Вкус правды. Афоризмы и изречения китайских мудрецов - [7]
Попытка построить типологию афоризма должна была бы начаться с оценки способов соотношения сказанного и подразумеваемого в афористическом суждении. В истории европейской литературы мы наблюдаем как бы три метаморфозы афоризма. Эпоха классицизма породила афоризмы-максимы, где первичное, неизреченное понимание непосредственно вводится в структуру высказывания благодаря обыгрыванию семантики слов. В максиме значимо прежде всего расположение слов относительно друг друга. Романтической эстетике больше соответствуют афоризмы-фрагменты — лирические, прерывные и аморфные. Фрагменты укоренены в безмолвии, их обступающем, и в них значимо само присутствие слова. Наконец, начиная с Ницше, появился модернистский тип афоризма, который утверждает не единство и не равновесие слова и безмолвия, а, скорее, их несогласие. Модернистский афоризм вскрывает несоответствие формы мысли и ее содержания, так что метафора осознается в нем как существенное свойство языка, и истинность высказывания оказывается неотделимой от его ложности. Модернистский афоризм сообщает о пределе сообщения; это слово язвительно, ибо оно обнажает пределы рациональности, но — по той же самой причине — само уязвимо.
В китайской афористике мы обнаружим и невозмутимые рефлексии, и словесные слепки чувства, и даже проповедь по-ницшевски беспощадного самоотречения. Но мы не найдем в ней исторической типологии афоризма, сходной с европейской. Афористика в Китае существовала по законам традиции, которая вмещала в себя все формы отношения мысли к немыслимому, прихотливой игры смысла, ибо основывалась на уже известном нам принципе экономии выражения: чем меньше область объективированной осмысленности, тем больше простора высвобождается для доконцептуального смысла бытийственной пустоты.
Этот принцип, кстати, характерен и для классической китайской живописи с ее тенденцией использовать в качестве выразительного средства само отсутствие изображения и сводить образы к экспрессивной детали, в конечном же счете — номенклатуре типических форм, что также делало занятие живописью прежде всего школой. Э. Гомбрих говорил в этой связи о принципе «экрана». Надо помнить, однако, что в данном случае не просто экранируется та или иная вещь, но устанавливается самоустраняющееся присутствие Великой Пустоты.
Таким образом, все означенное в традиционном китайском афоризме (и, шире, во всей традиционной словесности и искусстве Китая) не имело статуса натуралистически-правдоподобного образа действительности. Оно выражало, по сути, тенденцию к сжатию, типизации реалистических образов и находило свое завершение (точнее было бы сказать, теряло себя) в ускользающем нюансе, в бесконечном богатстве разнообразия, чем и является на самом деле предельность бытия. Самопотеря образа в нюансе рассматривалась в китайской традиции как способ явления Великой Пустоты, как прообраз первозданного Хаоса, смешения всего и вся в «великом единстве» дао. Реальность, по китайским понятиям, всегда включает в себя «другое», она есть по существу событие, или переход в инобытие. Это переход, никуда не ведущий, но в действительности возвращающий к истоку всех событий. В его свете опытный и умопостигаемый мир предстает эхом звука, отблеском света, образом в зеркале. Или, если вновь воспользоваться образом Ницше, «копией утраченного оригинала». Так в китайской мысли обосновывалась недвойственность явленного и скрытого, познанного и незнаемого, путей человеческих и Великого Пути мироздания.
Теперь мы можем оценить значение декоративных качеств, присущих афористическому высказыванию. Свести реальность к нюансу, к характерному штриху — значит вытеснить значимое сообщение в область орнаментации, эвфемизма или, по терминологии Шпенглера, табу. Но в универсальном нюансе, каковым является бытие дао, исчезает оппозиция внешнего и внутреннего, декора и содержания. Не оттого ли афоризм в старом Китае — это одновременно и жестко заданная форма, норма мышления и словесности, и вместе с тем откровение, ломающее все мыслительные привычки и правила, обнажающее Безусловное?
