Про русскую составляющую этого фильма говорить не стану. О Русском Национальном Движении уже было сказано много. А вот касательно этой пресловутой АНТИФы хочется поговорить. При этом не пространно и литературно, а практически и в самую точку. А для этого зададим простейшим «антифашистам» всего несколько вопросов. Не буду спрашивать у них о смысле таких понятий, как национализм, патриотизм, фашизм, экстремизм и т. п. Это бесполезно. В дегенеративных черепах «антифашистов» попросту не хватит мозгового вещества, чтобы просто уловить звучание этих терминов, а не то что дать их трактовку. Поэтому спрошу кое-что полегче.
Если вы «антифашисты», то почему не выступаете, к примеру, против чеченского, татарского, еврейского нацизмов (которых пруд пруди), а только против русского национал-патриотизма? Почему вы не выступаете против правящего режима, который довел своими «реформами» народ и страну до ручки и проводит русофобскую политику геноцида русской нации? Почему вы не говорите о бедственном положении русского народа? О разгуле этнического криминала? Почему вы не выступаете против американского и израильского фашизмов, о которых весь мир говорит? Да потому что вы — русофобские огрызки, а не настоящие антифашисты.
Вся эта АНТИФА есть ни что иное, как сборище маргинальных отбросов (наркоманов, алкоголиков, извращенцев, духовных и интеллектуально-нравственных уродов и прочего отребья), нацеленных на беспорядки и хулиганство. Используя их более чем низкий умственный и духовный потенциал, русофобы создают из них свое пушечное мясо и «массовку» антирусской реакции. АНТИФА на службе русофобов — яркая картина современной Эрэфии.
Лично для меня, как для убежденного русского националиста и патриота, одинаково противны и отвратительны и одноклеточные паразиты из АНТИФы, и бритые негодяи, прославляющие Гитлера, лютого врага русского народа. Посему: да здравствуют Россия и русский народ без «антифашистов» и нацистов-провокаторов!
Г. Знаменский
ПОДРЫВ ОБОРОНОСПОСОБНОСТИ РОССИИ - 2
19 октября вслед за А. Сердюковым о предстоящей военной реформе нам поведал и начальник Генерального штаба Н. Егоров. Он не стал сравнивать «яйцо» с «пирамидой», рассказывал о новом облике Вооруженных Сил профессионально и для обывателя очень убедительно. Дескать, соединения и части в новом облике будут готовы к боевым действиям в считанные минуты, управляемость с ликвидацией армий, дивизий и полков значительно улучшится, а вновь созданные бригады можно будет быстро и оперативно перебросить на любое направление и успешно вести боевые действия, в новых военно-учебных заведениях улучшится подготовка офицерского состава и так далее.
Попробуем разобраться, действительно ли это так?
Начнем с управляемости. В новой организационно-штатной структуре: округ – оперативное объединение – бригада - батальон – действительно на одно управленческое звено меньше по сравнению с существующей: округ – армия – дивизия - полк - батальон. Что дает сокращение одного управленческого звена? Если количество батальонов – основных тактических подразделений, которые непосредственно ведут боевые действия – оставить в том же количестве, то есть сохранить боеспособность Вооруженных Сил на существующем уровне, то управляемость не только не улучшится, а значительно усложнится.
В армии тысячелетиями складывалась троичная система управления: в батальоне три роты, в полку три батальона, в дивизии три полка, на оперативном уровне соединений может быть больше, но не более семи, иначе такая структура становится неуправляемой. Не случайно в ходе Великой Отечественной войны Ставка была вынуждена ввести в армиях еще одно звено управления – корпусное.
Таким образом, для того чтобы сохранить управляемость боевыми подразделениями хотя бы на прежнем уровне, количество этих подразделений – батальонов – необходимо сократить минимум в три раза, а значит, в три раза урезать боеспособность Вооруженных Сил.
В этом и заключается суть новой реформы. Все остальное в профессиональных рассуждениях начальника Генерального штаба от лукавого, рассчитанное на обывателя.
Чтобы улучшить управляемость, нужно не урезать боеспособность Вооруженных Сил, а автоматизировать саму систему управления. Еще в 70-е годы в Советском Союзе была разработана автоматизированная система управления в звене армия – дивизия – полк – «Маневр». Мы тогда намного опережали тех же американцев. Боевые задачи, вытекающие из решения командира дивизии, появлялись на рабочем месте командира полка в реальном масштабе времени, причем сразу в графическом виде, на карте, в текстовом боевом распоряжении и на его мониторе.
С тех пор прошло около сорока лет, техника шагнула далеко вперед.
Я понимаю, что за годы перестройки и реформ многое утрачено, нужно восстанавливать, развивать дальше, совершенствовать. А что происходит на самом деле?
Или начальник Генерального штаба не знаком с такими понятиями, как автоматизированная система управления войсками, и добивается улучшения управления только путем сокращения войск?
Теперь о быстрой и оперативной переброске новых «мобильных» соединений на нужное направление.
