Дева в голубом - [87]
— Откуда это у тебя? — спросила я.
— Жизнь такая, — ответил он.
На лицо мне упала тень, и я проснулась. Загораживая вечернее солнце, рядом со мной стояла Матильда. Скрестив руки на груди, она разглядывала нас обеих.
— Извините. — Я села и с трудом разлепила глаза. — Понимаю, выглядит все это по меньшей мере странно.
— Это уж точно, — фыркнула Матильда, — но знаете, меня это ничуть не удивляет. Я не сомневалась, что Сильвия захочет еще раз полюбоваться на эти кости. Похоже, она больше не боится их.
— Вы правы. Знаете, она так спокойно их разглядывала, даже удивительно.
Наши голоса разбудили ее. Сильвия перевернулась с бока на бок и села. Щеки у нее пылали. Она осмотрелась и остановилась взглядом на костях.
— Мама, мы собираемся похоронить ее.
— Как это? Прямо здесь, во дворе?
— Нет, у нее дома.
Матильда посмотрела на меня.
— Я знаю, где это, — сказала я.
Матильда одолжила мне свою машину доехать до Менда. Трудно было представить себе, что и трех недель не прошло, как я отсюда уехала, — столько всего произошло за это время. Но, огибая угрюмый тяжелый собор, проходя узкими улочками старого города, я испытывала то же чувство, что и тогда. Мрачное место. Хорошо, что Матильда живет в пригороде, пусть там и мало зелени.
На бумажке был записан адрес той же пиццерии, в которой я уже как-то закусывала. Вошла я туда непринужденно, но, увидев за столиком Рика, потягивающего вино в одиночестве и сосредоточенно изучающего меню, почувствовала, что в животе у меня так все и переворачивается. Я не видела его тринадцать дней, и это были долгие тринадцать дней. Увидев меня, он поднялся и смущенно улыбнулся. На нем была повседневная одежда — светлая рубаха с воротником на пуговицах, голубой шерстяной блейзер и узкие брюки; вид у него был здоровый и цветущий — настоящий американец, настолько же неуместный здесь, в темной ракушке, как, допустим, «кадиллак», ползущий по узкой улочке.
Мы неловко поцеловались.
— О Господи, Элла, что это у тебя с лицом?
Я потрогала царапину на лбу.
— Упала. Не обращай внимания.
Мы сели за столик, и не успела я возразить, как Рик налил мне бокал вина. Для вида я прикоснулась губами к краешку, но не сделала ни глотка. Хватило, впрочем, и этого — от запаха кислоты и уксуса меня едва не стошнило. Я поспешно отставила бокал.
Мы сидели, не говоря ни слова. Судя по всему, начинать придется мне.
— Стало быть, Матильда позвонила тебе, — запинаясь, проговорила я.
— Ну да. Слушай, она так тараторит, за ней не поспеешь. Честно говоря, я так и не понял, почему ты сама не могла позвонить.
Я пожала плечами. Снова начало подводить живот.
— Слушай, Элла, если не возражаешь, мне кое-что хотелось бы тебе сказать.
Я молча кивнула.
— Понимаю, переезд во Францию нелегко тебе дался. Труднее, чем мне. Для меня-то это просто работа на новом месте. Люди другие, но работа та же самая. Ты — дело иное. У тебя нет ни работы, ни друзей, и понятно, что тебе здесь тоскливо и одиноко. Наверное, я уделял тебе недостаточно внимания — слишком занят был на работе. А тебе нечего делать, и, естественно, могут быть всякие соблазны, даже в таком занюханном городишке, как Лиль.
Он посмотрел на пятна у меня на руках; казалось, это мгновенно отрезвило его, и он вернулся к сути.
— В общем, я думал, думал и надумал: почему нам не попробовать и начать сначала?
В это время подошел за заказом официант. Я была настолько взвинчена, что и думать о еде не могла, но для проформы все-таки заказала самую простую пиццу. В ресторанчике было душно: на лбу и руках у меня выступили крупные капли пота. Я отхлебнула воды.
— И знаешь, — продолжал Рик, — сделать это, оказывается, не так уж трудно. Я ведь говорил тебе, что еду во Франкфурт обсуждать новый строительный проект?
Я кивнула.
— Ну так вот, они предложили мне быть его руководителем, а это совместный проект — их и нашей фирмы. — Рик замолчал и выжидательно посмотрел на меня.
— Прекрасно, Рик. Поздравляю.
— Ну вот, видишь? Мы перебираемся в Германию. Это и есть новое начало.
— Что? Уезжаем из Франции?
Моя реакция удивила его.
— Слушай, Элла, с самого первого дня, как мы здесь, ты только и знаешь, что клянешь эту страну. Люди, мол, к себе не подпускают, дружить не хотят, обращаются с тобой как с чужой, слишком чопорные. Так что же тебя здесь держит?
— Это дом, — чуть слышно выговорила я.
