Безрассудная леди - [8]
— Я не вино имею в виду, милый, а говорю о твоей проблеме. Если ты можешь обсуждать ее только на трезвую голову, то дело действительно плохо.
Лукас тут же демонстративно отправил Смитерса за бренди. Пьяному или трезвому, говорить об этом все равно будет безумно трудно.
В тот момент, когда вернувшийся Смитерс поставил графин и суженный кверху бокал возле его локтя, со двора послышался хриплый собачий лай, и леди Стратмир в недоумении подняла изящную головку.
— Боже мой, Смитерс, у нас непрошеные гости?
— Никак нет, миледи. — Выражение лица Смитерса оставалось непроницаемым. — Это, должно быть, девушка играет с собаками.
Лукас заметил, как мать прищурила глаза, но это длилось всего мгновение.
— Девушка? — вежливо переспросила она.
— Иностранка, миледи.
— Пока это все, Смитерс. — Кивнув дворецкому, Далси подождала, пока он уйдет, а затем, оживившись, словно кошка, которая подстерегла мышь, произнесла: — Девушка-иностранка?
Поднявшись с кресла, она подошла к окну.
— Боже милосердный!
Лукас неохотно присоединился к ней и увидел, что Татьяна с развевающимися, как у Иезавели, распущенными волосами возится в пыли с английскими догами.
— Кто это?
Он резко задернул шторы.
— Если бы я знал ответ, мама, то не позвал бы тебя сюда.
Графиня вновь опустилась в кресло; ее глаза загорелись любопытством.
— Дорогой, умоляю, немедленно расскажи мне все.
Час спустя с помощью немалого количества бренди Лукас рассказал не то чтобы все, но столько, сколько мог без ущерба для интересов национальной безопасности, причем к этой предосторожности мать отнеслась с полным пониманием. Он не мог, например, назвать ей имя Казимира Молицына, не мог даже назвать страну, из которой привез девушку… Тем не менее графиня понимающе хмыкнула, тут же заметив:
— Должно быть, это Россия. И ты говоришь, что она не желает с тобой разговаривать?
— Ни со мной, ни с кем-либо другим.
— Неудивительно, что Смитерс выглядит так, словно проглотил какую-то гадость. Видишь ли, просто несправедливо заставлять его и всех остальных мириться с подобным отклонением от общепринятых норм.
— Поверь мне, для меня эта ситуация тоже не сахар. Мне пришлось тайком вывозить девчонку из России, занятой французами…
— Ах, дорогой, я вовсе не хочу преуменьшать неудобства, выпавшие на твою долю. У тебя и без того здесь масса дел, требующих внимания и времени.
— Именно так оно и есть, — насторожившись, заметил Лукас.
— Ну что ж, я всегда говорила, что если тебе нравится тратить свою жизнь, ковыряясь в розовых кустиках…
— Лучше взгляни на бухгалтерские книги. В прошлом сезоне я получил такую прибыль от продажи леса и роз, что ты сможешь целое столетие ублажать себя растертым в порошок жемчугом.
— Кто-то ведь должен поддерживать престиж семьи, — колко заметила Далси.
— Если ты подразумеваешь под этим, что я буду ходить на задних лапках перед этим жирным боровом, которого называют принцем-регентом…
Далси поспешно зажала руками уши, Лукас сделал глубокий вдох, сосчитал до десяти, потом до тридцати, потом до пятидесяти и наконец громко, отчетливо произнес:
— Извини, мама, что я не оправдал твоих надежд. Извини, что я не дал тебе внуков. Ну, довольна?
Далси опустила руки.
— Я хочу, чтобы ты женился не ради меня, дорогой. Если бы ты только понял, какое счастье идти по жизни рука об руку с человеком уважаемым, с человеком достойным… — По выражению его лица графиня увидела, что ему надоели разговоры на эту тему, и глубоко вздохнула. — Ладно, поступай как знаешь. Ты обратился ко мне за помощью, и я с радостью помогу. Скажи мне только, что от меня требуется?
Лукас медленно выдохнул. Могло быть хуже, подумал он и, встав, подошел к камину.
— Не знаю, что с ней делать, мама. Я несу за нее ответственность, но, судя по всему, она этого не желает.
— Наверное, у нее где-нибудь есть какая-то родня. Ты не навел справки?
— Пытался. Но меня насторожило то, что случилось… в ее деревне. Они разыскивали ее. И мне не хочется, чтобы кто-то узнал, что она находится здесь.
— Ты написал послу в… в страну ее происхождения?
— А что я могу ему написать? Что у меня в Дорсете находится крестьянская девушка? И спросить, не разыскивает ли ее кто-нибудь?
— Ты сказал, что убийца назвал тебя по имени. Тебе не кажется, что ты подвергаешь себя опасности, скрывая ее здесь?
— Не знаю. Не думаю. Как-никак с тех пор прошло семь месяцев.
— Гм-м, пожалуй. И твой друг — тот, который дал тебе эту записку, — он тоже погиб?
— Я наводил справки. Умер от дизентерии. Ничего подозрительного в связи с обстоятельствами его смерти не было.
Леди Стратмир вздохнула. Видит Бог, она надеялась найти здесь что-то другое. Обеспеченную дорсетширскую пастушку, например, — это по крайней мере означало бы, что Лукас постепенно выходит из глубокой хандры, в которую погрузился после скандальной истории с Джиллиан Иннис-форд.
