Виктор Суворов: исповедь перебежчика - [25]

Шрифт
Интервал

Это был уже вызов профессиональной их гордости и достоинству — называй, как угодно, поэтому они во что бы то ни стало стремились новые покушения предотвратить, и оттого наша жизнь: моя, Тани и детей — была еще сложной в том плане, что нас очень плотно тогда охраняли. Я отмахивался: «Мне-то не надо.», а они настаивали: «Черт с тобой, но пусть видят, что с нами тут шутки плохи. Мы не тебя, в конце концов, охраняем, а нашу британскую гордость — это на первом месте!».

Георгия Маркова я считаю своим братом, который меня собой заслонил (если бы я был первый на очереди, тогда — все!). Мне — я предельно, как видишь, с тобой откровенен — чувство страха знакомо (если бык на меня бежит, страшно!), но тогда его не было — вот как это объяснить? И еще: с тех пор как написал «Ледокол», езжу уже куда угодно. Могу даже с тобой встретиться.

— …без охраны

— Уверен? Не торопись: тут два батальона сзади стоят. (Оглядывается.)

— Что-то не вижу

— Они просто шапки-невидимки надели. (Смеется.) После выхода «Ледокола» я не прячусь: «Ребята, если нужен, — пожалуйста! — но это будет доказательством того, что я прав. Мочите меня в каком-нибудь сортире, но тем самым признаете, что других аргументов у вас нет».

В Москве, Дима, все-таки не последние идиоты сидят — они понимают, какой поднимется шум. «Ледокольчик» известен? Да! Он прозвучал? Не то слово! Ты-то еще молодой, не помнишь, а я как раз в академии с Таней учился, когда начали Солженицына прессовать: дескать, выгнать его за «ГУЛАГ» из Союза!

— Семьдесят первый, наверное, год?

— Точно, и вроде все тихо, но я в метро взглядом своим разведывательным секу: люди со старыми затрепанными журнальчиками «Новый мир», где Солжа печатали, едут себе и читают.

— Бессовестные какие!

— Короче, это реклама. Я понимаю: любая акция против меня для них контрпродуктивна, и, надеюсь, мозги у бывших коллег работают — им невыгодно меня устранять. Тот же Саша Литвиненко издал книгу «ФСБ взрывает Россию»: никто на нее внимания не обращал, но когда с ним расправились, заговорили о ней все.

«Человек может быть свободным только тогда, когда собственные деньги имеет, и когда говорят, что деньги не радуют. Значит, они не твои»

— Цитирую Виктора Суворова. «Получив смертный приговор, я вдруг ясно осознал, что человеку отпущено совсем немного времени. Каждый прожитый день расцениваю как подарок судьбы, как сказочный лотерейный выигрыш — за этот день надо успеть сделать самое главное в жизни, ибо завтрашнего может не быть. Вот я и пишу книжки: этим занят утром, днем, вечером и ночью». Читателям нашим напомню, что ты — автор бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум», многочисленных книг по истории Великой Отечественной войны и в мире известен прежде всего этим. Настоящая твоя фамилия Резун — почему же ты стал Суворовым?

— Докладываю: прежде всего это была шутка — может, и неудачная. Вначале я написал книгу, самую первую, то есть, как прибежал в Лондон, сразу за «Ледокол» засел, но у меня ни литературы здесь не было, ни источников.

Идея, представь, есть, но необходимо найти мемуары Жукова, да на русском, естественно, языке — ну где их тут взять? Так же, как и воспоминания Рокоссовского, подшивки газет «Правда» и «Красная звезда» за тридцать девятый-сорок первый годы, а ведь нам нужно на что-то жить, как-то существовать. «О’кей, — думаю, — я это обязательно осуществлю, а сейчас быстренько какую-то книжку издам, чтобы хоть что-нибудь заработать». Финансовая независимость была мне нужна — наверное, ты понимаешь, что это? (Пожимает руку.).

Человек может быть свободным только тогда, когда собственные деньги имеет, и когда говорят, что деньги не радуют. Значит, они не твои (Смеется.). Лично я люблю, чтобы они меня радовали, поэтому и написал книгу «Рассказы освободителя». Там разные байки собраны: я в военном училище, я в Чехословакии, я на даче генерала армии (а впоследствии маршала) Ивана Игнатьевича Якубовского чищу сортиры.

— Это же был главнокомандующий Объединенными вооруженными силами государств — участников Варшавского договора

— Да, но в ту пору командовал Киевским военным округом, и я приводил его клозеты в порядок.

