Депортация - [5]
Маркелов Д., 2118 – 11-23 19: 44: 15 UTC: А почему об этом ни строчки в отчете?
Глава 3. Беженец.
Как выяснилось, Вторая Луна, точнее, ее население не вымерло. Энерговооруженность Второй Луны была впечатляюща, и когда мы перестали получать от нее ресурсы в обмен на продовольствие, воздух и воду, они перепрофилировали имеющуюся технику на выработку кислорода из кремнезема. Видимо, они нашли и минералы группы эвдиалита, и выделили из них водород. Хотя водорода в нашей Системе хоть отбавляй, и получить его не составляет проблемы. Это все мне объяснил Карел, я и слов-то таких до этого не знал.
– А что же они ели? – спросил я. Хорошо, кислород они добывают, воду синтезируют (тут даже моих скромных познаний хватало, чтобы понимать как), – но водой же сыт не будешь?
– Мы имели глупость поставлять им не только сублимированные продукты, но и, например, картофель, зерно и даже фрукты, – почесав переносицу, ответил Карел. – При известной сноровке можно заложить гидропонические фермы, которые способны прокормить оставшихся на начальном этапе.
– Ну хорошо, год, два, но там же осталось несколько миллионов! Как можно на голом планетоиде, где только радиоактивные камни, вакуум и температура, близкая к абсолютному нулю, без внешних поставок, выжить – и даже предъявить претензии к новому правительству? Кроме того, мы же вывезли всех ценных специалистов. Кто смог все это организовать – шахтеры?
– Шахтеры-вахтеры… мы вывезли далеко не всех, многим наши условия не понравились – что неудивительно, – Карел явно начинал терять терпение. – Та якобы шлюшка, которую мы – точнее ты – прибил, знаешь, кто она? Не интересовался? Обошлось, и ладно, ссукован? А вот я поинтересовался, после того как вошел в наше новое гребаное правительство! Ирина Мосс, доктор физики, полсотни публикаций по всей Ойкумене, входит в пятерку ведущих специалистов по артефактам Предтеч, участвовала в первой высадке на Первую Луну, извини за каламбур! Одна из пяти выживших – из сотни, принесла в клюве ценнейшую информацию, которая теперь позволяет Земле – заметь, не нам, а Земле – строить внепространственные туннели. Потому что мы нахер никому не нужны. Да у нее мозгов было больше, чем у любых вместе взятых десяти индивидуумов нашего так называемого Парламента, и даже если присовокупть к этому десятку нас с тобой, долбоклювов, все равно столько не наберется. А ты ее кулаком по мозгам. Думаешь, наши традиции нас с тобой отмазали? Это папа твой постарался. Вырастил, мудака на свою голову. Экономиста блин. И после того локального адка, который мы, и мы с тобой в том числе, устроили беженцам – думаешь, им так понравилось у нас на Авроре? Да хер там! Они ломанулись назад, в их безвоздушный холодный ад. Потому что наш теплый воздушный рай для них хуже ада.
Этот разговор становился мне все более и более неприятен. Странное поведение Карела, полное игнориривание моих попыток образовать маленький Круг напрягло меня все сильнее. Но я собрался с эмоциями и спокойно спросил:
– Хорошо, там были ученые, там были инженеры. Но прошло уже более десяти лет. Что они едят сейчас?
Карел выдохнул и успокоился.
– С большой вероятностью земляне пробили туннель, который позволил им организовать гуманитарную – и не только – помощь, – сказал он. – Эта технология, что за ирония судьбы – создана на основе работ той самой "шлюшки", которую ты так гордо и независимо грохнул в молодые годы.
– Нам факультативно читали теорию создания подобных туннелей, – возразил я. – И я помню, что они практически бесполезны, потому что для их поддержания требуются звездные энергии, а прорастают они со световой скоростью, и зерном служит квант размерности пространства.
– Я никогда не имел хорошего мнения о факультативных курсах, – нарочито ровным тоном продолжил Карел, – но даже твое обрезанное образование может тебе позволить сделать ровно два допущения, первое – что земляне таки овладели звездными энергиями, и второе – что туннель начал расти задолго до известных тебе событий. И теперь нам придется выжигать Вторую Луну нашим внутрисистемным флотом, который состоит из двух здоровенных десантных кораблей практически без вооружения и одного дурацкого орбитального бомбардировщика образца XXII века. Который, конечно, может прижечь шкурку, но до многокилометровой глубины шахт не доберется. Если бы мы собрались воевать Землю, это корыто могло бы пригодиться, но против наших же людей на Второй Луне оно бесполезно.
Он замолчал, достал из кармана коммуникатор, активировал экран, быстро пролистал несколько страниц и убрал его обратно в карман.
– Хочешь еще интересных рассказов? Их есть у меня. Вот скажи мне, экономист, почему тебе, блестящему выпускнику, революционеру, в первых рядах штурмовавшему Дворец Правительства, пострадавшему и награжденному, обласканному и стоящему на трибуне рядом с Лидером и будущим президентом в час нашего триумфа, не досталось никакого значимого поста в новом правительстве?
– Я занимаюсь важным делом, – попытался возразить я. Но Карел меня перебил.
– Ты перекладываешь ничего не значащие и ни на что не влияющие бумажки. Та экономика, которую ты учил на лекциях Пимчука, не может окупить и расходов на учебники. Эти дурацкие лозунги – "рынок все расставит по своим местам", "экономика лишь условие и средство человеческой жизни" – да, да, не смотри на меня так, мы хоть и технари, но определенное количество часов на лекциях этого говнюка вынужденно отсидели, – он и ему подобные высосали из своего грязного указательного пальца. Вот поэтому и получилось, что наше правительство на девяносто процентов состоит из пламенных революционеров, в глазах которых страх господень, потому что они понятия не имеют, что с этой свалившейся на них властью делать. Разве только набивать карманы, но, увы, нечем – все уже украдено до них. А десять процентов – это мы, технари, которых позвали, чтобы сообразить из остатков нашей промышленности хоть что-то отдаленно похожее на экономику. Нас, а не вас! Потому что вам, опускаясь до прямой лжи, вдолбили в подкорку, что без нашей жратвы метрополия загнется, без наших внутрисистемников они перестанут летать, и мерканцы лучшие торгаши и обеспечат нашим товарам наивысший спрос.

