В тайном государстве - [9]
Вместе с неутихающим гневом возникло приятное сознание, что самоубийство Листера дало ему, в конце концов, возможность идти дальше, а уход на пенсию — не отвлекаться. Как неожиданная точка на пустом радиолокационном экране, труп под деревом испускал сигнал, нуждающийся в расшифровке.
Этим он и собирался заняться. Собирался раскрыть тайные делишки Листера, не ожидая, пока какой-нибудь дошлый журналист подложит ему свинью. Это будет последним делом его жизни. Пусть думают, что он покинул управление из-за сомнительного самоубийства своего сотрудника, но стоит ему докопаться до истины, все встанет на место.
Черт бы подрал Рози Уолфорд. Все шло как по маслу. Он ловко рассеял подозрения Приса. Ему удалось втолковать своему преемнику, что причина самоубийства Листера волнует его в последнюю очередь. Неплохо, что он заставил Квитмена составить докладную записку по делу Листера. Джеймс не умеет задавать по-настоящему дельные вопросы, а Прис не даст себе труда проверить его работу. Доклад снабдит Стрейнджа подробностями, необходимыми для дальнейшего расследования. Прис не разберется в истинной подоплеке, и дело закроют без лишних слов. В управлении должны быть ему признательны. По крайней мере, он надеялся. Все, что он жаждет, — полная свобода и никаких палок в колеса.
Жаль, что Прис так скоро направил агентов социального обеспечения к миссис Листер. Стрейндж мог бы под благовидным предлогом навестить ее, в любом случае он позвонит ей. Это право руководителя, почти что долг. Она ведь не знает, что он вышел в отставку. С другой стороны, если он будет осторожен, в Уайтхолле не узнают, что он побывал в Челтнеме. Так за чем же дело стало?
С Присом порядок. А Хейтер? Хейтер старше чином. Он заведомо знает о его отставке. Скорей всего ему об этом доложил Дейнджерфилд. Начнет ли Хейтер копать глубже? «С какой стати?» — проговорил он громко, как человек, привыкший жить в одиночестве. «Листера нет», — повторил он. Все, что остается сделать Хейтеру, — это проследить, чтобы концы сошлись с концами, и не мутить воду. Без нужды Хейтер палец о палец не ударит. Он терпеть не мог, когда управлению вменяли что-нибудь в обязанность. С будущим управления он связывал далеко идущие планы и не желал огласки. Органы внутренней безопасности пороются, как всегда, в бумагах покойного, небрежно посмотрят, с кем он держал связь, но в том-то и дело, что никто понятия не имеет об осведомленности Листера и его переговорах. К тому же, черт возьми, он был ничтожеством. Поэтому его и не арестовали в июне. Чтобы подольше понаблюдать. Из бумаг о Листере, пожалуй, ничего не узнаешь. У него душа не лежала к бумаге. Нет, поставил точку Стрейндж, для управления смерть закрывает дело.
Но не для него. Самоубийство Листера лишь сильней утвердило Стрейнджа в наихудших подозрениях. Такого подъема Стрейндж не испытывал со времен разгромной беседы с Дейнджерфилдом в июне. Особенно теперь, когда предоставлена уникальная возможность разобраться в своих опасениях. Кто еще был настолько осведомлен обо всех служебных недостатках в управлении, как не Листер, нанятый преобразовать его работу? При этой мысли кровь снова закипела в его жилах, и Стрейндж, негодуя на свою внезапную отставку, резко прибавил скорость.