Я, в общем, быстренько эту книжечку подготовил, отнес издателю, тот долго носом крутил. «Если, — сказал, — ты поставишь свою фамилию, это будет бестселлер. Не оттого, что там содержание бесподобное, а потому что из ГРУ ты такой один». Как-то меня некий дядя подначил: «Пишешь под псевдонимом ты или нет — деньги тебе платят одни и те же». Как бы не так, и если, допустим, свой труд издает первый зам руководителя Администрации президента России Сурков. Если каким-то псевдонимом воспользовался (но многие-то все равно в курсе, что автор Сурков) — это одно, а если подпишет просто Иван Петров, точно такая же книга, может, и не пойдет, поэтому я, как Бонапарт, — все наперед просчитываю.

Книжка моя получилась веселой: шутки, какие-то байки армейские. Издатель советовать стал: «Мне нужно, чтобы фамилия автора русской была…». Я предложил: «А может быть, украинской?» — «А украинцев тут кто знает?». И правда: армяне, грузины, евреи — все мы там русские, то есть поставили мне условие: псевдоним, если под своим именем издаваться не хочешь, должен быть русским.


Еще от автора Дмитрий Ильич Гордон
Березовский и Коржаков. Кремлевские тайны

Вы прочтете откровения деятелей, у которых Борис Ельцин кушал с ладошки, как дрессированный попугай (следующего российского президента герои книги тоже отлично знают). Кстати, еще одна деталь для понимания этой книги важна: разжалованные слуги безжалостны — больше, пожалуй, никто не мог бы рассказать о российской власти так, как Александр Коржаков. Он ведь не только поднимал обмочившегося пьяного президента с пола или лез с ним в ледяную воду: по службе присутствовал при решении судеб целых народов.Борис Березовский: «Когда на даче у Путина я завел разговор, не подумать ли ему о президентстве, Володя ко мне наклонился и произнес: «Послушай, знаешь, чего я больше всего на свете хочу? Быть Березовским… Дайте, пожалуйста, мне «Газпром»!..»Александр Коржаков: «Березовский уговаривал меня убить Кобзона, Гусинского и Лужкова — это он и Лисовский Листьева заказали».


Рекомендуем почитать
Белая карта

Новая книга Николая Черкашина "Белая карта" посвящена двум выдающимся первопроходцам русской Арктики - адмиралам Борису Вилькицкому и Александру Колчаку. Две полярные экспедиции в начале XX века закрыли последние белые пятна на карте нашей планеты. Эпоха великих географических открытий была завершена в 1913 году, когда морякам экспедиционного судна "Таймыр" открылись берега неведомой земли... Об этом и других событиях в жанре географического детектива повествует шестая книга в "Морской коллекции" издательства "Совершенно секретно".


Долгий, трудный путь из ада

Все подробности своего детства, юности и отрочества Мэнсон без купюр описал в автобиографичной книге The Long Hard Road Out Of Hell (Долгий Трудный Путь Из Ада). Это шокирующее чтиво написано явно не для слабонервных. И если вы себя к таковым не относите, то можете узнать, как Брайан Уорнер, благодаря своей школе, возненавидел христианство, как посылал в литературный журнал свои жестокие рассказы, и как превратился в Мерилина Мэнсона – короля страха и ужаса.


Ванга. Тайна дара болгарской Кассандры

Спросите любого человека: кто из наших современников был наделен даром ясновидения, мог общаться с умершими, безошибочно предсказывать будущее, кто является канонизированной святой, жившей в наше время? Практически все дадут единственный ответ – баба Ванга!О Вангелии Гуштеровой написано немало книг, многие политики и известные люди обращались к ней за советом и помощью. За свою долгую жизнь она приняла участие в судьбах более миллиона человек. В числе этих счастливчиков был и автор этой книги.Природу удивительного дара легендарной пророчицы пока не удалось раскрыть никому, хотя многие ученые до сих пор бьются над разгадкой тайны, которую она унесла с собой в могилу.В основу этой книги легли сведения, почерпнутые из большого количества устных и письменных источников.


Гашек

Книга Радко Пытлика основана на изучении большого числа документов, писем, воспоминаний, полицейских донесений, архивных и литературных источников. Автору удалось не только свести воедино большой материал о жизни Гашека, собранный зачастую по крупицам, но и прояснить многие факты его биографии.Авторизованный перевод и примечания О.М. Малевича, научная редакция перевода и предисловие С.В.Никольского.


Балерины

Книга В.Носовой — жизнеописание замечательных русских танцовщиц Анны Павловой и Екатерины Гельцер. Представительницы двух хореографических школ (петербургской и московской), они удачно дополняют друг друга. Анна Павлова и Екатерина Гельцер — это и две артистические и человеческие судьбы.


Я - истребитель

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.