Фантастическая повесть о 3-х пересекающихся мирах. Основное действие разворачивается в 80-х годах двадцатого столетия, 2010-х 21 века и в недалеком будущем. Содержит нецензурную брань.

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.

В Аскерии – обществе тотального потребления, где человек находится в рабстве у товаров и услуг и непрекращающейся гонки достижений, – проводится научный эксперимент. Стремление людей думать заменяется потребительским инстинктом. Введение подопытному гусю человеческого гена неожиданно приводит к тому, что он начинает мыслить и превращается в человека. Почему Гусь оказывается более человечным, чем люди? Кто виноват в том, что многие нравственные каноны погребены под мишурой потребительства? События романа, разворачивающиеся вокруг поиска ответов на эти вопросы, унесут читателя далеко за пределы обыденности.

Борис Ямщик, писатель, работающий в жанре «литературы ужасов», однажды произносит: «Свет мой, зеркальце! Скажи…» — и зеркало отвечает ему. С этой минуты жизнь Ямщика делает крутой поворот. Отражение ведет себя самым неприятным образом, превращая жизнь оригинала в кошмар. Близкие Ямщика под угрозой, кое-кто успел серьезно пострадать, и надо срочно найти способ укротить пакостного двойника. Удастся ли Ямщику справиться с отражением, имеющим виды на своего хозяина — или сопротивление лишь ухудшит и без того скверное положение?В новом романе Г.

«Время пожирает все», – говорили когда-то. У древних греков было два слова для обозначения времени. Хронос отвечал за хронологическую последовательность событий. Кайрос означал неуловимый миг удачи, который приходит только к тем, кто этого заслужил. Но что, если Кайрос не просто один из мифических богов, а мощная сила, сокрушающая все на своем пути? Сила, способная исполнить любое желание и наделить невероятной властью того, кто сможет ее себе подчинить?Каждый из героев романа переживает свой личный кризис и ищет ответ на, казалось бы, простой вопрос: «Зачем я живу?».