На заднем сиденье «вольво» валялись портфели, газеты, книги, садовые принадлежности и подставка для книг. Стрейндж решил покинуть лондонскую квартиру, чтобы провести запоздавший отпуск в своем домике на морском берегу. Предвкушение жгучего солнца, стая реющих чаек и запах моря отогнали на минуту воспоминания о застывшем сером лице Дейнджерфилда, восседавшего за необъятным письменным столом, о его неподвижных белых пальцах на тонкой розовой папке. Затем мысли его снова вернулись к Листеру, к тому времени, когда три года назад Хейтер попросил его принять Листера в управление. Сначала все толковали, что Листер — «первоклассный» системный программист. Затем, когда его перевод из Челтнема стал неизбежностью, до Стрейнджа дошли слухи, что тот «слегка чокнут» и нуждается в присмотре. Господи! Не будь его голова столь забита делами руководства самым проклятым управлением в Уайтхолле, он бы Листера на дух не потерпел. Но нет! Он оказался слеп. Листер был «пробным шаром». Разумеется, он его принял. Вопросов почти не задавалось или, во всяком случае, задавалось немного. С самого начала Стрейндж понимал, что с Листером он дал маху. Примерно год он занимался тем, что старался удерживать Листера, помешать ему разложить остальных работников в его секторе. Невыносимый Листер был сущим наказанием. Он ненавидел Приса, жаловался на Квитмена, туманно намекал на чью-то «несправедливость», но чью — не уточнял. Катил бочки на коллег по работе. Стрейндж славился крутостью по отношению к неудачникам и чуть ли не гордился своей нетерпимостью. Ему стало не по себе, когда он понял, что у него рука не поднимается на человека, в личной жизни которого, по слухам, не все было в порядке. При всей своей ненормальности Листер чем-то его подкупал, и это останавливало Стрейнджа. Во всяком случае, тот не был уволен. В управлении об этом и не подозревали. Претензий по работе к нему не было — он трудился хоть и рывками, но без огрехов. Это соответствовало складу его характера. Когда Стрейндж оказался не в состоянии разрешить заданную самому себе загадку, он поклялся, что докопается до истины и выведет Листера на чистую воду.
![Жизнь Вудхауза](/storage/book-covers/3b/3b2c8cd27b82b0ffe30a0b53b794a973eca583ad.jpg)
Открывает номер литературный гид: «Дело Вудхауза». Заголовок, разумеется, каламбурный: здесь и литература как дело жизни классика, и катастрофическое для репутации британского автора событие — работа на германском радио в годы Второй мировой войны. Сочувственно разобраться в хитросплетениях этой биографии пробует английский писатель Роберт Маккрам (1953), фрагменты книги которого «Жизнь Вудхауза» журнал ИЛ печатает в переводе Андрея Азова и Игоря Мокина.
![Банкет](/storage/book-covers/9c/9c3cc3864c796a93112b40afdcd158c0487cf57b.jpg)
Как изменить жизнь в стране к лучшему? Каким образом избежать стагнации в экономике? Как решить проблему миграции, утечки денег в оффшоры, заставить работать министров и чиновников? С чего начать? Конечно, с банкета! Какова вероятность изложенного сценария? Я считаю, что он очень вероятен. И обязательно случится, сразу после прилета инопланетян. Так что роман-фэнтези…
![Скульптор жизни](/storage/book-covers/6a/6afd260fba745f1147fc2e7167bf11a0ec86ca16.jpg)
Михаил Александрович Божесов – прокурор, карьерист, юморист, циничный философ и просто привлекательный мужчина – обустраивает свою жизнь, не жалея о людях, с которыми по долгу профессии сталкивается. Его жизнь – это череда неожиданных обстоятельств, которые Божесов с лёгкостью обращает в свою пользу…Но может ли человек, иногда преступающий закон, добиться высших должностей в государстве? И что движет им? Жажда денег, обиды молодости или сердечная травма?.. И так ли проста его жизнь?
![Антидот. Сборник](/storage/book-covers/93/932af15d34f0e6e20e6df59d38a8dc8de9a7554b.jpg)
Иногда для осознания надвигающейся беды достаточно открыть глаза и назвать вещи своими именами. Горькие слова – лекарство, сладкие слова – отрава, – гласит китайская пословица. Действие происходит в непростом настоящем и в зловещем будущем, которое вполне себе возможно. Если сидеть, сложа руки. Надеюсь, что эти горькие отчаянные рассказы станут своего рода прививкой для тех, кто способен думать. Или антидотом. И отравленных известными ядами в нашем стремительно наступающем будущем станет меньше. В оформлении обложки использованы личные фотографии.
![Кузьмич](/storage/book-covers/8e/8e014cd00a126cdf71dd64b2b4ce7f2c252aa9c5.jpg)
Роман в большой степени автобиографичен, и пёс играет в нём важную роль, окрашивая жизнь в неожиданные яркие цвета, демонстрируя верность и неподдельную дружбу. В этом, действительно, нуждаются герои, вовлечённые в ситуацию, на которую они не в силах повлиять. Ход событий навязывается людьми из так называемых властных структур, возомнивших себя создателями нового, уютного для них миропорядка, подбирающих себе сторонников, не стесняясь в выборе средств. Путешествия, рыбалки и другие с юмором описанные приключения оттеняют главную тему, делая её более рельефной.
