Жажда страсти - [7]
– В Найтсбридже! Как удобно! – Бетс заметила, что он искренне обрадовался. – Вы уверены, что вас ничего не беспокоит? Может быть, мы пройдемся. Ведь пока я дойду до своего дома, пока вывезут экипаж, пока запрягут лошадей, пройдет время. Вряд ли я смогу пригласить вас к себе восстановить силы. Вам не следует заходить к холостяку.
Берлингем улыбнулся, и она снова заметила этот чуть кривой зуб. Она решила, что это очень соблазнительно.
– Спасибо. С удовольствием принимаю ваше предложение.
Он легко поднялся и помог встать Бетс. У нее все болело, но она, кажется, была цела. Чего нельзя было сказать о платье.
Пятна от травы – ничто по сравнению с грязью и дырами.
Что скажет мама? У нее так мало платьев; это, бледно-желтое, сшитое в позапрошлом году, было самым лучшим. Но она познакомилась с Берлингемом! Ее неприязнь к нему прошла. Он такой милый, такой обходительный, такой красивый. Он не мог так оскорбить миссис Драмонд-Барел, как рассказывала мама. Бетси решила, что эту басню придумали сплетники. Она, не колеблясь, приняла его предложение проводить ее домой. Все что угодно, только не прогулка в фаэтоне Артура Персиваля!
– Постой! Куда ты ее уводишь? – закричал Персиваль, когда они направились к выходу из парка. – Берлингем! Вернись!
Роб взял Бетс за руку.
– Я веду ее домой, пустозвон, – крикнул он в ответ. Со мной она в безопасности. Слышишь? – он повернулся и вывел Бетс из парка. Роберт решил, что больше не следует уделять внимания Артуру Персивалю.
«Слава Богу, она близко живет, – подумал он. – Если б нам пришлось идти ко мне домой за экипажем, она бы увидела, как я живу… Похоже, она не знает о том, что произошло в „Олмеке“. Может быть, у меня есть шанс… Она, наверное, дочь покойного графа, и я уверен, что у нее есть приданое…»
Он наклонился к ней, и она смущенно улыбнулась.
Бетс старалась не хромать. Она подвернула ногу, когда упала, но не хотела говорить об этом графу Берлингему. Она уверенно заявила, что с ней все в порядке. Теперь она не станет говорить обратное. Граф может решить, что должен оставить ее в парке с этим олухом Персивалем, а сам отправится за коляской. Она не собиралась больше даже разговаривать с этим болваном.
Роб беззаботно шел вперед, Бетс держала его под руку. Все было прилично, но он чувствовал, что она сжимает его руку крепче, чем необходимо. Случайно или специально? Ему стало жарко. Он заметил, что она немного прихрамывает, и почувствовал разочарование. Похоже, что ее уверения в том, что она чувствует себя прекрасно, сильно преувеличены, и ее действительно нужно поддерживать. Роб замедлил ход, но остановился лишь раз, что бы бросить монетку (одну из последних) мальчику, который расчистил для них дорожку от помета, в изобилии усеявшего Найтсбридж.
Черта с два он оставил бы ее с этим тупицей Персивалем. У этого дурня хватит наглости предложить подвести ее домой в своем фаэтоне. Жизнь ее была бы в опасности, и Роб не узнал бы, где она живет, и ему пришлось бы потрудиться, чтобы разыскать ее, когда у него и так столько дел.
– Вы уверены, что хорошо себя чувствуете? – спросил он, улыбаясь, когда они благополучно прошли Найтсбридж. Непослушная прядь волос упала ему на глаза, и он попытался ее сдуть, но ничего не получилось. Рука, которая не поддерживала Бетс, сжимала шляпу, побывавшую в клумбе с нарциссами. Он случайно сел на нее, когда пытался успокоить барышню. – Да, спасибо, – сказала она. – Боюсь, я немного переволновалась. Но мы уже почти дома. Вы знаете Найтсбридж-Терес? Мы живем на углу Слоун-стрит. Я покажу. – Бетс смотрела на этот непослушный локон. Она уже чуть было не убрала его, когда вспомнила замечание матери о том, что по-матерински опекает своих поклонников. Ей почему-то казалось, что ее порыв не был материнским, но она сдержалась.
– Вы приехали сюда на сезон? – спросил Роб. – Как странно, что я вас не видел.
– Да… нет… я здесь на сезон, но я здесь живу, – ответила она. – Мы здесь живем.
Он остановился и освободил руку, за которую она держалась, чтобы хорошенько рассмотреть Бетс.
– Вы живете здесь? Разве вы не дочь графа Стенбурна? Я думал, он живет в Суффолке.
