Беседы на Евангелия. В 2-х книгах - [3]

Шрифт
Интервал

. Все это так, но значение литературно-богословской деятельности папы в другом: он, как никто до него, ярко выразил возможность, так сказать, построения новой, христианской, культуры без всякой оглядки на громадные и блестящие культурные достижения античной цивилизации.

Следует принять во внимание и аудиторию, к которой Святии тель обращался: ему робко предстояла совершенно необразованная да еще и многоязычная, а порою и, простим игру слов, многоязыческая «разношерстная» масса италийцев и варваров.

Неудивительно, что с благодатным словом Григория в богословскую культуру Запада словно бы явилось само первохристианство, словно бы эпоха «простых рыбарей», на новом историческом витке, пришла на истерзанную землю Италии.

Во всяком случае, «Беседы на Евангелия» (Homiliae in Evangee lia), предлежащие ныне благочестивому читателю, — именно такая «простая» книга.

Беседы эти, в жанре постиллы (то есть проповеди-толкования прочитанных перед тем слов Евангелия), были произнесены Святителем (или его помощниками за слабостью здоровья Григория) во время торжественных народных собраний в храмах во дни памяти святых, во дни воскресные (dies Dominici), во дни великих праздников или во дни постов.

К месту необходимо сказать несколько слов об особенностях старинного латинского церковного календаря.

Поскольку перевод римской литургии с греческого языка на латынь (середина III века) и появление Священного Писания на латыни (так называемая Вульгата, конец IV — начало V века) привели к определенному разрыву с греческой богослужебной практикой, это положило начало известным переменам в церковной жизни вообще и в церковном календаре в частности (впрочем, по мнению блаженного Рабана Мавра († 856), эти особенности латинского календаря являются гораздо более древними[4]).

Вот почему надлежит пояснить, что Неделя семидесятая (Dominica in Septuagesima) — это воскресенье о блудном сыне, Неделя шестидесятая (Dominica in Sexagesima) — Мясопустное воскресенье, Неделя пятидесятая (Dominica in Quinquagesima) — Сырное воскресенье, за которым в среду (так называемая пепельная среда, dies cinerum) начинался пост Четыредесятницы, Неделя страстная (Dominica in Passione) — воскресенье, предшествовавшее Вербному, а посты «четырех времен» — это особые постные дни (среда, пятница и суббота), которые соблюдались в «четыре времени» (quator tempora) года: весной после первого воскресенья Четыредесятницы, летом после Пятидесятницы, осенью в сентябре и зимой перед Рождеством Христовым[5].

Считается, что Беседы на Евангелия «наговорены» Святителем в самые первые годы его архипастырства, более того, он уже тогда сам собрал их в книгу, сам «структурировал» ее, отредактировал и в таком виде «выдал в свет». Впрочем, по мнению французского переводчика, эти проповеди все равно «остаются, по большей части, явно устного стиля»[6].

Главной целью своей книги Григорий видел нравственное усовершенствование христианина, для чего увещевал паству возвысить души к бессмертным ценностям небесного отечества: «Мы же, зная о вечных радостях отечества небесного, должны как можно скорее поспешать к ним» (Наст. изд. С. 22). Проповедь Святителя неукоснительно обращена к возможности и необходимости спасения и к осознанной любви к вечности, «потому что самая любовь есть знание» (Наст. изд. С. 248).

Нравственно-практическая направленность слова Григория не должна удивлять читателя: это целеполагание связано со специфическими особенностями римского, выражаясь современным языком, менталитета. Юридически-практическое отношение к миру земному и миру небесному («при кончине мира заключается сумма дел рода человеческого» [Наст. изд. С. 88]) есть характерная черта римского и, шире, западного сознания. Горячие и страстные теоретические споры о боговедении и боговидении — это там, на Востоке, с его тысячелетней философской выучкой, а здесь, на Западе, тихое и томительное, но и деятельное ожидание «чуда» спасения, ибо «тот, который не имел внутренней жизни, должен быть уврачеван внешним чудом» (Наст. изд. С. 43).

Жатвы много, а делателей мало (Мф. 9, 37)? Так спешите «делать» спасение («сегодня мы знаем, что можно делать добро, но можно ли завтра, не знаем» [Наст. изд. С. 204]), неустанно борясь с грехами и алкая добродетелей («сделай, сколько можешь, дабы тебе не подвергнуться ответственности в мучениях» [Наст. изд. С. 55]); ищите «чуда» в домостроительстве Божием, страшась грядущего Судии… Следует, подчеркнем еще раз, учесть и невыносимые условия жизни италийца той жестокой, «смутной» эпохи, невольно влекущей за собой аскетическое умосозерцание.