В китайской мысли это хаотическое всеединство Великого Пути относится одновременно к природе и культурному творчеству. Общей основой того и другого является конкретный и текучий характер бытия, бытие как событийность. (См.: Малявин В. В. Сумерки дао: Китайская культура на пороге Нового времени. М., 2000.)
Многозначительная недосказанность афористического высказывания не столько сообщает о чем-то, сколько сообщает с иным взглядом на вещи и в конечном счете — с чем-то «всегда другим». Как фрагмент, афоризм ценен и значим лишь в его соотнесенности с целым, со средой, его породившей. Мы не поймем значения категории предела в афористической словесности до тех пор, пока будем думать, что афоризм служит лишь самовыражению его автора. Действительная основа афоризма — сотворчество в обыгрывании неизреченной темы, что не только не исключает, но предполагает свободу проявлений индивидуальности. «Искусственная самостоятельность» афоризма имеет своей основой отклик мысли немыслимому, недоступному формализации условию диалога. Она подобна условно выбранной позиции собеседника в споре. Она сродни той необычайности, непохожести на нас, которую мы ценим в наших друзьях.
![Диетология](/storage/book-covers/de/de9325e9cf95757814edee9e2a23053bbe388cf0.jpg)
Третье издание руководства (предыдущие вышли в 2001, 2006 гг.) переработано и дополнено. В книге приведены основополагающие принципы современной клинической диетологии в сочетании с изложением клинических особенностей течения заболеваний и патологических процессов. В основу книги положен собственный опыт авторского коллектива, а также последние достижения отечественной и зарубежной диетологии. Содержание издания объединяет научные аспекты питания больного человека и практические рекомендации по использованию диетотерапии в конкретных ситуациях организации лечебного питания не только в стационаре, но и в амбулаторных условиях.Для диетологов, гастроэнтерологов, терапевтов и студентов старших курсов медицинских вузов.
![Психология человека от рождения до смерти](/storage/book-covers/9c/9cca65c784347b0e3a4ce90532bbc22a17398749.jpg)
Этот учебник дает полное представление о современных знаниях в области психологии развития человека. Книга разделена на восемь частей и описывает особенности психологии разных возрастных периодов по следующим векторам: когнитивные особенности, аффективная сфера, мотивационная сфера, поведенческие особенности, особенности «Я-концепции». Особое внимание в книге уделено вопросам возрастной периодизации, детской и подростковой агрессии.Состав авторского коллектива учебника уникален. В работе над ним принимали участие девять докторов и пять кандидатов психологических наук.
![Семейное право: Шпаргалка](/storage/book-covers/b3/b386ae8c624537486a90dfcb3c0eac45a2e365c0.jpg)
В шпаргалке в краткой и удобной форме приведены ответы на все основные вопросы, предусмотренные государственным образовательным стандартом и учебной программой по дисциплине «Семейное право».Рекомендуется всем изучающим и сдающим дисциплину «Семейное право».
![Налоговое право: Шпаргалка](/storage/book-covers/17/17e5d8f674c0a1c86fb3ac06f78f4df8fc7a8b56.jpg)
В шпаргалке в краткой и удобной форме приведены ответы на все основные вопросы, предусмотренные государственным образовательным стандартом и учебной программой по дисциплине «Налоговое право».Книга позволит быстро получить основные знания по предмету, повторить пройденный материал, а также качественно подготовиться и успешно сдать зачет и экзамен.Рекомендуется всем изучающим и сдающим дисциплину «Налоговое право» в высших и средних учебных заведениях.
![Трудовое право: Шпаргалка](/storage/book-covers/34/3462165a97a6396754d4d2c88c5fcdf8acf6ae99.jpg)
В шпаргалке в краткой и удобной форме приведены ответы на все основные вопросы, предусмотренные государственным образовательным стандартом и учебной программой по дисциплине «Трудовое право».Книга позволит быстро получить основные знания по предмету, повторить пройденный материал, а также качественно подготовиться и успешно сдать зачет и экзамен.Рекомендуется всем изучающим и сдающим дисциплину «Трудовое право».