![Полковник Русь. Знакомство с легендой](/storage/book-covers/f2/f2356d1ce108151c835e50cc44d2122c9dc8b83e.jpg)
Тот, кого мы все ждали, — Полковник Русь. Перед вами новая книга Андрея Левшинова — доктора философских наук, доктора психологических наук, мастера йоги и цигун, писателя и публициста. Роман «Полковник Русь» окунёт читателя в динамичную атмосферу приключений. В то время как «зло» раз за разом строит свои козни, мы чувствуем себя на мушке прицела. Но всегда есть протагонист, который борется за «светлую сторону». Полковник Русь откроет нам закулисье мировой истории и политики, познакомит с известными людьми с других, тёмных сторон и возьмёт с собой в путешествие по тонким мирам. «Полковник Русь» — это роман о любви, приключениях, о добре и зле, но и в первую очередь это реальное пособие по обучению СОСТОЯНИЮ. Никогда ещё интересное не было настолько полезным.
![Убийство Михоэлса](/storage/book-covers/ce/ce8f8031cfaffd9c7ac99f94e08fdee106b349dd.jpg)
История только кажется незыблемой. На самом же деле таинственная Лета течет не из настоящего в прошлое, а из прошлого в будущее — обнажая корни событий, тайное делая явным. Лишь сегодня, когда приотворились стальные двери спецхранов и сейфы Лубянки, стало возможным раскрыть одно из самых таинственных преступлений коммунистического режима — убийство великого артиста, художественного руководителя Московского еврейского театра, председателя Еврейского антифашистского комитета СССР Соломона Михоэлса. В основу романа положены многочисленные архивные документы, свидетельства участников событий и очевидцев.
![Третий король](/storage/book-covers/91/9122b6a545bcff033a57885a697f98cc9e3528a8.jpg)
В повести "Третий король" польского писателя Джо Алекса преступление совершается в старинном польском замке, превращенном в музей.Туда проникают сотрудники полиции, чтобы предотвратить похищение бесценной картины Риберы. Для повести характерна изящная запутанная интрига, постепенно нарастающее напряжение, чисто польский юмор.ДЖО АЛЕКС. ТРЕТИЙ КОРОЛЬ (Joe Alex. GDZIE JEST TRZECI KRÓL?)Перевод с польского И. Г. Безруковой. Рисунок В.И. Егорова.
![Зарубежный детектив 1974](/storage/book-covers/91/91d376477859cd6780625b51064ce1db4d258b59.jpg)
Сборник включает три детективные повести: «Человек со шрамом» — о работе польской милиции по розыску преступников, совершивших ряд дерзких ограблений; «Специальный парижский выпуск» — о расследовании убийства в редакции журнала мод, позволившем раскрыть еще одно преступление; «Травой ничто не скрыто» — о серии загадочных событий, происходивших в семье полковника Лунде.
![Ночью все волки серы](/storage/book-covers/dd/dd6516f653e7934d9bed3e6af6d47d93cae2f7fb.jpg)
«Ночью все волки серы» — роман известного норвежского писателя, автора многих детективов Гуннара Столесена.
![Поставь на карту жизнь. Любить, но не терять рассудка. Что сказал покойник](/storage/book-covers/33/336155de9c7a32cce0b9b4bf5d8eb3535b11ae3c.jpg)
В сборник вошли три зарубежных детектива, авторы которых женщины. Всем авторам сборника свойственны неистощимая фантазия, искрометный юмор, динамичность и напряженность действия. Дэн Робертс — творческий псевдоним венгерских врачей Эвы Букор и Габриэллы Хорват. Крутой детектив «Поставь на карту жизнь» — их дебют в литературе. Детектив «Любить, но не терять рассудка», напротив, принадлежит перу известной английской писательницы Джозефины Тэй (1876–1952), автора множества детективных и исторических романов. Остроумный шарж на «черный роман», на «роман ужасов» создала польская писательница Иоанна Хмелевская.