— Слушай, я стараюсь рассуждать здраво. И по-моему, у меня это неплохо получается. Я готов простить и забыть этот… этот эпизод. Ну, ты понимаешь, о чем я. Единственное, о чем я прошу, чтобы ты тоже оставила это позади. Разве это не справедливо?
— Да нет, почему же.
— Ну и хорошо. — Рик посмотрел на меня, и все его добродушие моментально испарилось. — Стало быть, ты признаешь, что между вами что-то было?
Тугой узел, образовавшийся в животе, начал развязываться, и на верхней губе у меня выступили капли пота. Я поднялась.
— Пойду поищу туалет. Сейчас вернусь.
От стола я заставила себя отойти медленно и спокойно, но едва войдя в туалет и заперев за собой дверь, наклонилась над унитазом и меня стошнило; все тело сотрясали сильные судороги. Похоже, этого мой желудок давно уже дожидался — из меня извергалось все, съеденное в Швейцарии и во Франции.
![Последний побег](/storage/book-covers/f4/f410bc8f6cdc5852a80f379fe47c783a54f2be3b.jpg)
Покидая родную Англию вместе с сестрой, Хонор Брайт не представляла, насколько чужой будет для нее Америка. Солнце здесь слишком горячо, грозы — жестоки, люди — не похожи на соседей по квакерской общине. Даже любимым шитьем она не может заниматься по-прежнему — здесь принято не вышивать, а делать аппликации. Что выбрать: стать такой, как все в Огайо, или решиться на последнее бегство…
![Тонкая нить](/storage/book-covers/e3/e3c29d1e3ca70446aebf79f341984a7bdb92c2c6.jpg)
1932 год. После того как Великая война забрала и жениха, и любимого брата, Вайолет стала одной из «лишних женщин», обреченных на одиночество. И все же она не может примириться с тем, что ей не остается ничего другого, кроме забот о вечно недовольной матери. С трудом скопив небольшую сумму, Вайолет переезжает из родного дома в Уинчестер и начинает новую, самостоятельную жизнь. Помимо скудного питания, пансионата, продуваемого сквозняками, и косых взглядов, брошенных на безымянный палец без кольца, в этой жизни и в этом городе есть нечто иное: величественный собор, дружеское участие и волшебное ремесло вышивальщицы, которое дарит утешение и позволяет дарить его другим.
![Прелестные создания](/storage/book-covers/b2/b2a1f645577e91661774aeb49842603f041fa417.jpg)
Консервативная Англия начала XIX века. Небольшой приморский городок. Именно в нем происходит встреча уроженки этих мест Мэри Эннинг, чья семья живет в ужасающей бедности, и дочери состоятельного лондонского адвоката Элизабет Пилмотт, которая вместе с сестрами поселилась здесь. Девушки подружились. И дружбу их скрепила общая любовь к неизвестным существам, окаменелые останки которых они находили в прибрежных скалах.Однако их привязанность трещит по швам, когда Мэри и Элизабет влюбляются в одного и того же человека, тоже охотника за древностями.Найдут ли девушки в себе силы вернуть дружбу? Или та будет перечеркнута взаимными упреками и несправедливыми обвинениями? Хватит ли у Элизабет мужества защитить Мэри Эннинг, когда та попадет в беду?Новая книга от автора международного бестселлера «Девушка с жемчужной сережкой».
![Новенький](/storage/book-covers/dc/dc2971fbc7a3d713c15dad1a97cd3ff95a07eff3.jpg)
Когда в школе появляется новый мальчик, сын дипломата, учителя и ученики принимают его настороженно. Новенький, Осей, – единственный чернокожий в «белой» школе. К настороженности добавляются зависть и удивление после того, как в первый же день учебы новенький составляет необычную пару с Ди, самой популярной девочкой школы. И тогда другой мальчик, привыкший держать все под контролем, решил разрушить новый союз. Шекспировские страсти: любовь, ревность и предательство – на школьной площадке Вашингтона.
![Удивительные создания](/storage/book-covers/e6/e68071a1a9c83ee8c414428f155c09ff84c8a40a.jpg)
1820 год. Консервативная Англия. Небольшой приморский городок. Именно в нем происходит встреча уроженки этих мест Мэри Эннинг, бедной и необразованной девушки, и Элизабет Филпот, дочери состоятельного лондонского адвоката. Дружбу Мэри и Элизабет скрепляет общая любовь к странным окаменелостям, которые они находят в прибрежных скалах. Однако их дружба подвергается испытанию на прочность, когда обе девушки влюбляются в одного и того же человека, тоже охотника за древностями. Найдут ли девушки в себе силы восстановить отношения и забыть о взаимных упреках и несправедливых обвинениях? Хватит ли у Элизабет мужества защитить Мэри Эннинг от клеветы, сплетен и незаслуженных оскорблений? «Удивительные создания» – великолепный исторический роман, повествующий о двух выдающихся женщинах-палеонтологах Мэри Эннинг и Элизабет Филпот, которые сумели изменить представления ученых о происхождении жизни на Земле. Ранее книга выходила под названием «Прелестные создания».
