Восстание вассала - [7]
Нет, не о том он сейчас думает. Какие-то непонятные болезни лезут в голову. Может, старость приближается?
Стало себя жалко. Он не был по природе ни трусливым, ни слабым человеком, но старости почему-то боялся. Не физического ее проявлении, а политической немощи, момента, когда станет одним «из бывших». Когда не сможет жить по принципу «око за око». Когда его имя начнут полоскать не то что на этой неуправляемой радиостанции, а на каждом углу. Бессмертнов всегда искренне удивлялся выдержке экс-президента страны Холмова, особенно первых его пенсионных деньков. Столько помоев на него вылили… А он держится. Достойно уважения.
Интересно, сам бы он столько вынес? А с этого как с гуся вода. Может, не считает себя виноватым? Ни в чем? Ну, так же не бывает. Даже на коммунальной кухне случайно может обнаружиться ангел. Но только не в политике. Тут действительно око за око.
Бессмертнов не к месту засмеялся. Начальник охраны недоуменно уставился на шефа.
– Да это я так, вспомнил, Иван Макарыч. Как однажды в Израиле меня спросили, уж, часом, не еврей ли я?
– Они что там, белены объелись? – возмутился Макарыч.
– Знаешь, как бывает, глядишь, и вправду бабка согрешила. Говорят, фамилия моя похожа. – Увидев, что охранник не приемлет подобных объяснений, Бессмертнов незамедлительно его успокоил: – Шучу. Это совсем другая история. Мол, не исповедую ли я иудейские принципы. Если христианина стукнули по одной щеке – надо подставить другую щеку. А у них мораль – око за око. Не прощать никому и ничего.
– Хорошая мораль. Я тоже не прощаю.
– То ты, а то – я. Может, это в коммуналке принято. Сегодня тебе в суп бросили клок собачьей шерсти, завтра – ты в их суп нагадил. Око за око! Но в моем статусе это непростительно. Хотя раньше я так не думал.
– Почему же допускали подобные вольности? – строго спросил у генерала, но тут же резко осекся. – Простите, глупость сболтнул.
– То-то! – Любимец народа лениво отмахнулся. Мол, хватит об этом. А сам продолжал блуждать в своих мыслях. От них не отмахнешься.
Может, действительно, зря пять лет назад он заварил всю эту кашу? Как говорится, спустил всех собак на Даниста. Ведь олигарх ему тогда явно импонировал. Олигарх и не олигарх одновременно. Интеллигентный, в золотых очках и роста подходящего… Чего он тогда закусил удила? Мало ли кто что говорит. Всех советчиков слушать, можно сразу хоть в петлю. Кругом враги, завистники, агенты…
Был момент, когда он вообще искренне не понимал, за что народ так ополчился на олигархов. Разномастный, конечно, народ, но в целом?! Если не считать мерзавца Дубовского, который с самого начала ему не понравился, но приходилось терпеть, тот же Данист, Никелев, другие вели себя вполне достойно.
Только все как один больно уж какие-то подозрительные, обидчивые, слова плохого не скажи, против шерсти не погладь. Что правда, то правда. Данист, поди, до сей поры пребывает в уверенности, что у него просто захотели отнять бизнес. Лучше б про свой поганый язык вспомнил. Никто точно не знает, что именно этот богатенький слизняк позволил себе сказать первому лицу государства. Жаль, что на дуэль сейчас не вызывают. Надо же? Позволить себе та-а-кое: вы, мол, на кухне женой командуйте, а не российским бизнесом. Мол, мы вас привели, мы и уберем.
Бессмертнов поморщился, как от зубной боли. Да ни в одной стране мира…
– Приехали, товарищ начальник, – распахнул дверцу охранник.
– Смотри, как незаметно доехали, – удивился Бессмертнов и юркнул под предупредительно раскрытый зонтик. Конец августа, а гляди, как зарядило. Ранняя осень.
3
Небо в таежном Приамурье вот уже несколько дней плакало, так нахален был стремительностью поворот лета в глубокую осень. Быстро пожелтевшие листья наперегонки стремились к земле, словно желая занять в ковровой мозаике самое почетное место. Днем душу травил непроглядный туман, а ночи становились чернее, чем квадрат Малевича под пристальным взором его почитателей.
Денис стоял на цыпочках у зарешеченного окна и упорно всматривался в краешек низкого, холодного, хмурого неба, напоминающего экран испорченного телевизора. Откуда-то издалека в камеру долетали тоскливые завывания собак, а может – кто знает? – и таежных волков. Одно грело душу – вся эта безысходная тоска уже ненадолго. Скорее бы зима. Скорее бы снег.
Каждой клеточкой усталого тела он ощущал приближение своего часа.
Когда же вновь вызовет начальник колонии?
Его взгляд при объявлении решения суда говорил красноречивее самых убедительных слов. Мол, твердил же тебе, что надеяться нечего. Словно в ускоренной киносъемке, Данист отматывал назад «кадры» из своего безрадостного, полного издевательств и злоключений лагерного бытия.
Надежда, как ни странно, забрезжила, когда колонию покинул ее бывший начальник. Вот уж с кем нельзя было найти общий язык. Дьявол во плоти. Корявый, гнилой сучок на древе развития человечества. Чего он только не придумывал, чтобы размазать зэка 1313 по бетону.
Лютую ненависть к его персоне хозяин колонии, казалось, внушил всем слоям этого своеобразного, иерархически строго выстроенного лагерного сообщества: «пацанам», «шестеркам», «козлам», «блатным» и даже ворам в законе.
