Цемесская бухта - [6]
(Кончил петь, но продолжает играть. Затем кладет баян на скамейку.) Вот так, братушки... Поиграю эту песню, и на душе благодать разливается.
Рахимов. Ты играешь песню про землю, а я свою вспоминаю... Фергану... Ферганскую долину... Кончится война, я тебя приглашаю, Василий... Сейчас там дыни... Фрукты... Поедем, Василий?
Хоботок. А чего ж нет, Гафур?! Поедем... Ираклия с собой возьмем. Поедешь, Ираклий, к Гафуру в Фергану?
Нижарадзе. Сначала в Грузию. У нас тоже достоинства имеются... Виноград... Вино молодое... Шашлык жарить будем. Сациви... Гранаты...
Хоботок. Что такое гранаты, мы знаем... А что такое сациви?
Нижарадзе. Сациви — это еда такая... Курица-индейка под ореховым соусом.
Хоботок. А разве индейки еще остались на свете?
Нижарадзе. Обязательно должны остаться... Без индейки, без курицы сациви не сделаешь.
Хоботок. Тогда безусловно должны остаться. Слушай, Гафур, а у тебя жена есть?
Рахимов. Нет... Жены нет...
Хоботок. Значит, тебя никто не ждет?
Рахимов. Зачем не ждет? Почему Гафура никто не должен ждать? Разве Гафур сирота? Гафура мать ждет.
Хоботок. А папа? Отец то есть?
Рахимов. Папа тоже ждет... Но его дома нет... Он на фронте... Папа Гафура тоже воюет.
Хоботок. Ты счастливый, Ираклий. Маша меня перевязывала и все говорила: «Я люблю Илючку моего, Илючку...» (Рахимову.) Такая тоненькая, как лозиночка... Маша Кузина... (Нижарадзе.) Повезло тебе.
Нижарадзе. А я боюсь... Там смерть на каждом шагу.
Рахимов. Где сильная любовь — смерть отступает.
Нижарадзе. Снаряды там... Бомбы... Гранаты...
Хоботок. Гранаты есть, сациви нет. (Перебирает лады баяна, напевает.)
(Играет.)
Входит Этери Нижарадзе — мать Ираклия. Она в черном платье, в черном выгоревшем платке, седая, маленькая. В руках у нее мешочек. Мать остановилась, смотрит на сидящих бойцов. Узнает своего сына, но боится разрушить то, что ей, возможно, в эту минуту кажется видением. Она стоит с другой стороны сцены, боясь шелохнуться. Первым ее замечает Рахимов.
Рахимов. Бабушка, кого ищете?
Нижарадзе(кричит). Мама! Мама!
Хоботок. Ты что, Ираклий?
Нижарадзе(рывком поднимаясь). Мама! Моя мама!
Этери(пытаясь бежать к Ираклию). Сын! Сын! Сын! (Упала на землю.)
Нижарадзе(подбежав к матери). Мама, мама... Да что ж ты! Что ж ты?!
Рахимов(подходя к Этери). Не надо так, мама... Не надо... Надо подняться, мама...
Хоботок(прыгая на костылях). Что же вы, мамочка, такой переполох устраиваете?
Все трое поднимают Этери.
Этери. Мой сын! Мой сын! Ираклий! Это... Это ты, Ираклий? Это ты?
Нижарадзе. Я, мама... Я...
Все ведут ее к скамейке.
Рахимов. Садитесь, дорогая мамочка...
Нижарадзе. Как же ты так сюда, мама? Как же ты так?
Этери(гладит Ираклия). Ах ты мой... И жив...
Хоботок. Ваш сын, мамочка, будет всегда жить... Пули в его организме не задерживаются... Тело у него тонкое, они проскакивают сквозь него...
Этери. А я шла... Я ехала... Скажу — у меня сын, я его мама... И они везут... Везут, везут... Через Батуми... Через Сухуми... Везут, везут... К моему сыну везут... Через Сочи... Через Туапсе... Везут, везут... В Геленджик привезли... Сухари давали... Пшенную кашу давали... Полевую почту открыли... Госпиталь показали... Я без сына не могла... Я приехала...
Нижарадзе. Ах ты мама, мама...
Этери. Лейтенанты разрешали... Генералы разрешали... Понимали — не может мать без сына жить. Не может сын без матери жить. Где эта пуля, которая убить хотела тебя? Где эта пуля?