Неизбывный «западный рационализм» ярко выражен и в аллегорико-символическом методе экзегезы Святителя, ибо он ищет сокровенного, таинственного смысла в Евангелиях с утилитарной целью, hic et nunc, здесь и сейчас, — ищет рационального в иррациональном, ибо «аллегория утверждает веру» (Наст. изд. С. 415).

Однако слог Григория, чистый и простой, лишенный риторической манерности, декларативной пылкости и софистически ложной многозначительности, невольно выдает смятенную душу римлянина, глубоко раненную несправедливостями земного мира. «Повсюду смерть, повсюду плач, повсюду опустошение», — горько сетует Святитель (см.: Наст. изд. С. 258).


Еще от автора Григорий I
Правило пастырское, или О пастырском служении

В одном из самых известных своих произведений святой Григорий Великий определяет, какие свойства должен иметь желающий посвятить себя пастырскому служению, показывает, каково должно быть поведение принявшего на себя пастырское звание, и рассуждает о том, как должен учить других истинный пастырь Церкви.Regula pastoralis (Пастырское правило), один из лучших святоотеческих трактатов по пастырскому богословию, было написано в кон. 590 - нач. 591 г. и посвящено Иоанну, еп. Равеннскому. Трактат состоит из 4 частей: в 1-й речь идет о том, какими качествами должен обладать призывающийся к пастырскому служению; во 2-й - о том, какую жизнь должен вести истинный пастырь; в 3-й - о правилах гомилетики и назидания паствы различных сословий и состояний; в 4-й - о ежедневном смирении и сознании пастырем своего недостоинства.


Беседы на Евангелия

Святитель Григорий Двоеслов I, папа Римский, — вселенский отец и учитель Церкви. Среди его обширного богословсного наследия особое значение имеют «Беседы на Евангелия». Главной целью своей книги Святитель видел нравственное усовершенствование христианина, для чего увещевал паству «как можно скорее поспешать к вечным радостям отечества небесного».


Собеседования о жизни италийских отцов и о бессмертии души

"Собеседования о жизни италийских отцов", заключающие в себе в высшей степени назидательные повествования о жизни италийских святых, изложенные с увлекательною простотою и безыскусственностию, составляют для всякого христианина драгоценное приобретение. Но кроме того, они важны по богатству заключающихся в них материалов для истории Вселенской Церкви в смутное время распадения Западной Римской империи. Свт. Григорий, как сам говорит в предисловии к "собеседованиям", собирал сведения от лиц самых достопочтенных и вполне заслуживавших доверия, большею частию, очевидцев тех событий, о которых он рассказывает.Книга известна также как Римский патерик.


Рекомендуем почитать
Аскетические творения

Преподобный Марк Подвижник (V в.) — один из величайших египетских пустынников. Обстоятельства его жизни во многом остаются сокрытыми для нас, но преподобный Марк оставил драгоценное свидетельство духовного подвига — свои аскетические творения.Поучения преподобного Марка Подвижника разнообразны по жанру и содержанию: это и беседы с братией, и ответы на вопросы, заданные философом, и пространные поучения, и проникновенное толкование отдельных библейских стихов, которое преподобный Марк всегда ставит в связь с аскетическим деланием.


Двунадесятые праздники и Святая Пасха

Двунадесятые праздники, посвященные важнейшим событиям земной жизни Господа и Божией Матери, являются центром богослужебной жизни нашей Церкви. Тексты служб этих дней наполнены размышлениями о тайне домостроительства нашего спасения, а значит, учат нас самому важному – вере в Бога, надежде на Него и любви к Нему.Эта книга поможет всем, кто хочет глубже прочувствовать богослужение величайших церковных праздников и лучше понять смысл событий священной истории.Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви.


Старец и психолог. Фаддей Витовницкий и Владета Еротич. Беседы о самых насущных вопросах христианской жизни

В этой книге вниманию читателей предлагается диалог известного сербского старца Фаддея Витовницкого и православного психотерапевта, психолога Владеты Еротича. Собеседники делятся своими размышлениями о свободе, любви, смысле жизни, о добре и зле в этом мире.


Иов

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Христианская антропология по св. Николаю Кавасиле

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Апокрифические евангелия

Евангелия, которые официальная Церковь объявила неканоническими – и не включила в число «официальных» жизнеописаний Христа. Но… так ли это? И все ли апокрифические Евангелия – позднейшая подделка под священные тексты христианства? Доказать или опровергнуть подлинность этих произведений не в силах никто…