![Международные экономические отношения: Шпаргалка](/storage/book-covers/db/db4eb4eaf7847cb58bc6821e1ca35b3ebad7e6b2.jpg)
В шпаргалке в краткой и удобной форме приведены ответы на все основные вопросы, предусмотренные государственным образовательным стандартом и учебной программой по дисциплине «Международные экономические отношения».Книга позволит быстро получить основные знания по предмету повторить пройденный материал, а также качественно подготовиться и успешно сдать зачет и экзамен.Рекомендуется всем изучающим и сдающим дисциплину «Международные экономические отношения» в высших и средних учебных заведениях.
![Афоризмы. Русские мыслители. От Ломоносова до Герцена](/storage/book-covers/00/003c9f9a6dcb0a2c1f1393d2a5ef4818f7acef11.jpg)
В сборник вошли афоризмы, глубокие оригинальные высказывания видных деятелей русской культуры XVIII–XIX веков: Ломоносова, Новикова, Фонвизина, Батюшкова, Пушкина и многих других. В большинстве своем это цитаты из произведений, неизвестных широкой аудитории. Они позволят читателю обогатить свой интеллектуальный багаж и дадут частичное представление о настроениях, бытовавших в общественной жизни той давней эпохи.Книга может быть полезна учащимся, журналистам, а также всем, кого интересует история отечественной философской мысли.
![Афоризмы. Бремя страстей человеческих](/storage/book-covers/1e/1e81f3a74ffc7a227703ea616133a8a570cbf878.jpg)
«Издревле есть у людей мудрые и прекрасные изречения; от них следует нам поучаться», — эти слова древнегреческого историка Геродота как нельзя лучше отражают содержание сборника, в который вошли афоризмы Ларошфуко и Лабрюйера, Ницше и Вольтера, Л.Н. Толстого и многих других известных писателей, поэтов, художников и политиков.
![Японские крылатые выражения](/storage/book-covers/5b/5b19d2f41b15f3347c0616499b4d4f4898096edd.jpg)
Пожалуй, нет другой такой загадочной и парадоксальной страны, как Япония, где и сегодня жив дух самураев, где десятки миллионов людей сочиняют стихи, а любование природой возведено в культ.Почувствовать душу народа, сумевшего в XX веке превратить закрытое для всего мира государство в фантастически развитую державу и в то же время сохранить самобытность вековых традиций, и поможет эта книга — сборник высказываний знаменитых японцев и пословиц, в которых отразилась народная мудрость.
![Афоризмы великих о любви](/storage/book-covers/5a/5ae151478d75421ff58698a501fc16ca7feb94b2.jpg)
На протяжении многих веков величайшие умы пытались вывести формулу любви; загадка ее занимала десятки философов и писателей, любви посвящено несметное количество поэтических строк, о любви говорили в восхищенных тонах и язвительно, признавая ее власть над каждым человеком и усматривая в ней лишь вредную иллюзию. Любовь платоническая и «по Фрейду», любовь глазами Овидия и Сенеки, Вольтера и Ларошфуко… — в изящном и компактном томе, который вы держите в руках, собраны наиболее яркие и остроумные афоризмы великих людей о любви.
![Мешок с костями (Bag of Bones). Жгут!](/storage/book-covers/ec/ecf471f1c1e9f150273a46614c802b099ce918f6.jpg)
Писатели любят писать о писателях. Этот опыт им понятен, ясен, близок. Чего-то только не происходит в мозгах у этих странных людей? И надо же этими результатами «заплыва Атлантического океана в ванне в одиночку», этими большими выпестованными тараканами с кем-то делиться? Вот писатели и пишут такие странные книги. И только «официальным» фантастам такие маневры сходят с рук, на остальных же смотрят как на сумасшедших. В общем, Стивену Кингу – можно!Цитаты, мысли, диалоги, афоризмы и остроты героев фильма «Мешок с костями».Идея проекта: Роман Масленников.Авторский коллектив: Роман Масленников и Эдуард Мхом.
![Четыре возраста человека. Афоризмы](/storage/book-covers/e7/e79e6999ce4ba3959610c913eda611ac31f088c3.jpg)
Афоризмы о юности, зрелости, старости, о здоровье и болезнях, о жизни и смерти и о жизни после смерти отыскал, перевел и привел в систему Константин Душенко.