– Да, в Суффолке, – ее лицо приняло мечтательное выражение. – Граф Стенбурн – мой отец, но он умер уже более пяти лет назад. Мой брат Годфри теперь граф Стенбурн. Мой сводный брат. Он действительно живет в Суффолке. Как и другой мой сводный брат, Уильям. А мы с мамой живем здесь. Мой дедушка оставил маме этот дом.
– «Благодарение Господу, за это, – добавила она про себя, – иначе нам пришлось бы искать себе крышу над головой, полностью полагаясь на милосердие Годфри. А милосердия у Годфри немного».
– Вашим поклонникам повезло, – сказал Роберт. – Они всегда могут вас здесь найти, во время сезона или нет. Но вы, наверное, уезжаете за город, когда сезон заканчивается.
– Нет, – вздохнула она. – Мы остаемся.
Роб снова предложил ей руку, и они пошли дальше. Бетс старалась не думать о боли в ноге и о плачевном состоянии своего туалета. Она молилась, чтобы им не встретился никто из знакомых. Она уже несколько раз ловила на себе любопытные взгляды. Но то все были люди незнакомые.
![Завещание Кришноканто](/storage/book-covers/ed/edfb74a09a4c1a72793b99ff8b6427f4d481dfdc.jpg)
Это незабываемая история любви — сильной и всепобеждающей, жертвенной и страстной, беспощадной и губительной! Робкие признания, чистые чувства, страстные объятия и неумолимые законы Востока, заставляющие влюбленных скрывать свои чувства.Встречи и расставания, преданность и предательства, тайны и разоблачения, преступления и наказания подстерегают влюбленных на пути к счастью. Смогут ли они выдержать испытания, уготованные судьбой?Агентство CIP РГБ.
![Дочь куртизанки](/storage/book-covers/83/830181b6e8906de16096147a3728eaf7800b538b.jpg)
Это незабываемая история любви — сильной и всепобеждающей, жертвенной и страстной, беспощадной и губительной! Робкие признания, чистые чувства, страстные объятия и неумолимые законы Востока, заставляющие влюбленных скрывать свои чувства.Встречи и расставания, преданность и предательства, тайны и разоблачения, преступления и наказания подстерегают влюбленных на пути к счастью. Смогут ли они выдержать испытания, уготованные судьбой?Агентство CIP РГБ.
![Индира](/storage/book-covers/e1/e177c0d3681e21b07578dee4a236ba616d7dfefe.jpg)
Это незабываемая история любви — сильной и всепобеждающей, жертвенной и страстной, беспощадной и губительной! Робкие признания, чистые чувства, страстные объятия и неумолимые законы Востока, заставляющие влюбленных скрывать свои чувства.Встречи и расставания, преданность и предательства, тайны и разоблачения, преступления и наказания подстерегают влюбленных на пути к счастью. Смогут ли они выдержать испытания, уготованные судьбой?Агентство CIP РГБ.
![Красная кокарда](/storage/book-covers/4e/4e380a3d80adcbfe3f07f3e9e773f48ec904181b.jpg)
Париж, лето 1789 года. Несметные толпы народа, вооружённые ружьями, а также пиками, молотами, топорами и дубинами, наводнили улицы, прилежащие к Бастилии – военной крепости и главной политической тюрьме Парижа. 14 июля гарнизон крепости сдался. В последующие недели революция вспыхнула по всей стране. Восставшие захватывали хлеб, овладевали местными ратушами, жгли хранившиеся там документы. Кровавые дни остались в памяти под названием «Великий страх»…Но как бы не был велик океан гнева и безумия, ему никогда не остановить биения влюбленных сердец и свет любимых глаз…
![Война амазонок](/storage/book-covers/34/34d3dcd8112ebfd8bc8bd12ac6cca8b32a2f3b7c.jpg)
Франция, XVII век. Именем короля, следуя советам Мазарини, Анна Австрийская сражается с собственным народом. Хотя ее поддерживает величайший политик своего времени, королева тревожится. И однажды, вместо того чтобы следовать умеренным советам любимца-дипломата, она, все еще находясь во власти вдохновения, вызванного когда-то пылкой герцогиней де Шеврез, решает круто повернуть дела…
![Купленная невеста](/storage/book-covers/11/116a8f73bb10dfa488ef548d9502900b390c585c.jpg)
В один московский день 1822 года появилась в лавке купца Ивана Анемподистовича Латухина красавица-девица, пришедшая купить отрез полотна. И увидав ту девицу, влюбился купец до беспамятства. Да вот беда — девица-то оказалась крепостной. Прежде чем жениться на ней, надо бы ее выкупить, а то и сам крепостным окажешься... Но вот кто ж продаст такую-то красавицу?..