![Заложник](/storage/book-covers/3d/3def63135376aa5c4bf2ab491b93816fb96c6364.jpg)
Российским спецслужбам накануне президентских выборов становится известно, что в стране зреет заговор, инициаторы которого составили некий Меморандум, диктующий ряд политических условий действующей власти и, прежде всего, Президенту. Нити заговора тянутся к бывшему руководству страны, поддерживаемому отдельными губернаторами, министрами, олигархами… Не ставя в известность Президента, спецслужбы начинают борьбу против гарантов Меморандума, и в этом противоборстве стороны заходят настолько далеко, что сами становятся заложниками происходящих событий…
![Дефолт совести](/storage/book-covers/69/69b479533f8b35279c2839fd2ca2f455ad54bbe8.jpg)
Дефолт 1998 года. Заявление правительства о невозможности платить по своим долговым обязательствам… Для кого-то это крушение надежд и личная трагедия, для кого-то путь к быстрому обогащению. Кто принёс интересы огромной страны в жертву собственной выгоде? Кто виноват в катастрофе, затронувшей каждого – от банкира до сотрудника научного учреждения? Страну захлестнули заказные убийства, имеющие явную политическую подоплёку. Началась погоня за документами с компроматом на сотни банков, тысячи персоналий, которые до, во время и после дефолта участвовали в отмывании денег и перекачке их за рубеж…
![Virtual, или В раю никого не ждут](/storage/book-covers/07/072b5c3a39d19b029627f92d35f794c5f4afaa0e.jpg)
Действие романа развертывается сразу в двух мирах: реальном и виртуальном. Кажется, что второй, в отличие от первого, должен быть полон гармонии и умиротворения. Однако на поверку оказывается, что везде бурлят шекспировские страсти. Тем более что виртуальные персонажи имеют вполне реальные прототипы, и намерения их, даже самые благие, ни к чему путному не приводят.Суперагент распутывает сложнейшую комбинацию, компьютерные гении вместе с влиятельными магнатами изобретают новый рецепт всеобщего счастья, террористы не остановятся ни перед чем, чтобы добиться своих целей, чиновники, как у них заведено, стараются набить карман за государственный счет… А от причала отходит белоснежное судно в длительный круиз к райским местам планеты, и кажется, что ничто не помешает долгожданному отдыху…
![Продажные ангелы](/storage/book-covers/8b/8b84416da2f6906cdd0d8535239cfa66a6fc3cce.jpg)
С кем отдыхают на Сардинии русские олигархи? Кому дарят желтые бриллианты Graff? Кто все больше заселяет особняки Рублевки? Кому, в конце концов, завидует каждая вторая особа женского пола? Ответ очевиден — шлюхам! Значит, нужно стать шлюхой? Или ею станет другая, которая чуть умнее тебя… Книга Мии Лобутич шокирует своей откровенностью, взглядом на мир изнутри. В ней — тонкая психология женщины, умело использующей свой главный дар и с его помощью добивающейся в современном мире всего, чего можно пожелать.
![Холоп августейшего демократа](/storage/book-covers/de/de124edbf6627610cd7b2d161c837d93a5c9053a.jpg)
В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.
![Черный доктор](/storage/book-covers/b0/b0e94957215d3543c1eba3420f23c528a1f8000b.jpg)
Нетребо Леонид Васильевич родился в 1957 году в Ташкенте. Окончил Тюменский Индустриальный институт. Член литературного объединения «Надым». Публиковался в еженедельнике «Литературная Россия», в журналах «Ямальский меридиан», «Тюркский мир», «Мир Севера», в альманахе «Окно на Север». Автор книги «Пангоды» (Екатеринбург, 1999 г). Живет в поселке Пангоды Надымского района.
![Залив Голуэй](/storage/book-covers/eb/eb22730ae155b8f33b0ee2317ef8ce72e34f82a8.jpg)
Онора выросла среди бескрайних зеленых долин Ирландии и никогда не думала, что когда-то будет вынуждена покинуть край предков. Ведь именно здесь она нашла свою первую любовь, вышла замуж и родила прекрасных малышей. Но в середине ХІХ века начинается великий голод и муж Оноры Майкл умирает. Вместе с детьми и сестрой Майрой Онора отплывает в Америку, где эмигрантов никто не ждет. Начинается череда жизненных испытаний: разочарования и холодное безразличие чужой страны, нищета, тяжелый труд, гражданская война… Через все это семье Келли предстоит пройти и выстоять, не потеряв друг друга.
![Рыжик](/storage/book-covers/bd/bd1254d201903babaa189a57d789e9e49b8c173a.jpg)
Десять лет назад украинские врачи вынесли Юле приговор: к своему восемнадцатому дню рождения она должна умереть. Эта книга – своеобразный дневник-исповедь, где каждая строчка – не воображение автора, а события из ее жизни. История Юли приводит нас к тем дням, когда ей казалось – ничего не изменить, когда она не узнавала свое лицо и тело, а рыжие волосы отражались в зеркале фиолетовыми, за одну ночь изменив цвет… С удивительной откровенностью и оптимизмом, который в таких обстоятельствах кажется невероятным, Юля рассказывает, как заново училась любить жизнь и наслаждаться ею, что становится самым важным, когда рождаешься во второй раз.
![Философия пожизненного узника. Исповедь, произнесённая на кладбище Духа](/storage/book-covers/94/94900028f52c5fcf7b12f4c156d2068db7c885d3.jpg)
Господи, кто только не приходил в этот мир, пытаясь принести в дар свой гений! Но это никому никогда не было нужно. В лучшем случае – игнорировали, предав забвению, но чаще преследовали, травили, уничтожали, потому что понять не могли. Не дано им понять. Их кумиры – это те, кто уничтожал их миллионами, обещая досыта набить их брюхо и дать им грабить, убивать, насиловать и уничтожать подобных себе.