![Девушка с жемчужиной](/storage/book-covers/92/927934d317c2befc7fae04bc4a32ebd18f7940ef.jpg)
«Девушка с жемчужиной».Картина, много веков считающаяся одной из загадочнейших работ Вермера Делфтского. Но… в чем заключена загадка простого, на первый взгляд, портрета? Возможно — в истории его создания?Перед вами — история «Девушки с жемчужиной». Вечная — и вечно новая история Художника и его Модели, история Творчества и Трагедии. Возможно, было и не так… Но — какое это имеет значение?
![Тайная жена Казановы](/storage/book-covers/c6/c672353872e915dc0d9dec3250a6397663c54d0b.jpg)
Венеция, XVIII век. Жизнь Катерины Капретте спокойна и размеренна. А двадцать лет назад она бурлила любовными авантюрами и сладострастными приключениями — ведь когда девушке было четырнадцать, в нее влюбился сам Казанова, знаменитый соблазнитель. Для того чтобы удержать его рядом с собой и обязать жениться, Катерина решилась на отчаянный шаг… За это родители отправили ее в монастырь. Спустя годы давняя соперница Катерины Марина начинает грязный шантаж, всеми силами стараясь раскрыть шокирующие и головокружительные тайны жены Казановы…
![Жемчужина Корсики](/storage/book-covers/14/147a041ac1f4d504131c4d29ad9813fd41f6ee67.jpg)
В V веке племя вандалов разоряет один из процветающих городов Римской империи – Карфаген. Десятилетняя девочка Юлия захвачена в плен и продана в рабство Евтолмию – богатому торговцу из Сирии. Нелегко приходится подрастающей красавице среди чуждых по вере людей, завистливых и сластолюбивых взглядов, каждодневного изнуряющего труда. Но вот, наконец, казалось, молодую девушку постигает удача – в Юлию влюбляется её хозяин Евтолмий. И тут господин и рабыня отправляются в морское путешествие…
![Последний пророк](/storage/book-covers/9b/9b2a8842e3b7c45cf9699fe5d716c0908b1aef4f.jpg)
Фарадей Хайтауэр, успешный практикующий врач, потеряв жену, которая умерла во время тяжелых родов на корабле в Атлантике, теряет веру в Бога и, оставив свое ремесло, отправляется путешествовать по свету в поисках утраченного. Не найдя ответов на мучившие его вопросы и не обретя душевного покоя и смирения, он решает проститься с жизнью. Но неожиданный ночной визит старой цыганки мешает свершиться задуманному. Цыганка уверяет Фарадея, что она послана к нему его умершей женой, и велит собираться в новое путешествие…
![Урок удовольствия](/storage/book-covers/77/77f8af8a8ef4d85ec9ab8ca02cf01500d1c66159.jpg)
С момента, как Король призвал мужа леди Элеонор в крестовый поход, она молилась о его благополучном возвращении. Находясь на Святых землях, сэр Гевин посылал домой необыкновенные богатства: гобелены, специи, масла. Но среди роскошных тканей лежала книга с изображением любовников, сплетённых в экзотической позе, о которой леди и не мыслила. Элеонор провела много одиноких ночей, мечтая, чтобы Гевин подарил ей наслаждение таким же образом. Но Гевин вернулся чужим и отстранённым, и Элеонор начинает опасаться, что потеряла единственного мужчину, которого когда-либо любила.
![Анна. Тайна Дома Романовых](/storage/book-covers/cf/cf223759af6c44bb3d8a92413a01eeac16e5c8f5.jpg)
Так начинались едва ли не все самые драматические, самые безум-ные истории о любви. Российский самодержец Павел I на балу обратил внимание на дочь московского сенатора Анну Лопухину… И весь мир для него вдруг мгновенно преобразился. Куда делись императорская невозмутимость, сдержанность и самообладание? Непозволительные чувства хлынули, как цунами, смыв в туманную даль бесконечные заботы и тревоги о судьбе России. Вмиг охладел некогда пылкий интерес к фаворитке Нелидовой. В сердце государя теперь была только она, юное, божественное создание, и она оставалась там до жуткой кончины Павла I. По сей день с полотен художников, писавших портреты Лопухиной, смотрит на нас очаровательная молодая женщина с большими темными глазами, которые как бы говорят: «Я была рождена для тихой семейной жизни, но, увы, вышло совсем по-другому…».
![Последняя ошибка императора](/storage/book-covers/f4/f47be51019cd99e25fe1488886b81f218ccf08b2.jpg)
Может ли любовь погубить империю? Какой беспристрастный свидетель поможет точнее понять минувшую эпоху, лучше, чем свидетельства современников и исторические документы? Российские императоры, их жены, фавориты и фаворитки – загадочные истории и необычные повороты сюжета. Борьба за власть и придворные интриги. О женской любви, которую не смогла сломить даже пытка, и как оценил ее первый русский император Петр I. Правители и самозванцы, гении и безумцы, аристократы духа и проходимцы.