Введение в новую хронологию. Какой сейчас век? - [12]
Очень важно отметить, что глобальная историко-философская концепция Шпенглера, изложенная в «Закате Европы», претендует на выявление скрытого механизма развития человеческого общества. На базе имеющегося у него фактического материала немецкий философ вывел цикличность возникновения и распада разных, не связанных между собой, цивилизаций. Накопление определенного духовного, научного и политического потенциала, доказывал Шпенглер, неизбежно приводят любую цивилизацию к стагнации, а затем и гибели. В соответствии с жестким параллелизмом его концепции, Европа, вступившая в полосу постоянных катаклизмов (книга вышла в свет в 1918 году), обречена в ближайшем будущем повторить печальную участь всех «древних Атлантид». Мрачные предсказания в отношении перспектив европейской цивилизации, бывшие неотъемлемой частью духовных исканий западной интеллектуальной элиты, воплощались в блистательных литературных и поэтических образах. Не миновала и нас чаша сия —
М.Ю. Лермонтов.
«Умирающий гладиатор».
Но Шпенглер первым облек свои пессимистические прогнозы в строго научную форму. По всем сравнительным критериям, педантично подобранным из «прошлого опыта человечества», Европа по окончанию Первой Мировой войны подошла к границе развития, за которой чернела пустота распада. Сегодня мы знаем, что Шпенглер грубо ошибся — европейская цивилизация (к коей, безусловно, относятся и США) сумела пережить кошмары двух истребительных войн, череду экономических кризисов, массовые социальные беспорядки и, в конечном итоге, закрепила свою роль основного двигателя общечеловеческого прогресса. Вполне правомерно предположить, что весь аналитический метод, предложенный Шпенглером, оказался в корне порочным. Излишне упрощенные научные схемы зачастую не выдерживают столкновения с окружающей действительностью. По иронии судьбы, в потенциальном споре этот вывод относительно шпенглеровской концепции, скорее всего, будет активно поддержан теми, кто воспитывался, а впоследствии и сам учил, опираясь на догмы марксистского исторического материализма. НО, С НЕ МЕНЬШИМ ОСНОВАНИЕМ, МОЖНО УТВЕРЖДАТЬ, ЧТО БЛЕСТЯЩИЙ УМ ПРИШЕЛ К НЕВЕРНЫМ ВЫВОДАМ В РЕЗУЛЬТАТЕ БЕСПЛОДНЫХ БЛУЖДАНИЙ В ЛАБИРИНТАХ ФИКТИВНОГО ИСТОРИЧЕСКОГО МАТЕРИАЛА.
Но, в конце концов, человечество безоговорочно верит в нынешнюю панораму всемирной истории. Мы привыкли считать себя частью бесконечно древнего исторического процесса, в котором уютно расположились египетские фараоны и китайские императоры, ассирийские колесницы и македонская фаланга, греческие философы и римские гладиаторы. И было бы наивно недооценивать неимоверные трудности, и даже риск, связанные с попыткой разрушить этот сказочный мир. Мир, формирующийся для каждого из нас из детских книжек, школьных учебников, шедевров мировой литературы. Мир, отраженный в кинофильмах, рекламных роликах, интернетовских сайтах. Мир, в котором все расставлено по полочкам, и на каждый вопрос находится удовлетворительный ответ. А как же вечно мятущийся дух познания, раз за разом толкавший человечество в пучины неизведанного?! В стародавние дни люди с молоком матери впитывали убеждение, что Земля плоская и находится в центре мироздания и, наблюдая за Солнцем, ежедневно пересекающим небосклон, убеждались в неоспоримости этой истины. Те, кто утверждал обратное, встречали аргументацию более действенную, нежели ругательные «научные рецензии» в средствах массовой информации. Законченное здание классической физики было предметом гордости ученого мира в конце XIX века. Крах оказался быстрым и внезапным — с «шарлатаном» Эйнштейном оказалось невозможно бороться без применения средств средневековой инквизиции.
Впрочем, привычные для нас исторические шаблоны и стереотипы можно сохранить, изменив, всего-навсего, угол обзора. Во многих направлениях идеалистической философии реальность происходящих или произошедших событий проверяется только через мироощущение каждого конкретного индивидуума. При таком раскладе, точка зрения абсолютного большинства является самодостаточным доказательством правильности общепринятой хронологии. Юм и Шопенгауэр, вообще, сочли бы иной подход лишенным всякого смысла.
Эта книга предназначена для читателей, которые УЖЕ ЗНАКОМЫ с проблемой обоснования хронологии «древности», и с современным естественно-научным подходом к этому вопросу. От читателя предполагается по меньшей мере знакомство например с книгой Г. В. Носовского и А. Т. Фоменко «Введение в новую хронологию» (Москва, изд-во Крафт-Леан, 1999). Подробнее с этой проблемой можно ознакомиться по другим их книгам, посвященным хронологии.В этой книге авторы, как правило, НЕ ОБОСНОВЫВАЮТ свою точку зрения, так как это привело бы к сильному увеличению объема и фактическому повторению всего того, что уже было сказано в предыдущих книгах.
