследство, или Пароходная готика” принадлежит одной из знаменитых романисток XX века Ф.П.
![Любовь в наследство, или Пароходная готика. Книга 1](/storage/book-covers/e5/e5f21795e3e83fcac058db7d648d7a98b480f59f.jpg)
Роман одной из самых знаменитых романисток XX века Ф.П. Кийз погружает читателя в добрые старые времена, когда жизнь на Миссисипи была простой и спокойной. Роскошные пароходы на большой реке, богатые плантаторы и их семьи, благородные капитаны и отчаянные игроки, а главное — любовь и страсть. Так начинается повествование о судьбах героев, которым предстоит выдержать страшные испытания судьбы и познать истинные чувства.* * *Прекрасный роман “Любовь в наследство, или Пароходная готика” принадлежит одной из знаменитых романисток XX века Ф.П.
![Мое прекрасное забвение. Моя прекрасная свадьба](/storage/book-covers/8a/8aea6360b552bebc622286c9f7caf3bee689346a.jpg)
От автора бестселлеров «Мое прекрасное несчастье» и «Мое ходячее несчастье»!Камилла находится в растрепанных чувствах. Примерно полгода назад она познакомилась с обаятельным парнем по имени Ти-Джей, но он уже три месяца как в командировке в Калифорнии, и они почти не видятся. Вот и сейчас сорвалась очередная встреча. И тут за Камиллой начинает ухаживать Трентон, один из пятерых знаменитых братьев Мэддокс. Камилле он безумно нравится, но ее мучают угрызения совести, ведь получается, что она обманывает Ти-Джея! К тому же с Ти-Джеем связана некая тайна, о которой ни в коем случае не должен узнать Трентон.