Она бросила взгляд на сына, стоявшего опираясь рукой на каминную полку. У него было отцовское самообладание и такое же чувство собственного достоинства, несмотря на то что эта рыжая бестия приложила немало усилий, чтобы опозорить его. Насколько помнила Далси, он впервые в жизни обратился к ней за помощью.
Юная Николь Хейнесуорт убеждена в том, что академия для молодых девушек, где ей предстоит постигать науку о том, как стать настоящей леди, больше напоминает тюрьму. Прелестная бунтарка намерена исчезнуть оттуда сразу же после поступления, но… Встреча с лордом Брайаном Бору молниеносно меняет планы Николь. Может ли она сбежать от блестящего, дьявольски привлекательного шотландца, в которого страстно влюбилась с первого взгляда? Покинуть мужчину, который ДОЛЖЕН — нет, просто ОБЯЗАН! — принадлежать ей душой и телом, стать ее возлюбленным и супругом?…Не беда, что сам Брайан еще ничего не знает о планах Николь.
Эпохе испанского правления в Калифорнии приходит конец — американцы вытесняют гордых идальго с их законных территорий. Испанцы отвечают завоевателям дерзкими налетами и головокружительными вылазками… Жизнь благородного разбойника Рамона де ла Герра наполнена опасными приключениями, лихими погонями, отчаянными грабежами. Казалось бы, в ней нет места для любви и нежности. Но однажды Рамон встречает гордую юную Кэрли Мак-Коннелл — и его ожесточившееся сердце словно обжигает пламя…
Юная итальянка Катриона Сильвано всю жизнь мечтала о том, как будет выступать перед самой изысканной европейской публикой. И она не променяла бы свою мечту ни на что, если бы в ее жизнь не ворвался словно вихрь Питер Карлэйл, обаятельный англичанин, аристократ до мозга костей. Талантливая певица встает перед выбором: что предпочесть – страсть или исполнение мечты…
Спасая от виселицы бандита Джейка Бэннера, Кэтрин Логан всего лишь хотела подарить ему еще один шанс, а подарила… свое сердце.
Сэр Николаc Боваллет — потомок знатного рода и знаменитый пират. Однажды, в жестоком бою, он захватывает испанский галеон, и среди пассажиров корабля оказывается прекрасная сеньора. Бовалле и Доминика испытывают друг к другу одновременно вражду и непреодолимую страсть. Но любовь побеждает...
Она — Констанция Морлакс, самая богатая наследница Англии. Блестящая красавица с лучистыми глазами, она оказывается втянутой в жестокую «игру» короля Генриха I за власть. Ей приходится вернуться в Уэльс, где она становится жертвой преступника, сбежавшего из заключения, вломившегося в ее спальню и покорившего ее своими любовными прикосновениями.Он — загорелый белокурый Адонис, чье опасное прошлое заставляет его скитаться по стране. Он избегает сетей врага — только чтобы найти женщину, чьи поцелуи жгут его душу.
Быть музой поэта или писателя… Что это — удачная возможность увековечить свое имя, счастье любить талантливого человека и быть всегда рядом с ним, или… тяжелая доля женщины, вынужденной видеть, из какого сора растут цветы великих произведений?.. О судьбах Екатерины Сушковой — музы Лермонтова, Полины Виардо — возлюбленной Тургенева, и Любови Андреевой-Дельмас, что была Прекрасной Дамой для Блока, читайте в исторических новеллах Елены Арсеньевой…
Брак юных Натана Уинчестера и Сары Сент-Джеймс был заключен по приказу короля, решившего навеки связать родственными узами два враждующих клана. Ему было четырнадцать лет, ей – ….Но сразу же после свадьбы супруги разъехались… чтобы встретиться лишь четырнадцать лет спустя.
Один из лучших женихов Лондона, дуэлянт, не знающий поражений, красавец — таков был неотразимый маркиз Родгар. Однако блистательный светский лев поклялся НИКОГДА не поддаваться женским чарам, НИКОГДА не связывать себя узами брака — и долгие годы свято держал свою клятву…До того дня, когда по воле короля он стал защитником графини Дианы — красавицы, в которой слились воедино прелесть прирожденной соблазнительницы и яростная независимость женщины, имевшей все основания не доверять представителям противоположного пола.
Печальная судьба уготована юнги кельтской красавице Риган — она жертвует целомудрием ради сестры, заменив ее на брачном ложе, после чего отправляется в монастырь.Однако из убогой кельи Риган попадает в руки работорговца, а затем — в гарем. Там девушке предстоит постигнуть науку любви, а пламенный и нежный Карим-аль-Малина должен превратить ее в лучшую рабыню халифа. Но, рискуя навлечь на себя гнев восточного владыки, учитель и ученица влюбляются друг в друга.
Красивый, как античный бог, и баснословно богатый Саймон Бассет, герцог Гастингс, был вожделенной добычей для всех незамужних аристократок Лондона — но не имел ни малейшего желания прощаться с радостями холостяцкой жизни.Прелестная Дафна Бриджертон отлично понимала, чтобы сделать выгодную партию, необходимо прежде всего обзавестись — пусть даже только для вида — блестящим поклонником.Так появляется в свете эта парочка. Однако лукавая судьба смеется над людской хитростью — и очень скоро «боевой союз» Саймона и Дафны превращается в подлинную, жгучую страсть, а старательно разыгрываемая ими любовь внезапно оказывается любовью истинной…