Данное издание выходит в новой редакции, сделанной А.Т. Фоменко. Оно заметно отличается от предыдущих. Авторы, на основе оригинальных математико-статистических методик и обширных компьютерных расчетов, продолжают начатый ими анализ древней и средневековой хронологии.Доказывается, что Древняя Русь не находилась на обочине древней истории, как обычно принято считать, а оставила яркий след в мировых событиях. Главное событие истории Евразии и Руси XIV века — «татаро-монгольское» нашествие — было перенесено хронологами в фантомный IV век н. э.
Новая книга А. Т. Фоменко и Г. В. Носовского полностью состоит из материала, публикуемого впервые и посвящена реконструкции эпохи второй половины XIV века. В русской истории эта эпоха отразилась как крещение Руси Владимиром Святым якобы в X веке н. э. В истории «античного» Рима – как крещение Римской Империи императором Константином Великим якобы в IV веке н. э. Оказывается, в обоих случаях речь идет об одном и том же событии. Крещение Великой = «Монгольской» Империи, согласно нашей реконструкции, произошло при Дмитрии Донском, в конце XIV века.
В. МОРА. «Беседы о советской науке» Во время своей поездки по Советскому Союзу в 1983 году В. Мора встречался со многими представителями советской науки, специалистами в самых различных областях знаний. Среди тех, у кого автор брал интервью, — биолог и физик, космонавт и астроном, кардиолог и этнограф. Литературные интересы побудили автора встретиться с редактором научного журнала, с писателем-фантастом, с историком. В результате родилась книга о советской науке, о ее прошлом, настоящем и будущем. Одновременно с показом широкой панорамы развития науки в СССР автор с теплотой и симпатией рассказывает о ее творцах, о людях Страны Советов, особо подчеркивая их стремление к миру и сотрудничеству.
В данной работе рассматривается проблема роли ислама в зонах конфликтов (так называемых «горячих точках») тех регионов СНГ, где компактно проживают мусульмане. Подобную тему нельзя не считать актуальной, так как на территории СНГ большинство региональных войн произошло, именно, в мусульманских районах. Делается попытка осмысления ситуации в зонах конфликтов на территории СНГ (в том числе и потенциальных), где ислам являлся важной составляющей идеологии одной из противоборствующих сторон.
Меньше чем через десять лет наша планета изменится до не узнаваемости. Пенсионеры, накопившие солидный капитал, и средний класс из Индии и Китая будут определять развитие мирового потребительского рынка, в Африке произойдет промышленная революция, в списках богатейших людей женщины обойдут мужчин, на заводах роботов будет больше, чем рабочих, а главными проблемами человечества станут изменение климата и доступ к чистой воде. Профессор Школы бизнеса Уортона Мауро Гильен, признанный эксперт в области тенденций мирового рынка, считает, что единственный способ понять глобальные преобразования – это мыслить нестандартно.
Водка — один из неофициальных символов России, напиток, без которого нас невозможно представить и еще сложнее понять. А еще это многомиллиардный и невероятно рентабельный бизнес. Где деньги — там кровь, власть, головокружительные взлеты и падения и, конечно же, тишина. Эта книга нарушает молчание вокруг сверхприбыльных активов и знакомых каждому торговых марок. Журналист Денис Пузырев проследил социальную, экономическую и политическую историю водки после распада СССР. Почему самая известная в мире водка — «Столичная» — уже не русская? Что стало с Владимиром Довганем? Как связаны Владислав Сурков, первый Майдан и «Путинка»? Удалось ли перекрыть поставки контрафактной водки при Путине? Как его ближайший друг подмял под себя рынок? Сколько людей полегло в битвах за спиртзаводы? «Новейшая история России в 14 бутылках водки» открывает глаза на события последних тридцати лет с неожиданной и будоражащей перспективы.
Что же такое жизнь? Кто же такой «Дед с сигарой»? Сколько же граней имеет то или иное? Зачем нужен человек, и какие же ошибки ему нужно совершить, чтобы познать всё наземное? Сколько человеку нужно думать и задумываться, чтобы превратиться в стихию и материю? И самое главное: Зачем всё это нужно?
Память о преступлениях, в которых виноваты не внешние силы, а твое собственное государство, вовсе не случайно принято именовать «трудным прошлым». Признавать собственную ответственность, не перекладывая ее на внешних или внутренних врагов, время и обстоятельства, — невероятно трудно и психологически, и политически, и юридически. Только на первый взгляд кажется, что примеров такого добровольного переосмысления много, а Россия — единственная в своем роде страна, которая никак не может справиться со своим прошлым.