Хоботок. Пуля эта, мамочка, на Малой земле осталась... А сын ваш на Большую землю попал...
Этери. Поедем, сын мой... Поедем обратно... Я тебя молоком буду поить...
Нижарадзе. Этот вопрос, мама, еще рано ставить. Еще война идет. Еще немцы у нашего Черного моря находятся,..
Этери. Тогда я с тобой останусь... Ты в бой пойдешь, и я пойду... Ты стрелять будешь — и я стрелять буду...
Рахимов. Мама, разрешите мне вашу руку поцеловать!
Этери. Что вы, что вы?!
Нижарадзе. Это мои товарищи, мама... Это Гафур из Ферганы, мама... А это Василий с Украины.
Рахимов(целуя руку Этери). Ваша рука — это рука всех наших матерей...
Входит Кузина. Она с узелком в руке. Ее не видят, но она медленно идет к скамейке.
Хоботок. Маша! Маша!
Нижарадзе. Машенька... (Идет навстречу Кузиной. Обнимает, целует ее.)
Кузина. Что ты? Что ты делаешь? Ираклий, что ты делаешь? Тут же... Тут же...
![Стряпуха](/storage/book-covers/a0/a0fd9a304d98a6a3e5af5efd62b0cff21db04bfa.jpg)
Собрание сочинений в пяти томах, том 3Из послесловия:...А.Софронов любит слово, он не балуется, не «шалит» со словом, не ёрничает, не жонглирует современными словечками, не заостряет язык... он любовно и остроумно, бережно и осторожно вводит диалектизмы, создавая определенную интонационную окраску речи, которая чувствуется уже при чтении и слышится при исполнении пьесы актерами. Прекрасным примером подобного словесного богатства может служить язык пьес «Стряпуха», «Стряпуха замужем», «Павлина»...Вл.Пименов.
![Московский характер](/storage/book-covers/e3/e3585ed0b481f771e5bbb07276cce23e41cd3673.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Павлина](/storage/book-covers/78/78a36ad41f44ea803e2bbd0e4d9fa7956c01101e.jpg)
Собрание сочинений в пяти томах, том 3Из послесловия:...А.Софронов любит слово, он не балуется, не «шалит» со словом, не ёрничает, не жонглирует современными словечками, не заостряет язык... он любовно и остроумно, бережно и осторожно вводит диалектизмы, создавая определенную интонационную окраску речи, которая чувствуется уже при чтении и слышится при исполнении пьесы актерами. Прекрасным примером подобного словесного богатства может служить язык пьес «Стряпуха», «Стряпуха замужем», «Павлина»...Вл.Пименов.
![Карьера Бекетова](/storage/book-covers/da/daf95b7b8e88da7d68d06791ff8ea738d83b1b29.jpg)
Собрание сочинений в пяти томах, том 3Из послесловия:...Как далеко шли его планы! Он был похож на современного Растиньяка, даже, я сказал бы, он был опаснее, потому что жил в новом, советском обществе. Карьерист Бекетов, не задумываясь, сшибал ставших на его пути хороших, но слишком доверчивых людей. Этот герой, действовавший жестоко, с холодным и трезвым расчетом был показан в пьесе как весьма опасная и злобная сила...Вл.Пименов.
![Миллион за улыбку](/storage/book-covers/a4/a417c86085cc196e5ad7a5c6c99270611005b1e4.jpg)
Собрание сочинений в пяти томах, том 3Из послесловия:...Вот уже пятнадцать лет не сходит со сцены эта веселая «комедия-шутка без нравоучений». Не случайно она поставлена на сценах многих театров, в том числе зарубежных. Она привлекает тонкостью иронической шутки, неожиданностью завязки и плетением интриги, свойственным только героям определенной социальной среды...Вл.Пименов.
![Человек в отставке](/storage/book-covers/e2/e275f010b842a855022313aa643314c123c4d1a5.jpg)
...Пришло мирное время, но герои побеждают не только на фронтах войны, они становятся в боевой расчет нового фронта. И какие бы ни были идеологические издержки тех лет, такие, как Подрезов, не сдадут идейных позиций, отстоят завоевания советского народа, никому не позволят под видом преодоления последствий культа личности нападать на то, что составляет наше революционное первородство...